Я сделала ошибку

– Он уехал на какую-то встречу.
Однако он не собирался засиживаться там допоздна.
Я звоню мужу. Вызов сразу же переключается на автоответчик.
И тут я вижу, что мне пришло сообщение. От Мэтью.
«Как дела у твоего отца?
Кстати, сегодня вечером я в тех краях.
Хочешь, выпьем в отеле?»
В тех краях? Серьезно? Неужели он действительно думает, что я в это поверю?
С другой стороны, шепчет мне внутренний голос, было бы неплохо посидеть с кем-то в компании – после всего случившегося с отцом и нового подтверждения моих подозрений насчет Стюарта. В очередной раз я жалею, что у меня нет лучшей подруги, с которой можно поговорить. Я не хочу откровенничать с Салли. Хотя я и жалуюсь ей иногда на мужа или девочек – это кажется слишком личным. Это означало бы объяснять ей всю мою историю с Мэтью…
Я пишу ответ:
«Какое странное совпадение, подумать только!»
Его сообщение приходит мгновенно:
«Я не преследую тебя, если ты об этом!
Просто так получилось, что меня вызвали в Истборн
на пробы по озвучке завтра с утра.
Они начнутся рано, так что я решил здесь
переночевать. Сандра с одной из сиделок,
которых мы нанимаем, когда я работаю.
Это недалеко от тебя, вот я и подумал, что могу
подъехать. Но не беспокойся, если тебе не хочется».
Я чувствую себя дурой. Мэтью решил, что я думаю, будто он меня преследует.
«Вообще-то неплохая идея. Мне бы не помешало
с кем-нибудь пообщаться».
«Отлично. Через час будет удобно?»
Это просто дружеские посиделки, напоминаю я себе. Мой муж ведь тоже где-то загулял, верно? И все равно это не совсем правильно.
– Хочешь, я переночую с тобой? – спрашиваю я отца. – Я заказала номер в отеле, но могу отменить и поспать на твоем диване.
– Мы так уже мучались, Поппи. – Отец может быть довольно грубым. – Я брожу по дому, если не могу заснуть, и включаю телевизор. Мне лучше, когда я один.
– Ну, раз ты так уверен…
– Уверен, не сомневайся. – Он зевает. – Тебе не пора ехать? Мне не помешало бы лечь пораньше. Я не дремал днем, как обычно.
– Я вернусь утром! – обещаю я, целуя отца в шершавую щеку.
В ответ он обнимает меня – снова тепло и нежно.
– Не беспокойся, милая. Я пойду играть в «бинго» с Реджем, который живет на нашей улице. И у меня есть пазлы, чтобы себя занять. Возвращайся к своим девочкам. Там ты нужнее, чем здесь.

«Сомневаюсь, что это правда», – думаю я, садясь в такси, которое уже заказала от папиного дома до отеля. В одно мгновение отец кажется таким независимым, а в следующее – растерянным из-за того, что к нему приходила полиция. Что же мне с этим делать?
Как только я вхожу в холл отеля, где в центре возвышается огромная рождественская елка в окружении мягких диванов, то сразу вижу Мэтью. Он как будто меня поджидает.
– Как раз вовремя, – произносит он. – Я сам только приехал.
По дороге я размышляла, как мы поприветствуем друг друга, когда встретимся. Обменяемся воздушными поцелуями, щека к щеке? Рукопожатие выглядело бы странно-официально.
Но Мэтью просто кидает на меня сочувственный взгляд:
– Как прошел твой визит к отцу?
– Ужасно, – признаюсь я.
– Ах ты, бедняжка. Давай выпьем, и ты мне обо всем расскажешь.
Мы идем к бару, держась не слишком близко друг к другу. Все очень пристойно и правильно. Однако когда мы садимся и я начинаю рассказывать ему, как отец чуть не сжег дом, то поражаюсь, насколько естественно чувствую себя с Мэтью. С ним легко разговаривать, несмотря на наше прошлое, а может, благодаря ему. Почему я не чувствую себя так же со Стюартом? Я вспоминаю неловкое молчание, возникшее сегодня за обедом.
Потом я вспоминаю о Сандре. О том, как Мэтью влюбился в нее, и о том, как они оба обошлись со мной. Тогда мы были молоды. Мы все изменились.
И вот теперь я – мать двоих детей, которую больше не хочет ее собственный муж. А вот и Мэтью – давно уже не телезвезда, посвятивший себя больной жене в инвалидном кресле. Он заказывает два бокала шардоне.
– Как там Сандра? – спрашиваю я.
На лице Мэтью мгновенно появляется напряженное выражение.
– Нехорошо. Мне ужасно не хотелось покидать ее ради этого прослушивания, но у нас есть опытная частная сиделка, как я уже упоминал. Они отлично ладят. Так бывает не со всеми. Из-за боли Сандра иногда срывается на людей. Ее можно понять.
Его голос затихает, словно он и так уже сказал слишком много.
– Конечно, – добавляет он, – нам приходится платить за эту помощь, особенно если я нахожу работу внезапно. Социальную службу пока дождешься…
– Наверное, это нелегко, – замечаю я.
Мэтью наклоняется ко мне, но не слишком близко.
– Вот поэтому мне так приятно пообщаться с тобой, Поппи. Ты знаешь меня с тех времен, когда мы жили совсем по-другому. И Сандру тоже. Я понимаю, что повел себя плохо, но…
– Все нормально. – Не в силах сдержать себя, я касаюсь плеча Мэтью в знак понимания. – Мы еще были совсем детьми.
– Да. – Теперь его тон становится немного бодрее. – Но теперь это все в прошлом. Кстати о детях – ты мне почти ничего не рассказывала о них. Кто у тебя? Мальчик и девочка?
– Две девочки. – Я уверена, что говорила ему об этом раньше. А если нет, то следовало бы. – Мелисса и Дейзи.
– Красивые имена.
– Спасибо! Для меня они – целый мир.
– Естественно.
– Хочешь посмотреть фотографии? – Я уже прокручиваю галерею в своем телефоне, чтобы показать Мэтью.
– Младшая так похожа на тебя! – восклицает он.
Я чувствую, что краснею.
– Я тоже была пухленькой.
– Ерунда! Мы все слюной истекали на твои формы.
Я краснею еще сильнее.
– А Мелисса похожа на Стюарта! – быстро говорю я, чтобы скрыть смущение и вернуть беседу на более безопасную почву.
– У тебя и его фотография есть?
Я прокручиваю дальше, чтобы найти семейный снимок. Муж обнимает девочек. Он – с противоположной от меня стороны нашей маленькой группы.
– Полагаю, он тобой гордится, – произносит Мэтью.
– Не уверена.
Эти слова выскальзывают у меня невольно, но он сразу за них цепляется.