Избранная Иштар

– Ну почему ты вечно так не вовремя влезаешь, объясни, а? – устало поинтересовался Тео, провожая взглядом степняков.
– А вы научитесь общаться, ирр Теодор, – подчеркнуто вежливо сквозь зубы процедила я. Нельзя давать ему повод наказать меня законодательно. Нельзя. После моей выходки Эмерти так и будет искать виноватого. А тут я такая вся красивая стою. И чем не коза отпущения?
– Тогда расскажи мне, за какие заслуги, если не за постельные, старший сын хана выделил простую лею? Настолько, что почти объявил войну нашему королевству, не говоря о том, что мы должны были подписать давно обсуждаемый союз между степью и нами?
У меня просто рот открылся буквой «о», и глаза стали круглыми. Объявил войну? В чем это выражалось, собственно? Да и почему? Неужели из-за покровительства Иштар? Да могло получиться, что меня как отмеченную богиней они воспринимали чуть ли не как само божество, ведь ханов у них, говорят, тоже Иштар выбирает. Надо ли об этом знать Тео о подобном «расположении богини» к моей персоне? Нет, конечно, а то стану еще заложницей в их политических играх.
– Без понятия, я вообще пустила-то их на одну ночь, а сейчас буду уходить, скоро темнеть начнет. Прошу простить меня, ирр Теодор, ирр Хьюго.
Коротко склонила голову, выказывая свое почтение высокопоставленным дворянам и отвернулась.
– В смысле? – удивленно переспросил Тео. – Хочешь сказать, завтра они уедут? Ты идиотка? Пойди к ним немедленно и сообщи, что ты и они выдвигаются во дворец.
Я начала медленно закипать. Тео не собирался даже создавать иллюзию воспитанного разговора со мной!
– Еще одно оскорбление в мой адрес – и я обещаю именем Иштар, что понесусь к кочевникам, так чтобы ни у кого не возникло сомнений от кого, и заявлю, что ты оскорбил меня и оскорбление можно смыть лишь кровью. Не знаю, на основании чего я им понравилась больше тебя, но воспользуюсь этим уж точно.
Может, меня пьянила мнимая власть над степняками, которую мне дала Иштар? Или, может, то, что любовь моего романа, к которому я до сих пор испытываю чувства, говорит со мной так? Я не давала повода говорить гадости в мой адрес оскорблять себя. Особенно обидно слышать это из его уст.
– Ну почему ты такая сложная, а, Тина? Что два года назад, когда не согласилась добровольно сыграть жертву, что сейчас.
Бил по больному. Судя по выражению глаз – вполне себе намеренно. Закусила губу в попытке не расплакаться. Встрепенулась, как только до меня дошел смысл фразы. Не согласилась добровольно сыграть жертву? Я смотрела в этот момент только на Хью, который виновато прятал глаза. Он что, знал? Я старательно вспоминала тот период и бледнела. Да, были какие-то слова от Хью, что-то насчет: «Не хотела бы ты поработать на корону? Например, шпионом?». Так он знал?!
– Ирр Теодор, я не собираюсь быть буфером между вами и кочевниками, завтра я уезжаю к себе, и мне все равно, чем у вас закончатся переговоры. Это вам нужно думать, как разрешить недопонимание, которое вы же и создали. Как, по–вашему, почему они пошли куда угодно, кроме дворца? Я вот не знаю, но думаю, не от большого желания.
– Да как ты смеешь, девка?!
Закономерная реакция на мое хамство. Я испуганно шарахнулась от разозлившегося на мой тон спутника Тео и амулет охранного контура, который на протяжении всего разговора я перекатывала в руке, словно камешек для спокойствия, выпал у меня из рук. Да, я таки почти закончила ту разработку для Хью, о чем правда не сказала ему, так как не успела испытать. Вокруг меня взревела магия, отделив тонким маревом силы от окружающего мира. Я почувствовала, что задыхаюсь, слишком уж велик оказался поток магии. Откуда он взялся-то? Не было у меня такого количества столько силы, чтобы влить столько в артефакт. Вот так и умру от своего неудачного эксперимента. Перераспределить бы всю это полыхающую радужными оттенками энергию на оградку.
Кислорода прекратило хватать. Все. Прощай, Ларр, прощай, Иштар, прощайте все. Признаюсь, мое поведение с хамством ирру Теодору было совершенно детским, но я устала и напугана, воспоминания событий двухлетней давности не добавили мне стойкости духа. Но такая смерть не может быть адекватной вспышке гнева!
Рывок – и я оказалась прижата к мужскому телу. Да что ж такое! Чего меня сегодня лапают все кому не лень?! Пока я старалась прийти в себя, глубоко и часто дыша, неизвестный времени не терял: рукой, прижимавшей меня к телу, ощупал плечи и затылок на предмет повреждений. Голова кружилась. Как же мне плохо! Дышать тяжело, в груди как огнем жжет. Попыталась вырваться, впрочем, без особого успеха.
– Вы напали на женщину! – возмутился где-то за спиной Октай. – Как смели вы поднять руку...
– Уверяю вас, ирр Октай, я никогда не причиню вреда лее Тине, – поспешно начал защищаться Тео и неожиданно продолжил: – Я скорее поменялся бы с ней при любой опасности местами.
Я попыталась вырваться, бормоча что-то нелицеприятное о Тео, но это было сделать непросто: меня с силой прижимали к груди, позволяя лишь слабо трепыхаться. Оставалось только догадываться, какие мерзости подумали окружающие про меня. Не то чтобы я тряслась над своей репутацией, после слушков обо мне и Ларре ее уже все равно не спасти, но… когда мне наконец удалось освободиться, я бросила на Тео возмущенный взгляд.
– Вы говорите правду, – изрек наконец Октай после минутного созерцания Тео, не знаю уж, что он там увидел нового, но на лице у степняка появилось выражение крайней задумчивости. – Да, это испытание для мужчины видеть свою женщину в чужих руках.
– И в мыслях не было вас обманывать. Хотя от женщин одни проблемы.
О чем это они вообще?!
– Вы! Да вы отдали меня на растерзание маньяку два года назад, чтобы только поймать его на горячем! – возмущенно зашипела я, наступая на мага, который, впрочем, не двигался с места, невозмутимо меня разглядывая. – Да чтобы вас покарала Иштар! Чтобы вам...
– Она и так меня уже покарала, тобой, – спокойно отчеканил Тео, закрывая мне рот ладонью. – И прекрати орать на меня, я все-таки начальник службы безопасности, а ты сопливая девчонка, владелица провинциальной гостиницы.
Вот и вторая закономерная реакция на хамство: меня осадили. Не стоило наивно верить, что Теодор вытерпит все мои выходки. Я вздрогнула и опустила плечи. Это только в книгах можно безнаказанно говорить все, что думаешь налево и направо. Знаю, как хотел продолжить Тео: «Моего слова достаточно, чтобы уничтожить тебя». Степняки молчали, Хью тоже. Он вообще старательно держал холодные монетки на правом глазу, стараясь не смотреть в мою сторону.
Опустила голову, хотя внутри меня все клокотало, но это был тот случай, когда нужно было заткнуться и не высовываться, зазывая себе на голову неприятности. Развернувшись, пошла к кустику, где лежала сумка, которую я выронила при активации артефакта. Проходя мимо Октая, не поворачивая головы, прошептала «Ик тар онес» – на языке степняков это значило «не одобряю союз». По крайней мере, если я правильно это произнесла, за последние пару недель я научилась паре сотен слов и тешила себя надеждой, что кочевой народ для меня все равно, что открытая книга.