Пророчество (СИ)

Лана рассыпала по столу красный порошок, разбрасывая его щепотками и вырисовывая им какие-то символы.
— Пора, — проговорила Фиморра. — Да хранит нас создатель. Возьмитесь за руки.
Я взял за руку Лану и старика. Эверан сидел напротив и тоже сцепил с ними кисти.
— Закройте глаза и слушайте только мой голос, отрешитесь от всего земного, уйдите от действительности. Темнота окутывает вас. Ничего на свете не существует кроме тьмы и моего голоса.
Голос Ланы стал убаюкивающе спокойным как у гипнотизера и глухим, словно доносился откуда-то издалека. Она шептала какие-то слова на незнакомом языке, напоминавшем латынь. Очевидно, и в моем, и в этом мире колдуны используют схожие языковые группы для заклинаний.
Я почувствовал как затрепетало пламя лампады. Огонек нервно дернулся и погас, обдав напоследок воздух перчинкой гари. Комната увязла в полной темноте, я ощущал это даже с закрытыми глазами. Мертвая тишина поглотила пространство.
Через мгновение сквозь закрытые веки я увидел красноватый свет и почувствовал кожей рук тепло от центра стола. Что-то вспыхнуло, наполнив пространство красным отливом. Наверное красный порошок — магическое средство древних Фиморр.
Лана сжала мою руку сильнее, я ощущал мелкую дрожь в ее теле. Невольно промелькнула мысль: “Как, если что, быстро добраться до молота, оставленного мною в углу склепа”. Дрожь Ланы усилилась, и я почуствовал ее боль. Я попытался расцепить руки но Лана стиснула мои пальцы:
— Все нормально, так должно быть…
Я ушел в себя и попытался отогнать мрачные мысли. И тут мое тело пронзила молния. Она пришла из ниоткуда, заставив скрючиться от болючего спазма.
— Не расцепляйте руки! — раздался крик Ланы.
Мы сдавили кисти, борясь с болью, и через мгновение провались в стремительную синеву. Будто мчащийся локомотив, синий коридор уносил нас в кудато-то прочь. Мое тело швыряло из стороны в сторону, я беспомощно переворачивался и крутился как юла. В бешенном водовороте я не ощущал где верх, а где низ. Через несколько секунд “полета” коридор сузился и выплюнул нас на твердь.
— Откройте глаза, — тяжело дыша проговорила Лана.
Я открыл глаза и осмотрелся. Мы стояли посреди черной пустоши. Вместо небесного светила темноту свода слабо освещали бесшумные молнии. Они разрезали фиолетовую мглу и двали нам немного света.
— Где мы? — спросил Эверан.
— Это разлом между нашим и чуждым миром.
— Все как настоящее, — Эверан поднял кусок оплавленного вулканического камня и швырнул его в зияющую расщелину.
Камень с горхотом поскакал по скалам, увлекая за собой мелкую осыпь скальных обломков.
— Здесь все настоящее, — ответила Фиморра. — Мы покинули телесные оболочки и наши души сейчас находятся здесь.
— Нужно обследовать территорию, — сказал Галеран. — И понять как можно уничтожить разлом.
— Но куда нам идти? — недоумевал Эверан. — Куда ни глянь — везде одинаковый ландшафт, повсюда мертвая пустыня.
— Все равно куда, — Лана огляделась. — Разлом не имеет начала и конца, это бесконечная не материальная субстанция.
— Тогда предлагаю двинуться к той скале, — я махнул рукой в сторону кратера вулкана, изредка извергающиего облака черного пепла. — Мне показалось, что на склоне мерцает огонек.
Присутствующие согласились и мы двинулись в путь. Дорог здесь не было, лишь участки пригодные для передвижения, не слишком загроможденные черными валунами. Если бы я верил в ад, то подумал, что нахожусь в нем. Не хватало только запаха серы и бесов с котлами. Хотя, может мы на них еще и наткнемся. Но настоящий ад --это Душа человека — вот место, где обитают бесы, порой я сам чувствую в себе целый ад.
Сколько мы прошли никто не понял, время будто замерло, а гора не приблизилась к нам ни на шаг. Зато усталость мы ощущали реальную. Тяжелый воздух и бездорожье первым вымотали Галерана. Тяжело дыша, он сел на камень, опершись на посох, и вытер рукавом лоб:
— Стар я для прогулок по преисподней, оставьте меня здесь, встречу вас на обратном пути.
— Нет, — Лана замотала головой. — Разделятся нельзя, иначе можем не вернуться.
 
— Долго нам еще… — но договорить старику не дали.
Из расщелины повалили клубы черного дыма, с горохотом раздвигая камни. Мы отпрянули назад.
— Берегись! — крикнула Лана. — Приготовьте оружие!
Лишь я подумал об оружии, как в моих руках материализовался молот. Та самая родная и надежная боевая кувалда, с которой я прошел путь от раба-гладиатора до командующего. В руках Эверана вырос меч с узким гравированным клинком. Посох Галерана оброс стальными шипами. В руках ланы засверкал кисет из красного бархата — красный порошок оружие Фиморр.
Осыпь глыб с грохотом раздвинулась, и из расщелины выплыла до боли знакомая фигура. Туман рассеился и перед нами стоял…
— Ты?! — я чуть не выронил молот. — Что ты здесь делаешь?!
— Не верь глазам своим! — закричала Лана. — У Джунаида множество обликов.
Перед нами стоял уверенный с царсвенной осанкой человек. Все та же полуулыбка на сером лице, чуть подернутого поседевшей бородкой. Покойный король Солт улыбнулся:
— Я подумал, что вы лучше пойдете на контакт, если увидете знакомое лицо.
— Ты не Солт! — я поднял молот для замаха. — Кто ты?
— Тот, кого вы искали, — существо шагнуло ближе и мы попятились. — Вы такие же как я, вы не отягощены бременем смертных, ваши внутренние демоны жаждут большего, чем прозябать в мире людей.
— Что ты знаешь обо мне? — Эверан угрожающе махнул клинком. — Я человек!
— Я взрастил тебя, сын мой, для более великих дел, чем влачить жалкое существование среди людей. Ты меня огорчаешь…
— Не называй меня сыном! Ты мне не отец! Вот мой отец!
— Все вы дети одного создателя, он указал мне путь, а вас оставил в забвении. Но я готов направить вас, встаньте на мою сторону и обретете вечность. Вы сами будете подобно создателю, вы сами будете этим миром. Миром где не будет людей.
— Ты слышал, что сказал мой сын? — я почувствовал, как кровь забурлила в жилах. — Оставь королевства! Я лучше погибну чем предам людей!
— Этот мир погряз в греховной тьме задолго до моего прихода. Сами того не ведая, мы шагаем в пропасть забвения. Войны и убийства — вот удел человечества. И единственное спасение — это искупление смертью. Мы сможем создать новый мир на пепелище старого. Будьте со мной и вознеситесь над бренностью. Я — не погибель, я — спаситель.
— К дьяволу такого спасителя! — рявкнул я. — Лучше спасай себя!
С этими словами я бросился на Джунаида и ударил молотом по царственной голове. Но молот провалился в пустоту. Солта окутала дымка и он растаял, но тут же появился вновь. Только это был уже не Солт. Огромный человекоподобный рыцарь-демон, закованный в толстенную черную броню и глухой рогатый шлем. В руках демон сжимал обоюдоострый топор с выщербинами на лезвиях. Я не видел его лица. Скозь щель забрала просвечивали лишь красные “угли” глаз, а из дыр носовой пластины с шипением вырывались клубы пара.
— Вы сами выбрали этот путь! — пробасил демон леденящим голосом. — Второго шанса я вам не дам!
Черный рыцарь махнул топором и чуть не снес мне голову, но в последний момент я успел пригнуться.
— Осторожно! — крик Ланы прокатился по пустоши. — Погибнешь здесь — умрешь и в реалии.
На помощь мне уже спешил Эверан. Он прыгнул и что есть силы рубанул демона сверху. Клинок жалобно звякнул о броню и раскололся на три части.
Громогласный хохот демона был ответом:
— Червь не может сразить хищника, его удел ковыряться в земле!
За моей спиной послышалось шипение. Лана махнула рукой и облако красного порошка окутала тварь, на миг ослепив. Я воспользовался моментом и ударил молотом по бронированной голове. Бух! От такого удара свалился бы даже бурмило. Но рыцарь чуть пошатнулся и вновь занес топор.
— Берегись! — Эверан дернул меня за плечо в сторону.
Я отшатнулся, чуть не потеряв равновесие. Рядом с ухом просвистел гигантский топор.