Рейнджер (СИ)
— Не ёрничай. Во-первых, большую часть пути и войск противника ты проскочишь по быстрой тропе. Во-вторых, в Центральной Цитадели орков и прочих тварей немного: мало того, что там в подвале Светлый Престол, который сам по себе не добавляет им ни здоровья, ни боевого духа — так этот самый Престол ещё до сих пор взбаламучен после той самой атаки пять лет назад. Всё-таки встречно закороченные Источники, да ещё и разной полярности… А всплески Светлого Астрала попросту выжигают всех тёмных и хаоситов в пределах детинца…
— Так, стоп! Давай-ка с этого места подробнее. Я имею в виду атаку.
— Эх… Помнишь, как уходил на Грань? Это я Спутника спрашиваю.
— Да, — ответил мой внутренний голос. — Помню. Весь капитул Ордена. Дюжина лучших магов, открывающих Путь. Дюжина их помощников, из молодых магов, полдюжины учеников. Стражи — дюжина и один лучших, отобранных для того, чтоб взойти на Грань взамен возвращающимся или ушедшим в Вечный Дозор. По одному сменщику для каждого из них, чтоб никакая случайность не могла помешать Служению — те, кто должен будет заступить в караул через год. Два раза по дюжине и одному оруженосцу из самых молодых Стражей, для приобщения к традициям и для помощи Вернувшимся. Приглашённые гости — наиболее уважаемые Истинные Стражи, отличившиеся в боях Рыцари Ордена, помимо почётной стражи из тридцати девяти Рыцарей. Весь цвет Ордена. Глава Ордена на Престоле Богов. Я шёл четвёртым, сменяя Истинного Гвиандия…
— Достаточно, — вмешался Арагорн. — Дальше я сам продолжу. Четвёртый Страж ушёл на Грань успешно, как мы можем видеть. И пятый. А когда канал открылся в шестой раз, открылся проще, чем рассчитывали, вместо возвращающегося Стража оттуда пришёл массированный выброс изначального Хаоса. Кто-то, точнее — кое-кто, сумел открыть прямой канал за Грань и вывести его устье к Порталу Стражей. Весь цвет Ордена погиб почти мгновенно, те, кто выжил, подверглись искажениям и перерождению. Верховный маг ордена с двумя помощниками, увидев, что не смогут удержать эффективную защиту до выхода из зоны поражения, сумели пробиться сквозь астральную бурю и отправить послание богам-покровителям Ордена. Правда, для этого им пришлось вложить в заклятие не только все свои силы, и даже гораздо больше, чем просто жизнь…
Арагорн сделал паузу, видимо, давая нам со Спутником осмыслить и осознать сказанное. Затем продолжил:
— Три минуты. Три минуты Хаос властвовал в Церемониальном Зале. Затем Светлый Престол вытеснил чуждую субстанцию из пробитого им канала, да и на той стороне нашлось кому прекратить безобразие. Но было поздно — волна Хаоса, Изменённых им из числа людей и Тварей Изнанки, прорвавшихся через портал, хлынула по коридорам. Нанося сокрушительный удар изнутри Цитадели. Следом катилась волна взбудораженного Света и Порядка, устраняя искажения и добивая раненых или отставших тварей. И — подстёгивая остальных. К тому времени, как к Цитадели подошли пресловутые девять тысяч орков, на стенах оставалось сто двадцать воинов Ордена, три Стража и два мага, причём в ранге подмастерьев. Остальные были или мертвы, или изменены, или просто — слишком далеко от места боя…
— Да уж, — сказал я после приличествующей случаю паузы. — И как это должно помочь мне?
— Очень просто. Я немножко помогу амулету Истинного пути, и вызванная им быстрая тропа выведет тебя во внутренний сад Цитадели туманов. Нужно будет пересечь малый плац — и окажешься на ступеньках внутренней крепости. Если подгадать выход к тому моменту, когда вот-вот должен будет начаться очередной всплеск активности неуправляемого Престола, то никого из орков и прочих не будет ни в детинце, ни на плацу. Максимум — какое-то количество людей из ренегатов и, возможно, один-два Измененных, в которых осталось внутри зерно Порядка, позволяющее им пережить всплески. Но они будут или вялыми, или даже почти вменяемыми. Пройдёшь во врата, ну, дальше ты дорогу знаешь.
Я уже открыл рот, чтобы возразить, но понял — знаю. До шага, до щербинки на полу. Спутник явно «поплыл» от рассказа Игрока и гнал поток данных, так или иначе связанных со внутренним убранством Цитадели и распорядком дня в ней. Надеюсь, он придёт в порядок к началу боя? Слишком уж всё легко и просто получается по описанию.
— Знаешь поговорку про бумагу и овраги? Так вот, — продолжил я, дождавшись подтверждающего кивка, — в этом плане всё СЛИШКОМ гладко. Колись, какие сюрпризы рельефа утаил?
— Да ничего! Почти… Измененные, о которых я говорил. Перед Выбросом, а уж тем более — во время его, они будут действительно вялыми и слабыми — по сравнению со своим повседневным состоянием. Но обычно они — ровня демонам. Высшим демонам…
Арагорн переждал мой удивлённо-озадаченный свист и продолжил:
— При удачном раскладе тебе встретится только один такой монстр. И у тебя есть всё, что нужно, чтобы с ним справиться, не доводя дело до ближнего боя.
— Так то при удачном, а он бывает…
— Ты забыл, с кем разговариваешь? Кого другого уже бы развеял, наверное, за такое оскорбление. Почему тебя терплю — сам Я, а не кто-то ещё, Бог Игры! Ты сомневаешься, что на МОЕЙ раздаче я смогу обеспечить нужный МНЕ расклад?!
А он, кажись, всерьёз разошёлся. Ой-ой-ой…
— Прости, Игрок. Я и правда забылся, упустил из виду, что ты повелитель не только Шутки. Признаю вину и готов искупить.
— Ладно, бог с тобой, — ответил Арагорн уже нормальным голосом. — Живи пока.
— Кто бы спорил-то… Что с первым, что со вторым…
— А раз споров нет — собирай имущество, и в путь. Пока собираешься, давай сюда амулет, я его слегка доработаю.
Через час я уже шёл по быстрой тропе, ещё минут через сорок мир вокруг содрогнулся, будто был нарисован на прозрачной плёнке, которую кто-то встряхнул. Неуловимый миг — картинка помутнела, и вокруг тропы расстелился туман. Да нет — Туман это. И не тропа под ногами, а та странная твердь в мире-вне-миров. А что это за звуки, странно знакомые? И источник их — тоже знакомый. Алёнушка, сидит на «земле», рыдает.
Нащупывая в кармане последний практически чистый платок, я зашагал в её сторону…
Глава 5
Я подошёл к самозабвенно рыдающей девушке. Да уж, видок у неё тот ещё. Вся какая-то помятая, взъерошенная, как пожёванная, одежда порвана и перекошена, клевца нет. А вот это серьёзно — рядом лежит та самая ребристая булава, как бишь её зовут, не то шестопёр, не то ещё как-то. Но не в названии дело, а в том, что на неё налипли какие-то комки, брызги крови и даже клок волос, как бы не со скальпом. Её что, прямо из боя сюда выдернуло?! Похоже на то — вон, и руки кровью даже не забрызганы, а покрыты. И она эту самую кровь, похоже, старательно размазывает по лицу пополам со слезами. Макияж «мечта вурдалака»…
Я протянул платок, буквально вложив его в руку Алёне. Та взяла его, коротко содрогнулась, не то пытаясь кивнуть в знак благодарности, не то просто от рыданий — и продолжила своё мокрое дело. Ну нельзя же так расслабляться, в конце-то концов! Здесь не летний бульвар, а довольно опасное место! Разве что она тоже владеет каким-то вариантом охранного контура и знает, что врагов рядом нет?
Вот хоть ты разорвись — долг зовёт обратно в Мир, на быструю тропу, а чувства тянут к рыдающей фигурке. Обращение к Спутнику обескуражило — я снова оказался в мире Тумана «полностью». Вырваться можно, но с огромным риском, стоит ли того? Голос совести брюзжал, что я ищу оправдания тому, чтобы остаться с Алёной — ну и пусть. Тут вспомнил, как Арагорн среагировал на один лишь намёк на сомнения в его способности вывести меня в нужную точку в нужный момент, и это сразу же заставило совесть умолкнуть. Кто его знает — вдруг это он меня сюда засунул, в ожидании нужного момента?
Я опустился на корточки, продолжая разглядывать эту вот, такую на первый взгляд несуразную, угловатую, в тяжёлой броне — и одновременно такую… девушку, самую настоящую, несмотря ни на что. Вспомнилось, какая она там, под бронёй (которой на ней сейчас, кстати говоря, и нет), мягкая и тёплая, такая уютная и желанная… Так, что это со мной творится, а?!