По ту сторону мира

Лила, сначала замахала руками, видимо испугавшись, а потом стояла, закрыв рот обеими ладонями, будто боялась меня напугать. Но когда я оказалась рядом, раскинула руки, плача и смеясь одновременно.
- Ассанна, девочка!
- Лила!
Я и сама почувствовала, как слезы срываются с ресниц, глядя на нее. Мы обнялись и стояли так несколько минут.
- Я тебя не нашла, - повинилась я.
Она засмеялась и утерла мои мокрые глаза своими мягкими, теплыми руками.
- Хорошо, что я успела. Я так за тебя волновалась.
- Илин тебе сказал?
- Да. Я так и подумала, что не успею на стоянку. Как по наитию решила вдоль тракта идти. Ты такая красивая стала!
А вот я заметила, что морщинок у ее глаз больше стало. И она немного похудела и словно потускнела от этого. Уже не было того впечатления пышущей здоровьем женщины, которой все нипочем.
- Тебе очень тяжело одной?
- Нет! Не тяжело. Не думай! Наоборот. Много ли мне одной надо? Скучно только иногда бывает. Но вот с Илином поговорим и не так тоскливо.
- Ты так никого и не можешь найти?
- Я не умею. Это Изра могла делать... Ты знаешь, что ее нет?
- Илин сказал. Может быть, я чем-то могу помочь?
- Не переживай обо мне, - замахала она рукой. - Расскажи как ты? Как ты по воздуху бегать научилась? У меня чуть сердце не остановилось! Это магия? Да? Ты такая молодец! Я говорила, у тебя есть дар!
- Я еще учусь. Но талант у меня есть, это все говорят.
- Еще бы не говорили, - фыркнула она гордо. - А как ты живешь? Ты в столице сейчас? Тебя там не обижают?
Она задавала еще много вопросов, какие-то незначительные мелочи - хорошо ли я кушаю, не болела ли, и тому подобное, постоянно прикасаясь ко мне. То, поправляя что-то, то просто гладила по лицу и рукам, словно хотела убедиться, что это действительно я. Меня очень грели и ее искренний интерес, и переживание и эти теплые прикосновения, полные заботы не поддельной.
Мы услышали, как Вертихвостка заверещала.
- Ой! Она не упадет? - перепугалась Лила.
Моя ящерка соскучилась и забытая мною совсем, решила прогуляться. И, конечно же, до края тракта, куда я ушла! Он ничем не был укреплен, в обще-то, и мог от неосторожного движения осыпаться запросто под ее весом! Высота нешуточная, точно шею свернет, тем более, что падать она будет вместе с экипажем к которому пристегнута! Я не знала что делать. Отогнать, дуреху, было некому. Лила это поняла и погладила меня по плечу:
- Иди. Мы же повидались и это хорошо. Тебе и ехать, наверное, пора. Потом приезжай ко мне как-нибудь. Ладно?
От того, как она произнесла последнее слово, у меня снова горло стиснулось. Столько одиночества умоляющего в нем было, что слезы снова брызнули из глаз. Я порывисто обняла ее.
- Приеду. Обязательно!
Я уже собралась свой финт с беготней повторить, как Лила спохватилась:
- Ой! Стой! Я забыла!
Она все время держала в руках узелок, просто перекладывая его из руки в руку по мере необходимости. А оказалось, это мне он предназначался.
- Это Изра сделала. Она в конце совсем плохо понимала, что вокруг нее происходит. И думала, что ты где-то рядом. Волновалась за тебя. И еще я лекарства положила. У тебя, наверное, ничего не осталось уже.
- Спасибо! - я еще раз ее обняла, стараясь, все ее тепло в себя впитать, как можно глубже.
Вертихвостка заверещала радостно, и чуть было не рванула ко мне, когда я почти добежала до нее. Как у меня получилось щит перед ее носом, на ходу создать, сама не понимаю. Но ткнувшись в него носом, ящерка удивилась и даже немного назад от опасного края отошла.  Когда я ступила на землю, пришлось применить еще магии, что приподнять и оттащить экипаж назад вместе с ящеркой. То есть она сама пошла задом наперед, когда я потянула повозку на себя. 
Наконец, закончив с наведением порядка, я посмотрела на другую сторону тропы торов - там уже никого не было. Но сев на козлы, я все же помахала еще раз на прощание. Мне казалось, я чувствую взгляд Лилы из-за деревьев. Наверняка она специально спряталась, чтобы не расстраивать ни меня, ни себя еще больше. Я дернула поводья слишком резко, Вертихвостка даже на зад присела чуть-чуть, а потом с места рванула вперед. Пора было нам возвращаться в Капиту.
 
 
32 глава
В узелке я нашла много склянок с лекарствами, каждое из которых было тщательно описано - для чего, от чего, как и когда лучше использовать, и даже составы. Не представляю, сколько времени Лила на это потратила! Больше всего грело то, что это было еще одним доказательством ее заботы и беспокойства обо мне. Но самым ценным, оказался, последний подарок от Изры. Она сделала для меня еще одну маску. Я не плаксива, но в это утро пролила слез больше, чем за последние несколько лет.
Без гонки, с нормальными ночевками, я добралась до столицы через неделю. Да - я не хотела туда возвращаться. Мысль о Симе, которой я пыталась себя заставить ускорится, не помогала. Собственно, какая теперь разница, раньше или позже я ей сообщу?
Приехала я поздно. Ада будто у двери стояла, меня ожидая, так быстро открыла. Ничего говорить ей не стала, просто кивнула и протопала к себе. Отмокала в ванной два часа, когда вышла, обнаружила ужин на столе. Поела, и спать завалилась, в итоге отключившись на целые сутки. Казалось, только глаза закрыла, но попытка уснуть до утра, чтобы не сбивать свои биологические часы, провалилась.
От нечего делать пошла к себе в кабинет и провозилась до утра с рубашкой. Кропотливая и нудная работа, как нельзя лучше к моему настроению подходила, не позволяя отвлекаться на мысли, что за прошедшую неделю измучили. Работа хорошо продвигалась. Наверное, из-за того что я отложила ее, идея отлежалась и прекрасно воплотилась, вознаградив меня за мучения результатом отличным. Я закончила основную работу, осталось только соединить фрагменты вместе и мой боевой костюм будет полностью готов.
- Вы проснулись, госпожа, - явилась Ада.
- Давно уже, - я не стала уточнять, насколько давно.
- Завтрак готов.
Пока я без особого аппетита завтракала, она пересказала мне новости, кто меня искал. Писем целая гора скопилась, но отвечать на них мне совершенно не хотелось. Ничего не хотелось. Я выпала из привычной жизни, и чувствовала себя не на месте, будто лишняя деталь в механизме отлаженном. Всех людей, что называла Ада, я не хотела видеть. Все дела, что ждали моего решения - я словно забыла, зачем они мне нужны, почему я должна ими заниматься.