Когда закончится осень

Этот причудливый маленький населенный пункт не шел в сравнение с моей скромной рыбацкой хижиной, затерянной на лоне природы посреди восьми гектаров лесного массива, где я обычно коротал осенние дни в компании тех, кто существовал лишь в моей голове и в файлах на моем ноутбуке. Я проводил сутки напролет без сна, даруя им жизнь на страницах моих романов. В моем разуме была заключена небывалая сила, способная вершить их судьбы и решать, кто будет жить, а кто должен умереть. Именно в этом когда-то заключался смысл моего существования: в создании миров, куда я мог сбежать, когда реальность становилась невыносима. Я находился на пике славы, попадая в списки бестселлеров New York Times с моими крайними тремя релизами, один из которых уже был экранизирован, а по второму писался сценарий. Но точно так же, как чарующие осенние листья увядали с приходом зимы, умирало все, что я считал важным для себя. Сейчас я даже не был уверен, что смогу родить какое-то более-менее связное предложение. Призраки и злодеи, когда-то заселяющие страницы моих книг, остались лишь где-то на задворках моего сознания.
Я брел по улице, рассматривая шикарную архитектуру в викторианском стиле, которая была довольно типична для подобных мест. Джонатан Рид исследовал бы историю каждого из этих строений и перенес бы их на бумагу, а Итан Бэнкс просто прошел мимо. За последний год многое изменилось. Я даже не заметил, как мои ноги привели меня к месту, столь избегаемого мной. Но, стоя на пляже и глядя на природную стихию, которая была мне ненавистна до мозга костей, я был волен выбирать ― сбежать и похоронить все глубоко внутри себя или столкнуться с болью, терзающей меня, лицом к лицу.
Лучи солнца пробивались сквозь дымку тумана, стелющегося над водой, и для большинства людей это стало бы идеальной картинкой для фотосессий, но я был не из их числа. В моей груди защемило, когда солнце, наконец, рассеяло туман, открывая моему взору ее, стоящую на берегу. Возможно, моя попытка уйти все же увенчалась успехом? и я был мертв, а может быть, это была злая шутка моего разума. Как бы там ни было, я обязан был подойти к ней. Уняв дрожь в ногах и сердце, готовое вырваться из груди, я приблизился к ней, опасаясь, чтобы ее образ не развеялся. Наконец, достигнув ее, я остановился в нескольких шагах от нее, осматриваясь по сторонам. Ее длинные, темные волосы волнами развевались на ветру, в то время как она смотрела на воду, не замечая моего присутствия за шумом грохочущего океана. Я попытался заговорить, но не находил слов.
― Дарра, ― кое-как выдавил я из себя. Те несколько секунд, что потребовались ей, чтобы обернуться, были подобны вечности для меня. Ее удивленные глаза пристально смотрели на меня, вот только они были не того привычного голубого цвета, в котором я тонул столько раз. Вместо этого они были темно-карими. Слегка придя в себя, я отступил на шаг назад, пытаясь вспомнить, где мог видеть эту знакомую незнакомку прежде.
― Прощу прощения? ― произнесла она с теплотой в голосе, которая вновь показалась мне знакомой.
― Я… Я… Я принял вас за другого.
Она ничего не ответила, а лишь сочувственно улыбнулась.
― Извините, ― пробормотал я, удаляясь.
― Вам уже лучше? ― спросила она мне вслед, когда я отошел на несколько метров.
Что, черт возьми, происходит? Кто эта женщина и почему она разговаривает со мной так, будто мы знакомы?
― О чем вы? ― выпалил я.
Она нервно сглотнула, когда я вновь двинулся в ее сторону.
― Я… Я… Вчера вы выглядели довольно подавленным.
Ее голос дрожал.
Ко мне пришло озарение, и я вспомнил, где видел ее раньше. Это была та самая брюнетка, которая пожирала меня глазами, когда я вчера регистрировался в мотеле.
― Мое самочувствие ― не ваше дело. Я вас не знаю, а вы, соответственно, не знаете меня.
От неожиданности она раскрыла рот.
― Ну, простите, что доставила вам неудобства! ― выпалила она. Она замотала головой и наградила меня суровым взглядом, прежде чем развернуться и убраться восвояси.
Я остался на месте, устремив взгляд на водную гладь. С каждым днем я все больше походил на своего отца, и я ненавидел это. Но какое право она имела копаться в моих чувствах? Она абсолютно ничего не знала обо мне. Именно поэтому я закрылся от всего мира. Мне не нужно, чтобы кто-то лез мне в душу, и уж точно я не собирался исследовать чувства других людей. Мое сердце служило лишь органом жизнеобеспечения. Никаких других функций. Любви для меня не существовало, и я корил себя за то, что когда-то считал по-другому. Я обернулся, глядя на ее удаляющийся от пляжа силуэт и пытаясь понять, почему я так злюсь на нее. Крылась ли причина в том, что она и правда совала нос не в свои дела, или же проблема была в том, что незнакомка невероятно пугающе напоминала мне Дарру?
 
    
ГЛАВА 5
ДЖЕННА
 
Я давно убедила себя, что все мужчины ― козлы. Благодаря сантехнику-шовинисту, который обращался со мной, как с женщиной, которая ни в чем не смыслит, и тому придурку на пляже, с которым я столкнулась утром, мое мнение лишь укоренилось.
― По всей видимости, сантехнику придется менять полностью, ― заявил сантехник, столь рекомендованный адвокатом моей тетушки.
― Вы сейчас шутите?
― Боюсь, что нет. Трубы настолько устарели, что не пройдут никакой проверки. У вас есть муж, отец или брат, которому я смог бы доходчиво все объяснить? Наверняка, они лучше поймут, о чем я.
― Нет, никого нет, и я прекрасно понимаю, о чем вы. То, что я женщина, не делает меня автоматически дурой.
― Оу, я… я вовсе не это имел в виду.
― Может, вы этого и не сказали, но намек прозрачен. Так что, если вы планируете продолжить работать в моем доме, вам придется пообщаться со мной… единственной собственницей. Уверена, что вы поймете, что я настолько же… если не больше, сообразительна, как те, с кем вам приходилось иметь дело, мистер Дианжело.
― Прошу вас, зовите меня просто Джо, мисс Делани.
Я согласно кивнула, но не предложила ему обращаться ко мне так же по имени после того, как он повел себя со мной.
― Договорились, Джо. Я хотела бы получить от вас смету по всем работам, которые необходимо выполнить, если вас не затруднит.
Его глаза расширились.
― Ладно, но я докажу, что я самый грамотный в округе по этим вопросам.
― Я в этом даже не сомневаюсь.
Я ухмыльнулась. Какие разительные перемены. Теперь он осознал, что связался не с какой-то глупой девчонкой, которую можно развести на лишние траты. Я планировала грамотно провести все работы по дому, и если это означало, что мне придется привлечь кого-то другого из сантехников, значит, так тому и быть.