"Фантастика 2023-128". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Я быстро спихнул владельцу лабаза, практически не торгуясь, трофейные немецкие винтовки по четыреста пятьдесят экю, а пистолеты «Беретта-92F» — по триста двадцать. Нормальная цена за секонд-хенд. Без патронов, естественно, их я заранее выгреб еще дома. Патроны тут — вторая валюта. А выручку пусть таежницы сами между собой делят. Я ее в отдельный карман положу.
Прежде чем продать пистолеты, предложил Ингеборге выбрать себе один из них.
— Не пожалеешь, американцы из-за «беретты» даже от легендарного кольта отказались.
Но та в ответ вынула из кобуры большой «радом», покачала на ладони, похвалилась и спрятала обратно.
— Откуда дровишки?
— Доннерман презентовал. Сказал, что это мой боевой трофей с албанца, — гордо ответила девушка. — Так что менять я его ни на что не буду.
— Ну как хочешь.
А сам подумал: надо же, «а мы и не знали!».
Но этот польский пистолет навел меня на мысль по поводу отдарка таежницам за парабеллум. Да такая клевая идея родилась, что они просто не смогут отказаться. Ни в каком случае.
— Сеньор Франко, — обратил я на себя внимание продавца, — в вашей мастерской можно сделать накладную табличку на рукоятку пистолета?
— Подарочную?
— Наградную.
— Серебряную?
— Обязательно.
— Какой пистолет?
— А вот это вы мне сами и посоветуйте. Нужно два пистолета. Одинаковых. Требования: малый вес, большая емкость магазина, надежность и калибр с хорошим останавливающим действием.
— Для женщины? — переспросил меня Франко.
— Почему вы подумали про женщин?
— Малый вес? Кстати, не хотите советский «Макаров»? Правда, там емкость магазина всего восемь патронов, но зато надежность выше всяческих похвал и вес небольшой. Я недорого отдам. По сотне всего: — И добавил, подняв палец к потолку: — Новые.
— Нет, сеньор, хоть я и русский, но предпочту что-то более пафосное по дизайну. Тем более для подарка.
— С какой суммой вы готовы расстаться? — откровенно проявил Франко свой интерес.
— Думаю, что по пять сотен за одну штуку не будет много, — озвучил я минимальную цену.
Мне и большей суммы для Тани и Дюли не жалко, но если я не поторгуюсь, то потеряю лицо в глазах продавца.
— Вы походите пока, посмотрите по витринам, может, что еще приобретете, — выдал Франко. — А я отлучусь в подсобку, поищу там, что вам может подойти.
Отсутствовал он минут двенадцать-пятнадцать, а мы это время убили на исследование патронного предложения. Демидовск и тут рулит. Бьет всех ценой.
Франко появился в торговом зале, просто лучась от счастья.
— Вот, сеньор, то, что вам нужно, и рукоятки деревянные. На резину очень трудно было бы прикреплять таблички. А тут прямо на щечки получится. И смотреться будет красиво. На какую щечку будем табличку ставить?
— На левую, — ответил я, беря в руки один из вороненых близнецов, подкидывая его на ладони, проверяя на вес.
Неплохо. Очень неплохо. Не тяжелее «макарки».
— Почему на левую? Ее же не будет видно при ношении, — озадачился продавец.
— Зато не будет демаскировать блеском на задании, — выдал я ему свой резон, припомнив, что мне таежницы трындели про «блескучее».
Продавец взял второй пистолет и, выщелкнув магазин, показал мне, какой тот толстый, рассчитанный на двухрядное расположение патронов.
— Тринадцать зарядов, — проговорил Франко с придыханием. — Патрон девять миллиметров. «Браунинг курц». Вес всего шестьсот сорок грамм. Это точно то, что вам нужно. Пистолет, который будет легче, при таком боекомплекте вы нигде не найдете.
Я внимательно рассмотрел оружие. Размером с ладонь, не более семнадцати сантиметров длиной. Щечки деревянные — гладкие, без рифления, закрепленные двумя винтами.
— Накладки на рукоять выполнены из груши, — подсказал услужливо продавец, глядя, на что именно я обращаю внимание. — Серебряная пластинка на них будет смотреться очень нарядно. Кстати, вам пластинка нужна овальная или прямоугольником?
— Призмой. Косым прямоугольником, если так можно. У нас традиция такая, — выдал я свои предпочтения.
— Все можно, — ответил Франко, скосив глаз на Ингеборге.
Та с интересом вертела в руках второго «близнеца».
— «Пьетро Беретта M-84FS», — прочитал я надпись на затворе. — Калибр девять миллиметров. Сделано в Италии.
— Обратите внимание, сеньор, что при рамке из легких сплавов отдача и подброс у этой модели очень небольшие, и попадать из него в цель легко. В Европе многие полицейские выбирают этот пистолет для скрытого ношения.
— Уговорили. Сколько?
— Восемьсот тридцать экю вместе с двумя запасными магазинами и набором для чистки. За один, — и смотрит тихо, боясь спугнуть.
— Прибавьте к этому тактическую кобуру «плечо-бедро», почи к запасным магазинам и по сотне фирменных патронов. И гравировку табличек не забудьте сюда приплюсовать. — Вот так вот, знай наших.
Франко потыкал пальцем по большому офисному калькулятору и вывел итог:
— Тысяча двадцать три экю за один в вашем комплекте. — Посмотрел в мои глаза и добавил: — Но я вам дам скидку. Две тысячи за все. Если условия вам подходят, то пишите на бумаге, что именно мы должны гравировать на табличках.
Я взял у него листок бумаги и ручку и тут же на прилавке, высунув от усердия кончик языка, придерживаясь строгого шрифта для штихеля, начертал крупными буквами:
«Снайперу Татьяне Бисянке за спасение отряда „Факел“ от рук дорожных бандитов 35.05.22.
И тут же сотворил копию, но с именем Дюлекан Комлевой. Осмотрел еще раз оба листочка и остался доволен своей работой. Все же неплохо нас учили в интернате при Третьяковской галерее.
— Это какой язык? — спросил Франко.
— Русский, — ответил я. — Буквы — кириллица.
— Что здесь написано? — полюбопытствовал хозяин оружейного лабаза.
Я перевел на английский.
— Так это именно те девочки, которые в горах на ноль помножили банду во главе с офицером Ордена? — восхищенно вопрошал оружейник, широко раскрыв карие глаза.
— Они самые, — гордо ответила Ингеборге, догадавшись уже обо всем, — «Звезды Зорана». Эти пистолеты — им награда.
— Тогда с вас, сеньор, всего тысяча шестьсот экю. — Франко покачал головой как китайский болванчик. — Все остальное — в подарок им от старины Франко. Только покажите мне их. Я порву календарь и повешу их фото здесь над кассой.
С этими словами он вытащил из-под прилавка почтовую бандероль с календарем, разрывая ее обертку из крафта прямо на ходу.
Мы указали ему фотографии Дюлекан и Тани.
Ингеборге обуял приступ скромности, и на свою страницу в календаре она не стала обращать внимание владельца оружейного лабаза.
— Когда будет все готово? — спросил я о своем, насущном.
— Сегодня в шестнадцать часов можете забирать свой заказ, — заверил нас Франко.
Новая Земля. Европейский Союз. Город Виго.
22 год, 4 число 6 месяца, вторник, 10:42.
Стрельбище «милисианос рэкете казадорес» располагалось за городской чертой Виго, совсем неподалеку от КПП — в пределах прямой видимости караула, и напоминало вытянутый прямоугольник, по периметру озелененный тремя рядами широколиственных деревьев. Вряд ли для безопасности гуляющих по окрестным полям, скорее всего — для шумопоглощения звуков стрельбы.
Дальней от города узкой стороной стрельбище утыкалось в небольшую горку. Именно там и соорудили пулеуловители для стрельбы на большие дистанции.
Окопы для постановщиков мишеней зигзагом перечеркивали это поле поперек через каждые сто метров.
А с другого торца расчетного километра для удобства стреляющей публики соорудили столы со столбами и навесом, крытым камышом. Или чем-то типа камыша. Стульями желающих обеспечили. А с правого края этого ряда для любителей были устроены лежки. Также под тенью. Все для удобства и комфорта.