"Фантастика 2023-128". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

На наше появление никто не обратил внимания. Только Альфия, протряся мимо нас красивыми голыми сиськами, на ходу оценила Катин прикид.
— Лупу, где ты взяла такую прелесть? — Голос Альфии был полон показного умиления и патоки. — Девочка с кислотной дискотеки в Люберцах. Как стильно!
И дальше побежала, на ходу натягивая на себя что-то серое со вставками цвета фреже. Вот стерва, вроде даже похвалила Катю, но одновременно и опустила ниже плинтуса.
— Жорик, им надо сообщить про конвой, что его завтра не будет, — напомнила мне Катя.
— Я еще не настолько сумасшедший, чтобы встать между женщиной и зеркалом в примерочной, — покачал головой и добавил: — Пошли в номер. Книжки там почитаем.
— Книжки почитаем? — переспросила Катя с задорным намеком. — Это теперь так называется?
— Именно так, Катюха, именно так, — произнес я наставительно. — Как в избе-читальне, а не в «Доме колхозника» при отсутствии керосина.
В номере мы действительно достали из упакованных вещей все эти орденские «Памятки» и «Путеводители» с картами Новой Земли и собрались действительно их изучить.
По крайней мере, я.
Катя лениво, без интереса, листала орденскую макулатуру, явно делая мне одолжение.
Я уже было прилег с брошюркой — люблю читать лежа, но обнаружил, что у меня снова кончаются сигареты. Тенденция, однако, вырисовывается нехорошая: или я тут больше курить стал, или это все оттого, что тут сутки на шесть часов больше.
Пришлось спускаться к Ною и просить его продать пачку «Конкисты». У этого «паровоза» точно должен был быть запас.
Ной, спекулянт такой, выкатил мне за пачку цену в четыре с половиной экю. Так и подмывало его спросить: а почему с копейками?
Был случай у нас на философском факультете, рассказывали старшие товарищи. Училась у них, еще в СССР, как нацкадр, [401] симпатичная девушка из Туркмении. Была она, как и положено порядочной восточной девушке, очень целомудренной. Спала только с Сент-Жюстом… [402] Портретом над кроватью. Про нее даже байка ходила по факультету, что Гуля настолько морально устойчива, что «даст только второму мужу».
В один прекрасный день с ней случилось два события. Первое — она расшибла левую коленку, споткнувшись в общаге на лестнице. Соответственно, пришлось ходить с повязкой на ноге. Второе заключалось в том, что в качестве компенсации морального вреда за разбитое колено она купила себе в венгерском магазине у кинотеатра «Литва» сумочку кожаную за 6 рублей 35 копеек.
И пошла к подруге на встречу, которую сама же назначила у ресторана «Метрополь».
Стоит Гуля у «Метрополя», подругу поджидает. Тут подваливает к ней совершенно незнакомый крендель и спрашивает:
— Сколько?
Гуля, в полных непонятках, переспросила?
— Что сколько?
Мужик уточняет:
— Стоит сколько?
Гуля, посмотрев на сумочку, выдает:
— Шесть рублей тридцать пять копеек.
— А почему с копейками? — удивляется мужик.
— Госцена, — спокойно отвечает Гуля, глядя в спину мужику, уже улепетывающему со страха во все лопатки.
Потом пришла и всем в общаге рассказала, под общий смех, какие в Москве чокнутые типы по улицам ходят.
А ларчик открывался просто. В тот сезон у проституток был опознавательный знак — перевязанная левая коленка, по типу того, как в допетровской Руси они на месте современной панели стояли с кольцом во рту. Кому нужно, тот знает, а милиции всегда можно по ушам втереть, что она не такая, а ждет трамвая.
Вот я Ною чуть и не ляпнул этот вопрос: почему с копейками? Но вместо этого выдал ему информацию, что прекрасно знаю, сколько в Виго эта пачка стоит — ровно один экю. И попросил его обосновать свою цену.
В ответ Ной стал что-то мямлить про дороговизну доставки, что конвои за проводку нещадно дерут, что это ему только по большому блату «Конкисту» привозят очень ограниченной партией, только для его собственного употребления. А так, оттуда, эти сигареты они даже не вывозят в другие земли. Самим не хватает пока. Даже на севере Евросоюза их в продаже нет. Добил он меня окончательно «отельной наценкой». Вот жук. Еще бы про отстежку бандитской «крыше» напел. А что? В этом случае я бы ему поверил.
 
На что я ему озвучил, что в русские земли самый крутой конвой Русской армии дерет за проводку всего по 300 экю с машины. А в Виго — так намного ближе будет. Так что его «отельная наценка» составляет запредельные даже для Нового Мира 350 процентов. А инфляции экю пока не наблюдается. Золотой стандарт на Новой Земле, как ни крути.
— Морда у тебя не треснет с Орденом за наценки конкурировать? Так ты же табак не из-за ленточки везешь, чтобы кричать, что нынче «овсы дороги», — упрекнул я его.
— Какие овсы? — не понял Ной.
Пришлось рассказать ему пару баек про московских извозчиков. Самое смешное, что Ной на полном серьезе решил, что эти извозчики работают в столице России в начале двадцать первого века, а не в конце девятнадцатого. Я не стал его разочаровывать.
— Ну да, — втираю ехидно ему дежурную русскую байку. — А еще у нас по улицам белые медведи ходят.
— Правда? У нас на Аляске такое тоже бывает часто, — вполне адекватно констатировал Ной, вызвав у меня просто пароксизм смеха.
В общем, сошлись мы с ним на цене в два с половиной экю за пачку при оптовой партии в четыре блока. Торговались, правда, минут сорок за каждый цент. После этого почувствовал, что Ной начал меня сильнее уважать.
Поднялся к себе в номер и застал там Розу, которая прессовала Катю со всей семитской страстью.
— Ты что, подруга, думала, что мы тебе Жорика на все оставшееся время уступили? — рычала Шицгал на Лупу. — Как бы не так. Я пока тут любимая жена и мое место попрошу не узурпировать. Вот, блин, и делай добро шиксам [403] после такого.
Я так и застыл в дверях. Ситуация понятна: доминирующая самка показывает подчиненным особям их место в иерархии стаи. Мне, с одной стороны, удобнее управлять этим «гаремом» через Розу и Ингеборге. А с другой стороны, они не должны это делать без моего одобрения, иначе я действительно буду в этом «гареме» «сучонком», а не «господином». Ролевая игра требует и четкого ролевого поведения.
Вдохнул я и высказался:
— Роза, а мое мнение ты спросить не удосужилась?
Шицгал открыла рот и застыла в полуобороте, хлопая ресницами. Вся происходящая тут сцена на меня рассчитана не была. Шли чисто внутривидовые разборки. Этим я и воспользовался.
— Итак, Роза, я выражаю СВОЕ мнение. Я сегодня Катю ужинал, я ее и буду танцевать. Ясно? И прошу за меня такие вопросы не решать. Иди «Путеводитель» лучше почитай. Завтра я у вас по нему экзамен принимать буду.
— Какой экзамен? — Глаза у Розы стали круглые и выпученные, как у того волка из анекдота, который на вопрос «почему у тебя такие глаза?», отвечал из кустов: «это я какаю». Вона как студентам рефлексы нынче вбивают! Прямо нейролингвистическое программирование, в натуре.
Забавная ситуация, но я ее не обостряю и спокойно заявляю дальше:
— На знание реалий этого мира. Ты утром чем слушала? Не читала? Так всем и передай. Экзамен завтра. Спрашивать буду лично. В автобусе поедут только те, кто экзамен сдаст. Остальные будут добираться, как хотят.
Надо Розе отдать должное, удар она держала хорошо. «Эффект стройотряда» уже действовал на все сто. Нужно просто уволить с треском первого же нарушителя дисциплины, тогда с ней не будет проблем до конца сезона.
Бешено блеснув глазами, Роза их тут же опустила и сказала уже внешне покорным тоном:
— Хорошо, Жора, завтра поговорим, — прозвучало все это, как закамуфлированная под послушание угроза.
Ну и фиг с тобой, золотая рыбка. Видали мы карликов и покрупнее.
Роза вышла из номера, аккуратно прикрыв за собой дверь без звука.
Я пристроил блоки сигарет в тумбочку, подальше от чужих глаз, а то будет с ними то же, что и вчера с вискариком. Ножки вырастут.