"Фантастика 2023-128". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
А вот поди докажи потом судейским, что это все мною не украдено, а фактически взято со свалки никому не принадлежащим? И по документам в природе не существующим.
Как всегда, выручил штаб-ефрейтор, который, обладая в городе обширными знакомствами, свел меня с нужными людьми, которые за долю малую все отправили мимо поста контроля. Хочешь не хочешь, а пришлось Пуляка вести в «Круазанский приют», где с начала войны только добавилось красивых девочек.
Я ведь еще оружие на хутор отправлял и патроны цинками. Ага…
Оружие… Какого там только не было. Кроме запасов штатного вооружения наличествовало огромное разнообразие вариантов переделки стоящей на вооружении однозарядной винтовки Кадоша в магазинную многозарядку. С приставными магазинами со всех сторон: и снизу, и сверху, и сбоку. Магазины в прикладе. Магазины подствольные как в цевье, так и снаружи цевья, привычные для меня магазины под затвором впереди спусковой скобы, магазины барабанные, как в револьверах. И вообще полная экзотика, которую и сравнить с чем-то сложно. Это все разнообразие не было принято на вооружение по разным причинам, и место ему, откровенно говоря, в музее.
Эллпе ухмыльнулся:
— Тебе, наверное, в учебке по ушам терли, что магазинные винтовки практически не имеют преимуществ перед однозарядной…
— Так и есть, — сознался я.
— Просто сделать не смогли надежную систему, вот и выдают желаемое за действительное. Пять лет мы все это испытывали. А… — махнул он рукой, приглашая за собой за штабеля ящиков. — Вот здесь надежные и оригинальные конструкции, но по неведомым мне причинам армия от них отказалась. Смотри, — он откинул крышку ящика и передал мне в руки короткое ружье.
Мне сразу понравился этот карабин под револьверный патрон с затвором типа скобы Генри.
Фельдфебель снова покопался в ящиках и достал по виду практически винтовку Кадоша, которая стоит на вооружении, но с рычажным затвором и постоянным магазином на шесть патронов, похожим на мосинский.
— Остальное, Савва, можешь даже не вертеть в руках, — сказал фельдфебель. — Все так себе…
— Ты что, сам отстреливал? — поинтересовался я.
Фельдфебель надулся от важности:
— А то? И с комиссией настрелялись по зачету, и после комиссии для собственного уже интересу. А потом все оптом списали как пришедшее в негодность.
Эллпе заразительно засмеялся.
Я взял в руки левер с подствольным магазином, очень похожим на киношный «ковбойский винчестер». Даже скоба перезарядки была похожа, только размером побольше, чтобы рука в толстой перчатке влезла. Изящная машинка, прикладистая и легкая. Новье. Еще в заводском пушечном сале.
— И эту списали? — удивился я.
— И эту… И не только ее. Это карабин Фолта. Десять зарядов. Калибр одиннадцать миллиметров, патрон стандартный револьверный, — продолжил экскурсию Данко. — На сто — сто пятьдесят метров очень даже убойная штука. Правда, патрон — дымарь.
— Что же их для гражданского-то рынка не делают, раз армия от такой прелести отказалась?
— Почему не делают? — округлил глаза интендантский фельдфебель. — Делают. Просто ты в охотничий лабаз никогда не заходил. Все делают, даже очень красиво, с серебряной насечкой и гравировкой. Ложа ценных пород дерева. Инкрустация перламутром и рыбьим зубом. Некоторые экземпляры хромируют до зеркального состояния так, что от солнца в глаз зайчики от ствола прыгают. Охотиться с таким ружьем невозможно, а вот на стене под рогами оно красиво висит. Статусно.
— Да некогда мне было по магазинам бегать, — огорчился я. — Вот все собирался да откладывал. Дооткладывался…
— А дома охотишься? — поинтересовался Эллпе.
— А как же! В горах, — похвастал я.
— Тогда бери… и отсылай домой, пока на почте бардак. Все равно все это списано давно на разрушения при испытаниях. И в природе они не существуют. Только с одним условием: с тебя еще десять рецептов облагороженного самогона.
О как понравилось ему настаивать самогон на сосновых орешках местных типа кедровых. Ладно, запустим ему рецепт кальвадоса, яблок по округе растет немерено.
— А патроны? — закинул я удочку.
— Ящика хватит? — посмотрел он на меня. — Не хватит, бери два.
Видя мое оторопение, быстро добавил:
— И набор для домашнего кручения патронов получишь от меня в довесок. Каждую гильзу латунную раз по десять переснарядить можно. Капсюля и пули я тебе дам, тут навалом. А порох черный везде купить можно.
Я почесал репу…
— Тогда давай… пять таких вот карабинов Фолта, одну вот эту магазинку из опытной партии с оптикой под стандартный винтовочный патрон и одну длинную винтовку Кадоша. И я передаю тебе все, что сам знаю о самогоноварении. А знаю я много.
— Куда тебе столько? У вас там в горах война кланов?
— Слушай больше сплетни. Охота там у нас. А у меня четыре племянника подрастают, жена и тесть — стрелки. И сам пострелять не дурак. А на всех одна дульнозарядная шомполка времен ушедших богов.
О так вот. Само вырвалось — взял и назвал Элику женой. От этого сам обалдел и окончательно добил кладовщика:
— И всегда у нас на охоте в горах ты желанный гость. После войны. В любое время.
Фельдфебель немного подумал и вдруг так чисто по-русски сорвал с головы шапку и кинул ее на землю.
— А идет! Тебе экономия на патронах, и мне экономия на спиртном. Но в придачу самовар…
— Сделаю, — пообещал я.
— Не сделаешь, а отдашь тот, который есть. Он мне полюбился.
23
Стою как дурак посередине казарменного плаца в городе и таращусь на простой лист типографского текста под названием АТТЕСТАТ, в который от руки вписано: «Савва Кобчик», а ниже типографским шрифтом обозначено: «Окончил экстерном полный курс неполной средней школы при гарнизоне Королевской ольмюцкой армии в городе Будвице». Далее шел перечень учебных дисциплин и мои итоговые отметки в них. Неплохие отметки. Аналогов наших троек всего три — по огемскому языку, географии и по истории империи. Подписи. Печати. Последние две — гарнизонная и Комитета народного просвещения королевства.
Особенно порадовала меня формулировка «полный курс неполной школы». Задорнова на них нет.
Каждый экзамен без какой-либо подготовки для испытуемого принимала комиссия из трех офицеров, всякий раз разных. Отношение к испытуемым было самое доброжелательное, но просто так хорошие оценки не ставили. Сам видел, как солдат твердо заворачивали на переподготовку, выставляя жирные двойки.
Я тоже чуть не завалил огемский язык, особенно грамматику, но помогла та букинистическая книга по литературе Ольмюцкого королевства, которую я почитывал на сон грядущий. Почерпнутые мною из нее знания, даже без чтения самих текстов, очень умилили экзаменаторов, которые сами все были огемцами.
Председательствующий в комиссии подполковник высказался в том ключе, что не ожидал от рецкого горца такого пристального интереса к его родной литературе, особенно к ее древней части, и предложил мне поставить трояк в общем зачете. А вот если бы литературу и язык сдавали порознь, пролетел бы, как швед под Полтавой.
Кто бы год назад сказал мне, лицу, имеющему незаконченное высшее образование, что я буду радоваться этому листочку, как мальчишка? Однако стою и тупо радуюсь.
— Кобчик, что стоишь, как засватанный? — раздалось за спиной.
Резко повернулся и на автомате отдал воинское приветствие.
— Здравия желаю, господин капитан-лейтенант. Старший фельдфебель Савва Кобчик, представляюсь по поводу получения аттестата о неполном среднем образовании.
И уже нормальным голосом:
— Спасибо вам, господин капитан-лейтенант, что направили меня на путь истинный. Все оказалось не так страшно, как казалось.
Плотто посмотрел в мой аттестат и хмыкнул, отметив пятерки по математике, физике и химии, и заметил:
— Не ошибся в тебе Вахрумка.
— Осмелюсь спросить, у вас нет о нем каких-либо сведений? А то я как расстался с ним тогда, когда нас всех из штаба наладили, так ничего о нем и не знаю.