Я твое ненастье
На кладбище нас с бабушкой должен был отвезти Кирилл, часов в двенадцать. И все оставшееся время я планировала провести в комнате Павла. Я зашла к нему и сразу приблизилась к шкафу. Но не стала его открывать, а прижалась лбом к зеркальной дверце и закрыла глаза, впитывая секунды. Тело сковала вселенская печаль, и я замерла, отдаваясь ей целиком и полностью.
«Привет, с днем рождения тебя…» – мысленно произнесла я, ожидая слезы. Но они не появились. Нежная грусть заполнила душу и я, как ни странно, стала чувствовать себя несколько лучше. Будто Павел ответил: «Спасибо, Дженни. Не грусти, я очень хочу, чтобы ты была счастлива».
– Хорошо, я постараюсь, – прошептала я.
* * *
За последние месяцы это был один из самых трудных дней. Воспоминания кружили, и к вечеру я сильно разволновалась и постоянно смотрела на часы. Казалось, что если Егор вернется, то я успокоюсь. Мне даже не нужно было с ним видеться и общаться, достаточно того, что он приедет и привычно направится в свою мастерскую.
– Дженни, ты опять собираешься пить кофе? Это будет уже пятая чашка, налей хотя бы чай, – сказала бабушка, когда я в очередной раз прошла мимо нее в столовую.
– Ладно, пусть будет чай.
Бабушка уже полтора часа сидела в гостиной и изучала прессу за последнюю неделю. Я не сомневалась, что она тоже волнуется за Егора и именно поэтому не уходит на второй этаж. Где он провел целый день? Вряд ли в офисе, сегодня же выходной. В своей квартире? Быть может.
Вытерпев еще десять минут, бабушка набрала номер Егора.
– Ты где сейчас?.. Подъезжаешь?.. Хорошо. Я отпустила Кирилла, он не мог до тебя дозвониться… Да… Жду… – Закончив разговор, она небрежно положила телефон на диван рядом с собой и повернулась ко мне: – Егор будет минут через десять. Дождусь его, поздравлю и пойду спать. Меня мучает головная боль с обеда, и почему я не выпила таблетку?..
Обменявшись с бабушкой парой фраз, я отнесла чашку на кухню, вышла из дома и зашагала к бассейну. Мне хотелось превратиться в мышь, спрятаться в нору и именно так встретить следующий день.
Вечер был теплый, рядом с фонарями мельтешила мошкара, в воздухе витал аромат бабушкиных роз, дорожка бежала вперед и раздваивалась, предлагая и другой путь. Миновав скамейку и подстриженные, давно отцветшие, пионы, я прошла мимо столярной мастерской и устремилась дальше. Открыла бесшумную дверь, включила лишь дальний свет и приблизилась ко второй раздевалке, рядом с которой располагался черный кожаный диван. Забравшись на него с ногами, я принялась смотреть на воду. Почему-то вспомнился именно тот день, когда я впервые приехала в дом Уваровых, все казалось чужим, но я была счастлива…
Потом я вспоминала, как Павел учил меня плавать, и улыбалась. Мне мерещились брызги, разлетающиеся в стороны…
Вот мы за столиком кофейни…
Обнимаемся на скамейке в парке…
Потом вспыхнула поездка в Черногорию с папой…
Потом поездка с Егором…
Прикоснувшись кончиками пальцев к губам, я почувствовала странную ноющую боль в груди. Нет, я не забыла тот вечер… Как можно его забыть?
Краем глаза я уловила движение и посмотрела вправо. Егор возвышался в дверном проеме, и я вздрогнула от неожиданности. Давно ли он стоит там и наблюдает за мной?
«Я тебя еще не поздравила», – полетела стрела мысли.
«Это вовсе не обязательно», – прозвучал ответ Егора в голове.
Сунув руки в карманы, он направился ко мне неторопливо. Расстояние сокращалось, а я никак не могла отвести взгляд в сторону, а сделать это хотелось.
Егор устроился рядом, откинулся на мягкую спинку дивана и положил ногу на ногу. Он не брился несколько дней, и не очень-то было привычно видеть его щетину. Колючая? Или мягкая?
Мне пришлось сесть немного глубже, чтобы находиться с Егором на одной линии. Иначе он разговаривал бы с моей спиной.
– Спасибо за подарок, Дженни, – произнес он и не то улыбнулся, не то усмехнулся.
– Не за что, – пожала я плечами, волнуясь от того, что не понимаю настроение Егора.
Его ладонь скользнула по моей руке вверх, пальцы коснулись шеи, и я получила волну приятных теплых мурашек, если, конечно, такие существуют. А потом Егор притянул меня к себе, и моя щека оказалась прижатой к его груди. И это был тот момент, когда невозможно понять: я успокоилась или разволновалась еще больше?
Несколько секунд Егор просто гладил меня по голове и молчал, а потом тяжело вздохнул и устало сказал:
– Дурацкий день. Ты ужинала?
– Нет.
– Я заехал в «Конте-Конти» и захватил пирог с сыром и овощи гриль. Мне еще полагается бокал вина, а для тебя найдем сок. Пойдем поедим, Дженни?
И я кивнула, а потом добавила:
– С днем рождения, Егор.
– Спасибо.
Бабушка уже отправилась спать, и мы устроились в гостиной за ее любимым журнальным столиком. Я и не подозревала, что так голодна. Кажется, сегодня я ничего не ела.
Егор подогрел пирог и разложил овощи по тарелкам. Мне нравилось наблюдать за его простыми и точными движениями. Мы практически не разговаривали, но слова вроде и не требовались, это был поздний вечер тишины.
* * *
Бабушка отправилась с Зоей Альбертовной в Рим в конце августа. За несколько дней до этого, устроившись в библиотеке, она позвонила маме Вари и сообщила:
– Я нашла для девочек репетиторов, это одни из лучших специалистов, и я уверена в них на сто процентов. В наш стремительный век все обучаются при помощи интернета, и Дженни с Варей уже через неделю могут приступить к занятиям. Будет гораздо лучше, если они станут заниматься вместе, и прошу вас, не возражайте. Речь идет о самом главном – об образовании девочек, а оно у них должно быть отличным, потому что Дженни и Варя уж точно заслужили это своими стараниями. Финансовые формальности я беру на себя… Нет, нет… все очень удобно, это мой личный вклад в будущее нашей страны, именно так к этому и относитесь, пожалуйста.
Я бессовестно подслушивала и очень надеялась, что мама Вари согласится. Как же хотелось, чтобы мы занимались вместе! Я понимала, что именно эти репетиторы дорогие и вопрос непростой, но отчаянно надеялась на дипломатические способности бабушки. И не сразу, но ей все же удалось настоять на своем. Хотя слово «настоять» в данном случае не совсем подходило, разговор был чутким, длился долго и закончился на позитивной ноте.
Мама Вари думала среду и четверг, а потом дала согласие, но с условием, что деньги она вернет позже при первой же возможности. Бабушка ответила, что у нее есть хорошее решение этого вопроса, и что молодежь должна быть не только умной, но и трудолюбивой.
– Девочки по субботам и в каникулы могут работать в «Конте-Конти» помощницами официантов. Два моих внука прошли данный путь и никогда не сожалели об этом… – Бабушка взяла нож и вилку, посмотрела сначала на Егора, затем на меня и добавила: – Именно так я и сказала маме Вари. Дженни, готовься к трудовым будням. Вы вполне можете и сами зарабатывать на репетиторов. Пусть это будет не вся сумма, но…