Серебро ночи. Примум. Книга 2

Нескио кивнул, принимая его слова к сведению, и принялся выискивать в груде драгоценностей аквамарины для подарка супруге.
Роуэн тоже посмотрел на синий камень, достал его из тусклой груды и протер. Полюбовавшись его игрой, положил обратно и мрачно заметил:
– Сапфир. Красивая безделушка.
Ему некому было дарить дорогие подарки, хотя, как сын герцога, пусть и внебрачный, он имел довольно приличное состояние. Но его любимая все равно откажется от драгоценностей. Она монахиня и не может себе позволить мирские суетные побрякушки.
Крис же подумал о Лори. Где-то она сейчас? И вернется ли вообще? Хотя зачем теперь, в такие страшные времена, обременять себя супружескими обязательствами, обрекая на страдания жену? Хотя он бы с удовольствием подарил ей этот яркий красный камень, рубин, символ страстной любви. Он был бы очень красив в кольце на ее тонком пальце.
Не постучав, в кабинет по-хозяйски стремительно вошел Феррун. Он был чисто вымыт, в новом прекрасно сидевшем на нем темно-синем, почти черном, камзоле из плотного сукна и таких же штанах. Никакой синевы на его руках больше не было. Мужчины встрепенулись, будто пойманные за неприличным занятием, но Феррун просто взял стул и сел на него верхом, как на лошадь.
Все торопливо расселись вокруг и приготовились слушать. Он рассказал им все, кроме того, что последняя дверь открылась благодаря его крови. Показал возрожденный Инкусс и на предложение Криса вставить камень в корону королей сердито возразил:
– И как, по-твоему, я буду шататься по подземельям с короной на голове? Ты меня что, за дурочка деревенского держишь?
Беллатор тут же бросился заливать возникший пожар:
– Носи его сколько хочешь, никто не против. Это было просто предложение. Никому, кроме тебя, камень ведь не подчиняется.
Феррун немного остыл.
– Ладно, я вам все рассказал, а теперь мне нужно поговорить с Амирель.
И он ушел, не соизволив попрощаться.
– Вот ведь противный капризный щенок! – Крис был искренне возмущен. – Пороть бы его да пороть! В короне он по подземельям бегать будет! Корона должна на голове короля быть, а не висеть на ушах у этого вахлака!
Беллатор с Роуэном кисло переглянулись. Беллатор поинтересовался у нескио, достаточно ли ему выбранных камней. Тот взвесил в ладони увесистую пригоршню аквамаринов и сказал, что вполне. Наместник вежливо попросил своего сенешаля:
– Крис, будь добр, отнеси куль в сокровищницу и передай казначею, что я попросил пересчитать все это и занести в амбарные книги. И, пожалуйста, проследи, чтоб ничего при этом не пропало. Я доверяю казначею, но все-таки не настолько, чтоб оставить его наедине с таким богатством, да еще неучтенным.
Крис связал плащ за края, попытался его поднять, но лишь сморщился от натуги. Беллатор открыл дверь в соседнюю комнату, где заседали его секретари и крикнул:
– Ланс, Григ, подите сюда!
Они вошли и Беллатор показал на лежащий на столе неподъемный груз.
– Помогите Крису донести это до королевского казначея.
Трое мужчин, ухватив сверток за разные концы, пошатываясь, потащили его в противоположное крыло, где располагалось казначейство.
Закрыв за ними дверь, Беллатор скупо улыбнулся.
– Крис доблестный воин и хороший человек, но совершенно не умеет скрывать свои чувства, поэтому при нем я ничего говорить не стал. – Повернувшись к удивленному этим странным вступлением нескио, он провозгласил: – Радуйтесь, герцог, мы обрели истинного короля.
К его удивлению, тот в ответ лишь согласно кивнул.
– Я знаю. Я прочел в летописи, как звали погибшего принца.
– И как же? – Беллатор мысленно попенял себе, что не догадался сделать это сам.
Чуть помедлив, нескио ответил:
– Феррео. Как вы помните, он был положен на трон умирающим. Уверен, трон перенес его к нам, в наше время, излечив от смертельной раны. Но почему при этом принц потерял память, нам не ведомо.
– Вот и отгадка загадки Ферруна, или, вернее, Феррео, – Беллатор глубоко вздохнул и радостно улыбнулся от овладевшего им чувства освобождения от непосильной ноши. – Что же, наследник престола у нас есть, как и возрожденная надежда.
– Но сколько же ему было, когда он попал в засаду? – Роуэн потер лоб, стремясь осознать услышанное.
– По летописи двадцать пять лет. – Нескио тоже сопоставлял все, что ему было известно о Феррео – принце, и Ферруне – простолюдине с замашками аристократа.
– Но к графу он попал совсем мальчишкой, – Роуэн опасливо посмотрел направо, будто через толщу стен мог увидеть королевский зал с злокозненным троном. – Что же делает с людьми этот колдовской трон?
– Отнимает годы и стирает память? – предположил Беллатор. – Боюсь, нам не дано понять его мотивы. Но главное – мы обрели долгожданного короля.
– Нам еще нужно убедить Ферруна, что он принц, а не беспризорник из замка Контрарио. И занять пустовавший столько веков престол, – нескио не был столь оптимистичен, как наместник. – Не думаю, чтоб это было легко.
– Это чрезвычайно трудно, – Роуэн тоже улыбался, не в силах сохранять привычный мрачный вид. – Но то, что у нас есть наследный принц, уже невероятная удача.
С ним согласились все.
    
Глава третья
Сидя за столом с горделивой осанкой, силясь соответствовать поведению знатных дам, Риялла старательно водила тонким пальцем по строчкам, складывая из букв слова в азбуке для детей. Получалось плоховато, но она не отчаивалась. Устроившаяся рядом с ней Амирель внимательно следила за правильностью произношения и прочтения.
Это было невообразимо скучно, и она с почтительной благодарностью вспоминала своего учителя, без малейшего раздражения повторявшего ей одно и то же много-много раз. Какое же у него было невероятное терпение! А вот ей уже хочется зевать от скуки и попросту сбежать отсюда подальше, даже поездка с язвительным Ферруном казалась ей предпочтительнее этого бездарного времяпровождения.
Внезапно по нервам ударил чей-то отчаянный плач и безысходное горе. Амирель вскочила, озираясь.
– Ты это слышишь? – спросила она у Рияллы.
– Что? – та тоже испуганно поднялась.
– Кто-то плачет, – Амирель решительно пошла к двери, – где-то совсем рядом.
– Я ничего не слышу, – Риялла боязливо оглянулась, будто плачущий мог стоять у нее за спиной.
– Продолжай заниматься! – распорядилась Амирель. – И не отлынивай! Ты молодец, читаешь уже неплохо, но нужно учиться еще прилежнее, чтоб достигнуть настоящих успехов!
Риялла стыдливо понурилась. Поначалу странные закорючки и впрямь никак не хотели складываться в слова, но теперь дело пошло на лад, и она даже немного собой гордилась. Уткнувшись в учебник, принялась снова перечитывать уже прочитанную страницу, надеясь стать достойной своего высокородного любимого.