Рыжая

Сделав глубокий вдох, я задержала дыхание, выбралась из модуля и достала кислородную маску в шкафу медотсека. Натянув ее на лицо, спокойно вздохнула.
«Кажется, у меня есть незаконченные дела?– вспомнила я о том, что хотела синтезировать свой собственный релаксант. Но еще не все системы загрузились: в лаборатории не хватает мощностей, в душ не сходить, столовый отсек не функционирует.– И ты не ворчи! Потерпишь!– велела я своему желудку.– Значит, в командный отсек!»
Накинув на голову капюшон, томно потягиваясь, я побрела по пустым коридорам станции, упорядочивая в памяти все, что происходило со мной до этого момента.
«Такое ощущение, что я уже здесь несколько лет…»– покачала головой я, взламывая код доступа в командный отсек.
И вдруг что-то загрохотало в соседнем – инженерном отсеке. Я отскочила от двери и замерла. Сердцебиение участилось, в ушах зашумела кровь. Стало жутко: вся команда лежала в медотсеке, а этот звук не был похож на искусственный.
Я выпрямилась и тут же снова вздрогнула, потому что открылись сразу две двери: командного и инженерного отсеков.
– Я закончил подключение…– неожиданно послышался низкий мужской голос из инженерного.
«Что-то не так!»– пронеслось в голове.
А не так было то, что незнакомец говорил на древнем хомони, который я давно не слышала.
Пальцы похолодели и сжались в кулаки. Собравшись, я сделала шаг вперед, на носочках отклонилась на несколько градусов и краем глаза заглянула в отсек, откуда прозвучал голос.
– Десять минут на операцию,– жестко проговорил второй мужчина, явно устанавливая счетчик на своем мониторе-коммуникаторе.
Двое высоких с мощным разворотом плеч мужчин в кислородных масках, вооруженные импульсными блокираторами, как у военных, стояли у интерактивной стены инженерного отсека и завершали ввод каких-то данных в нашу систему.
«Что здесь делают хомони?!»
Маска на лице запотела от тяжелого дыхания. Я почти ничего не видела, мельком взглянув на процент кислорода, поняла, что еще не смогу дышать без нее, и попятилась.
– Заберем груз, и три минуты до разгерметизации станции,– расслышала приближающийся голос.
«Разгерметизации?!– оглушило меня, и я сразу поняла, что это не друзья.
Оглянувшись назад, хотела закричать на всю станцию, чтобы все проснулись. Но это была лишь паника, а не решение проблемы.
«Если сбегу и спрячусь – это не спасет. Потому что никто не спасется! Но что я могу одна?..»
Панические мысли закружились в поиске выхода. А когда повернулась обратно, онемела: четыре пылающих глаза смотрели точно на меня…
– Кто это проснулся?– ухмыльнулся на общем один из них.
Огнем прожгло от горла к желудку, а следом в груди образовалась ледяная пустота. Меня вновь охватило забытое противное чувство, когда ладони начинали чесаться от желания схватить за горло и вырвать кадык, а под ногтями ныло в предвкушении выдавить эти прожигающие насквозь глаза…
Я громко сглотнула и начала пятиться.
– Куда ты?– холодно сверкнул глазами самый высокий хомони и быстро двинулся ко мне.
Но я сорвалась на бег, только не от них, а навстречу. Подпрыгнув в круговом развороте у самого носа хомони, я изо всей силы ударила его локтем в лицо. От дикой боли перед глазами заплясали звездочки.
Тот от неожиданности растерялся и попытался меня схватить, как и второй хомони, оказавшийся сбоку. Но я успела сорвать кислородную маску с первого, низко пригнулась и проскользнула между его расставленных ног, а потом резко оттолкнулась и пнула его двумя ногами под колени. Упав на бок, я закричала от боли в локте и плече, но некогда было разлеживаться.
Второй хомони накинулся на меня всем весом, но успел ухватить только за щиколотки.
– Хватай ее! Мне нужна маска, чтобы не вырубиться,– приказал первый и отбежал в сторону за ней.
Заскользив руками по металлическому полу, поняла, что не выпутаюсь, поэтому быстро перевернулась на спину и использовала крепкий захват хомони, как опору: оттолкнулась, поднялась на прессе и со всего размаху ударила того ладонями по ушам. Хомони закричал, но не ослабил хватку, а следом я сорвала маску, отшвырнула ее и, все еще держась на одном прессе, вонзила по два пальца, словно стержни, в пылающие глазницы.
Тут уж хомони завыл, как животное, и бросил меня. Я перекатилась на бок, подобралась и вскочила на ноги. От боли во всем теле, тяжелых ударов в висок и сбившегося дыхания в глазах потемнело. Но я не успела среагировать на движение первого хомони, который выхватил импульсный блокиратор и направил его на меня. Я чуть покачнулась – электромагнитная волна прошла по касательной, бок онемел, но каким-то чудом осталась в сознании.
– От меня ты все равно не уйдешь!– прошипел он и в два широких шага оказался передо мной, огромной лапищей ухватил за шею и пригнул к полу.
Я схватилась за его запястье обеими руками, но не смогла даже сдвинуть с места эту гору мышц. Хомони сдернул с меня капюшон, смачно выругался и поднял над полом.
– Какая шустрая!– выдохнул он, перехватывая меня за горло.
Болтая ногами в воздухе, одной рукой я держалась за его запястье у моей шеи, а другой пыталась дотянуться до его маски. Но он сделал это первым.
Успев глубоко вдохнуть, я покосилась в сторону второго хомони, который пытался подняться и уцелевшим глазом найти маску на полу.
– Эта дрянь выбила мне один глаз!– крикнул он и громко резко зарычал.
Я вздрогнула и зажмурилась от напряжения в легких.
– Где медотсек?– проскрежетал он у моего лица.
Я распахнула глаза и непонимающе уставилась на него.
– Где медотсек?– повторил он уже на общем языке.
Поморщившись от боли, я медленно неглубоко задышала и неохотно кивнула в нужную сторону.
– Отмени разгерметизацию! Остановим кровь и дальше по плану,– перевела я слова второго и покосилась в «нужную сторону». Там была лаборатория, нужно потянуть время.
Первый опустил меня на ноги, тут же крепко ухватил одной рукой за запястья, а другой – подхватил за талию, как бревно, и понес вперед.
Я не вырывалась, захват был сильный, а мне нужно сохранить кислород. Легкие уже горели, но я все еще оставалась в сознании и лихорадочно соображала, как освободиться.
У лаборатории одноглазый завозился с сенсором открытия двери и потребовал помощи сообщника. Тот на секунду выпустил мои запястья, чтобы нажать кнопку разблокировки на своем коммуникаторе, но этого хватило, чтобы я дотянулась до его оружия на бедре и включила на полную мощь.
Импульс был настолько сильный, что меня саму отбросило от хомони внутрь вовремя открывшейся лаборатории. Я пролетела вперед и упала на что-то острое. Зашипев от боли, вскочила на ноги, и в темноте едва не убилась, споткнувшись обо что-то огромное на полу.