Рыжая

Мужчина громко расхохотался, так, что голоса наемников за решеткой на секунду притихли. Но я бесстрастно придвинулась к краю кресла и спокойно сказала:
– Назовите цену…
– Ты пришла ко мне – мои условия!– самодовольно выдал тот и отпил зеленой жижи из одного бокала.
– У меня сроки. А девчонки займут много времени. Готова оплатить кредитами за каждую такую девочку. Вы ведь все равно кому-то за них платите…
– Кредитами платят все. А человеческие девочки – редкий товар. Будут девчонки, будут и наемники,– уперся хомони.
Взглянув за решетку на вполне вменяемых парней, я решила, что смогу договориться с ними напрямую, и перешла к наступлению.
– Я гожусь?
Хомони иронично окинул меня сверху вниз и хмыкнул:
– Ты уже не молода.
– Мне двадцать два,– раскрыла я.– Меня всегда привлекали взрослые мужчины, а хомони – это легенда!
– Прости, но рыжие меня не привлекают,– пренебрежительно отмахнулся тот.
– Брюнетки?
Хомони сузил глаза.
– Значит, брюнетки,– усмехнулась я.– Я могу ею стать…
– Ты слишком вызывающе себя ведешь. Не боишься?
– Здесь есть, кого бояться?– удивленно вскинула брови я и откинула плащ, откровенно выставив бедро, а потом расстегнула и комбинезон на груди.
Видно, такой наглости хомони не ожидал. Но помедлил, разглядывая формы и, прищурившись, сказал:
– Ну… если не боишься…– придвинулся он и грубо запустил руку мне за пазуху.
Я едва не закричала, когда тот сжал грудь так сильно, явно желая доставить мне боль. Но заметив, как я поморщилась, хомони удовлетворенно сглотнул и жадно облизал губы.
– Годится… Только зачем тебе мои наемники, если ты уже никуда не полетишь?– самоуверенно усмехнулся он и крепко ухватился за мое колено.
Душераздирающий крик из соседнего зала остановил сердце. Я стиснула челюсти до хруста в голове и прошипела:
– Это спорный вопрос…
В глазах потемнело. Я сорвалась с кресла навстречу хомони и резко ударила ребром ладони чуть ниже уха, лишив его голоса. Тот едва слышно захрипел и откинулся на спинку, но вытаращившись на меня, попытался нащупать коммуникатор на ремне. Я тут же нависла над ним и вонзила пальцы в его пылающие глаза, а обхватив скользкие яблоки, вырвала их с корнем. Когда вместо светящихся глазниц показались кровавые дыры, хомони, задергался в судорогах и беззвучно повалился на пол.
Впервые я была в таком яростном возбуждении от того, что вижу.
«Да мне и кисэр не нужен!»– хохотал кто-то внутри меня.
Отступив, я бросила глазные яблоки в чашу со сладостями, схватила высокий бокал и присела на корточки.
«Хватит дергаться, ублюдок!»– отломала тонкую ножку и вонзила ее в одну из глазниц.
Хомони замер с гримасой ужаса и боли на лице. Я медленно поднялась. Пальцы все еще кололо от напряжения. В ногах задрожало, и я оглянулась назад, на решетку, за которой сидели наемники…
«Мне не нужен посредник, я сама с вами договорюсь!»
Но я стояла, смотрела на их смеющиеся лица и не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Неожиданно навалилась такая слабость, вернулись боль и отчаяние, которые поглощали все силы, что я покачнулась и ухватилась за спинку кресла. Взгляд начал фокусироваться на других предметах помещения, надрывные крики за стеной оглушали. Я судорожно вздохнула и тряхнула головой, чтобы очнуться от видения и завершить переговоры с хомони.
Медленно повернувшись, я онемела…
Осознание ужасающей реальности нахлынуло с такой силой, что я резко села в кресло. У моих ног лежало тело хомони с двумя зияющими дырами вместо глаз. А взглянув на руки, обнаружила, что те действительно в крови. Рядом на столике в чаше лежали глазные яблоки хомони с обрывками нервов и сосудов…
Меня чуть не стошнило от болезненно сжавшихся мышц живота. В своем обычном сознании я еще никогда не убивала так безжалостно… хладнокровно… голыми руками…
Голова зачесалась, оттого что волосы встали дыбом. Я провела пальцами от висков к затылку сквозь волосы и поскребла по коже ногтями. Захотелось кричать, но горло свело от шока.
Все еще не веря, что вижу, я потянулась к чаше и дрожащей рукой вынула глаза хомони. Горькая слюна подкатила к горлу…
Внезапно кто-то вошел в комнату и пронзительно закричал:
– Охрана!..
Не знаю, откуда взялись силы, но, не оглядываясь, я перепрыгнула кресло и рванулась к окну. Вынеся стекло ногой, я выпрыгнула наружу. Что было под ним, даже не задумывалась.
Я упала на бок, скатилась по ребристой крыше и рухнула с высоты трех этажей в лужу грязи. От удара грудью весь воздух вышибло из легких. Под ребрами заныло. Похоже, что ушиб органов я заработала, а может, и перелом ребер. Ногу больно закололо – напоролась на что-то. Левая рука не слушалась, пальцы не разогнуть. Но я поднялась и, прижав руку к боку, пересиливая боль, побежала по темной улице под мерзким липким дождем.
На лицо и волосы налипли комки грязи, я еле прочистила глаза здоровой рукой, но продолжала щуриться от жжения в них и бежала практически на ощупь. От боли, шока и слабости, я совсем не могла разобрать, где нахожусь и в какой стороне челнок. Только слышала, как сзади суматошно кричат и бегут… За мной!
Сунув руку в карман плаща, я хотела достать коммуникатор, но с отчаянием вспомнила, что тот отобрали на входе. Я свернула в узкий проулок и, потеряв всякую осторожность, вбежала в открывшуюся дверь, чуть не сбив кого-то с ног…
Внутри маленькой питейной оказались дантурийцы. Они что-то тихо обсуждали за ужином, но все, как один, замолкли и оглянулись на меня.
Я выпрямилась, стараясь не морщиться от боли, а убрав руку от бока, с недоумением посмотрела на сжатые в кулак пальцы. И с ужасом поняла, что все это время сжимала в ладони глазные яблоки хомони. Испугавшись, что кто-то заметит их, быстро сунула руку в карман.
– Т-там т-такой д-дождь,– дрожа от холода, выговорила я, но вместо улыбки получился оскал.
Тощий дантуриец за стойкой недовольно указал пальцем на дверь. Но я уже слышала шум голосов за спиной и не могла выдать себя. Увидев в конце питейной другую дверь, без раздумий бросилась к ней.
Дантурийцы загалдели, некоторые возмущенно вскочили с мест, а я уже раскрыла дверь… И упала, не заметив высокого порожка. Над правой бровью сильно зажгло, и в глаз потекло что-то горячее. Но, не разбирая, что впереди, я еле встала на ноги и снова побежала…
Улицы были похожи одна на другую, и, казалось, я бегаю кругами, и даже не бегу, а тащусь… Я промокла до нитки, еле передвигала ногами, оттого что их сводило от холода…
У меня не было ничего, что могло бы помочь, и никого рядом. Я даже не знала, как найти свой челнок и связаться с Наджед. Кредитные карты во внутреннем кармане ничем не помогут: уже весь Хирган, наверное, был оповещен о сбежавшей девчонке.