Потерянные Наследники

Я вздрогнула, вспомнив миловидную девушку, жалкую копию Нины, которой мне пришлось оплатить таблетки экстренной контрацепции и бесчисленные походы к гинекологу, пока та не убедилась, что Адриан не лишил ее возможности зачать.
— Агат, Аля мне, как младшая сестра, ты должна это понимать. И если она попросит меня оградить ее от вас, я это сделаю.
— Я поняла, Свят. Но Адриан будет за нее бороться, хотите вы того или нет.
— Я знаю. И рассчитываю на это.
Так значит, мой брат снова все испортил. Пока, стоя на останках нашей кухонной утвари, я понимала только одну вещь. Мы снова стали частью семьи Эркерт. Хотели мы того или нет, в наших жилах текла чистая кровь высшего сословия. И мы должны были научиться противостоять разрушительному влиянию Артура на нас.
Ему не нужно было быть тонким психологом, терпеливым наблюдателем или гениальным стратегом, чтобы выявить наши слабые места. Безвольные, ведомые и обиженные на весь мир. Такие мы. Артуру нужно было лишь пригласить на бал Нину, чтобы Адриан сам разрушил свое настоящее.
Я прислушалась, но из ванной не доносилось ни звука. Подхватив чудом уцелевший от гнева Адриана кувшин с водой, я поспешила обратно. С силой влив в брата поллитра, я поволокла его в спальню. Ругаясь на чем свет стоит, я затащила тяжелый матрас обратно на кровать, перестелила белье и затолкала Адриана под одеяло, вырвав из его рук вновь оказавшуюся там бутылку.
Спустя час я выгребла из его комнаты все битое стекло и заново закрепила на карнизе содранную портьеру.
Адриан опрокинул ёлку, оборвал половину украшений со стен, и теперь мне нужна была не одна пара рук, чтобы привести квартиру хоть в какой-то порядок. Эллина, Макс, Вика и Мартин прибыли в наш дом почти одновременно. Эллина занялась готовкой своего фирменного куриного бульона с вонтонами, от которого Адриан был без ума. Мы с Викой, чередуя пылесос и швабру, убирали коридор, пока парни выносили из квартиры разбитую плазму, мраморные вазы и зеркало. Мы могли бы запросто вызвать клининговую службу и со спокойным сердцем отправиться в какой-нибудь ресторан, но, что в прошлый раз, что в этот мы действовали своими силами.
Ни слова осуждения, ни намёка на безумство и неуравновешенность. В этом были все они. Наши друзья.
Из очередного похода на помойку Макс неожиданно вернулся со своим отцом и незнакомым мужчиной лет 28. Матвей Лукич обеспокоенно изучал разгромленный коридор, сжимая в руке портфель. Формально он больше не был нашим опекуном, но реально мы совершенно не собирались слагать с него эти полномочия. Судя по его озабоченному виду, он здорово переживал за нас, и от этого мне стало ещё хуже. За эти годы он столько натерпелся с нами… его родной сын не доставлял столько проблем, как мы. Казалось бы, смена фамилий и новые паспорта должны были заставить Матвея Лукича облегченно вздохнуть, но нет. Он все равно был здесь.
Мужчина рядом с ним разглядывал меня слишком заинтересованно для того, кто видел человека впервые в жизни. Я решила, это доктор, но больно наглая рожа у него была. Серые глубоко посаженные глаза, невесть откуда загорелое худое лицо, светло-русые взъерошенные декабрьским ветром волосы и пухлые губы, неожиданно расползшиеся в улыбке непонятного мне узнавания.
Заметив, что мы изучаем друг друга, Матвей Лукич кашлянул и представил нас друг другу.
— Агата, дорогая, познакомься, это Александр. Твой новый телохранитель.
Он сказал это с таким серьёзным видом, что я не могла сдержаться от смеха. Я даже не подозревала, что у отца Макса было такое отменное чувство юмора. Это было как раз то, что нужно после ссоры с Томасом и еле-еле утихомиренного брата. Александр, не переставая улыбаться, задрал рукав, продемонстрировал мне трекер, как на запястье у Томаса.
У меня из рук чуть не выпали пустые стаканы, которые я должна была отнести на кухню.
— Томаса вызвал к себе твой дед. Он не брал трубку с самого утра, так что мне пришлось связываться с ним через службу охраны вашего дома. — Матвей Лукич старался говорить мягко и вкрадчиво, но я уже чувствовала, как от злости у меня на затылке шевелились волосы.
— Почему мне не сказали?!
— Томас забыл у тебя мобильный, а время поджимало. Но он просил передать вот это, — заговорил Александр и, выступив из-за спины опекуна, протянул мне сложенный лист бумаги.
"Вселенная быстро реагирует на твои желания. Но ты об этом пожалеешь. Закатывай глаза сколько угодно, но ты знаешь, что я прав. Ты будешь смотреть на него, но думать обо мне. Он будет следовать за тобой по пятам, но ты не забудешь, что я бы защитил тебя лучше. До встречи, детка."
Я скомкала листок и с силой швырнула стаканы на пол, так что те со звоном разлетелись на крупные осколки под возмущённый вопль Вики.
— Ну твою налево! Мы же только убрали там!
— Иди к черту, Саша! — Рявкнула я. — И верни мне Томаса! Я хочу его, а не тебя!
А противный голосок внутри меня так и пищал, что раньше надо было думать.
 
***
Мы с Эллиной лежали на моей кровати голова к голове и пересматривали четвёртый сезон холостяка. Адриан ещё ни разу не проснулся, но мы его и не будили. Я только заглядывала к нему, чтобы убедиться, что все в порядке, и перебинтовать его разбитые кулаки. Марата я уговорила ночевать у нас, поскольку очевидно, что в его квартирке втроем было не так комфортно, как в отдельных спальнях. Остальные уехали около полуночи, когда наша квартира приняла свой первозданный облик.
Я даже не думала, что могла так соскучиться по этой рыжей мафии, но, все ещё ощущая между нами барьер из своего прошлого, я наконец решила от него избавиться, к тому же, даже Свят знал больше нее, что о нашей семье, что о страшном старшем брате. Эллина накручивала на палец прядь своих волос, внимательно слушая мой длинный рассказ. Теперь она знала даже о причинах подкупа Руслана.
— Он бросил меня, — спокойно сказала Эллина, когда я попросила не делиться с ним этой историей, — сказал, что не хочет быть связан с вами даже косвенно, через меня.
— Это ужасно… — выдавила я, — мы рушим не только свои жизни, но и жизни наших друзей.
— Не смей так говорить! Я бы ни за что не смогла строить серьёзные отношения с человеком, который запросто меня продаст! — Пылко возразила Эллина, пихая меня между рёбер.
— Сукин сын! Но почему я об этом не знала?!
— Я ведь тоже думала, зачем тебе понадобился такой горячий телохранитель.
Я постаралась не вдаваться в подробности, связанные с Томасом, но теперь Эллина вывела меня на чистую воду, схватив с тумбочки забытый им телефон и требуя правду. И я рассказала, с тоской отмечая, что каждое упоминание его имени отдавалось в моем сердце болью, а подруга все не прекращала насиловать меня вопросами. Томас не ставил блокировку, так что когда Эллина нажала на единственную кнопку внизу, экран с приложениями беспрепятственно открылся перед нами.
— Давай найдём в фотках его девушку, чтобы я могла со спокойной душой его возненавидеть!