Чудовища и красавицы. Опасные сказки

– Дом этот с мылом вымыть нужно, и тебя с ним заодно! – кричит ему в ответ жена, бросая на стол павлинов. – Давай, лентяй, приготовь их по-быстрому. И арфу мою золотую принеси, всё лучше её слышать, чем твоё тявканье!
Джек видит, как мужчина приносит маленькую золотую арфу. Людоедка сжимает её своими короткими толстыми пальцами и заставляет играть. Каждый раз, когда арфа издаёт звук, с неё на пол падают золотые хлопья. Настоящие!
Приготовить павлинов мужчина не торопится, а великанша, наигравшись, засыпает.
Мужчина освобождает Джека из духовки и говорит, подталкивая его к двери:
– Беги отсюда поскорей. Скит-скат!
Но как только мужчина поворачивается к нему спиной, Джек ничего не может с собой поделать. Он хватает золотую арфу и бежит с нею к двери.
Но это же не простая арфа, как вы сами понимаете, а волшебная.
А с волшебными вещами так легкомысленно обращаться нельзя, очень опасно это!
– Хозяйка! Хозяйка! – громко звенит арфа.
Великанша-людоедка просыпается, широко раскрывает глаза, раздувает ноздри. Бросается на Джека, замахивается на него кулаками, но… тут её бьёт в подбородок брошенный снизу медный котёл. Великанша отшатывается, удивлённо смотрит на своего мужа, который швыряет вслед за первым ещё один котёл, затем мёртвого павлина, второго павлина…
Пока его жена приходит в себя, мужчина выталкивает Джека за дверь и бежит вместе с ним к бобовому стеблю. Людоедка, опомнившись, бросается вслед за ними, расшвыривая ногами огромные валуны и вырывая с корнем подвернувшиеся ей на пути деревья. Кажется, что от её тяжёлых шагов трясётся само небо.
Мужчина прижимает Джека к своей груди.
– Вы всё это ради меня делаете? – задыхаясь, спрашивает Джек.
– Не ради тебя, – отвечает мужчина. – Благодаря тебе.
И Джек его понимает.
Один из них поднялся, чтобы мог спуститься другой.
И оба они делают это в поисках лучшей жизни.
И оба они спускаются сейчас по бобовому стеблю, а за ними медленно, тяжело плетётся великанша. Джек, разумеется, проворнее её, он тащит мужчину за собой, а когда внизу показывается земля, первым спрыгивает со стебля, призывно машет мужчине рукой, но тот запутался в зелёных плетях прямо на виду у великанши. А тем временем из дома выбегает мать Джека и кричит, завидев великаншу-людоедку:
– Что ты натворил, дурак?
Джек хватает топор и рубит, яростно рубит стебель; сзади зудит его мать, а сверху его проклинает великанша, и голоса этих двух женщин сливаются, перетекают один в другой.
– Грязный воришка!
– Тупица!
– Поганец!
– Бездельник!
Под этот аккомпанемент Джек всё усерднее машет топором, и наконец подрубленный стебель начинает проседать. Сокращается, сжимается пространство между людоедкой и матерью Джека, они вот-вот столкнутся друг с другом, а между ними висит запутавшийся в зелени муж великанши.
– Прыгай! – зовёт его Джек, протягивая ему руки, зовёт его, как сын зовёт отца, и мужчина прыгает наконец. Джек ловит его, мужчина тоже хватает топор, и они вместе продолжают рубить бобовый стебель под крики двух женщин-монстров, земной и небесной.
Вскоре наконец раздаётся громкий треск, бобовый стебель рушится на землю, и великанша вместе с ним. От удара земля раскалывается, и людоедка вместе со стеблем скрывается в бездне. Высоко в небо взлетает огромное, подкрашенное зелёным облако пыли, а когда оно рассеивается, Джек начинает искать свою мать.
Он ищет её, но не находит – похоже на то, что она вместе с бобовым стеблем и великаншей-людоедкой тоже провалилась под землю.


Утро будит Джека нежным солнечным поцелуем.
Он потягивается и выкатывается из-под тёплого коровьего живота, чтобы обнять свою тёлочку, которая растёт теперь не по дням, а по часам.
Из дома доносится весёлая мелодия, которую насвистывает мужчина, а ещё восхитительный аромат горячих блинчиков с сахаром.
Вскоре Джек вместе с мужчиной сядет завтракать, слушая, как наигрывает им золотая арфа, которую мужчина спрятал под своё пальто, когда они удирали с бобового стебля. Теперь арфа называет своим хозяином мужчину. Джек и мужчина будут смотреть на то, как падают со струн арфы золотые хлопья – их уже достаточно много, чтобы купить всё, что пожелаешь, но они не станут собирать эти хлопья, просто позволят им разлететься по ветру словно сверкающее рождественское конфетти.
Потом Джек поедет в городок и будет весь день трудиться на мельнице, перемалывая зерно в муку, чтобы заработать себе на хлеб. Когда же он вечером возвратится домой, мужчина накормит его ужином и пожелает спокойной ночи, прежде чем Джек отправится в сарай, чтобы уснуть в обнимку со своей любимицей, Белянкой Второй.
Одну семью Джек потерял, зато нашёл другую, новую.
– Никогда не меняйся, – шепчет он своей Белянке, обнимая её за шею. – Оставайся навсегда такой.
А затем настанет день, и Джека разбудит сладкий поток коровьего молока, и он поймёт, что его Белянка выросла, как вырос и он сам. Они оба выжили и оба выросли несмотря ни на что. Выросли, словно поднявшийся до неба бобовый стебель.
Люди называют это волшебством, хотя единственная магия на свете – это любовь.

 
Гензель и Гретель
Никто не любит слушать сказки с поучениями.
И тем не менее детям постоянно их рассказывают.
Истории о мальчиках и девочках, сбившихся с верного пути и наказанных за это.
Но ведь иногда детям самим приходится искать тот самый верный путь, случаются такие ситуации.
Например, когда дом, в котором живут дети, из милой тёплой гавани превращается в холодное ведьмино логово.
А случается это тогда, когда ведьмой становится их мать или отец.
И тогда дети сами уходят в далёкие запретные леса.
Уходят в поисках любви, которую они потеряли.
В поисках места, которое они могли бы назвать своим новым домом.
Вот возьмём, например, случай с Гензелем и Гретель.