Серый кардинал

Да и действия кавказцев теперь были куда как более опасны. Один из них выхватил пистолет и направил его на Клюева, который метался влево и вправо, не давая возможности прицелиться. Бирюков почти наощупь поймал за спину один из стульев, стоявших у еще неопрокинутого столика, и по дуге метнул его в человека с пистолетом. Кавказец заметил летящий предмет слишком поздно, он загородился от него правой рукой, в которой держал пистолет. Стул оказался слишком тяжелым и летел слишком быстро, деревянная его спинка припечатала кавказца по затылку, тот покачнулся. Раздался выстрел, пуля вошла в пол. Клюев прыгнул вперед, оказавшись сбоку от стрелявшего. Захват руки с пистолетом, прием, который в айкидо называется котэ-гаэши, и в результате пистолет остался в левой руке Клюева, а кавказец, описав в воздухе довольно большую дугу, хлопнулся на пол — головой к ногам Клюева, как и предписывалось приемом. Подошва клюевской «саламандры» припечатала голову упавшего к полу.
В следующий момент прозвучал еще один выстрел, но стрелял не Клюев — в руке тощеватого, по горло затянутого в черную кожу абрека прыгал точно такой же ПМ, как и у Клюева. За своей спиной Клюев услышал звон разбитого стекла. «Драка в салуне, блин, да и только», — подумал он и прострелил абреку правое плечо — прострелил уже в полете, так что следующая пуля, предназначенная ему, тоже попала во что-то бьющееся и хрупкое.
— Руки вверх, сука!!! — Клюев успел перекатиться-перекувыркнуться и вырос перед тем кавказцем, что был без оружия. А поскольку руки последнего поднимались вверх слишком медленно, Клюев врубил ему стволом «Макарова» в висок. Кавказец рухнул. Так же, как и тот, подстреленный в плечо — Бирюков, подпрыгнув, ударил его носком ботинка в подбородок. Это, возможно, показалось бы ему излишним в иное время. То-то и оно, что в иное время. Этот, раненный в плечо, еще мог быть опасным — он продолжал удерживать пистолет в правой руке, повисшей плетью, и тянулся к нему левой рукой. Вот тут-то его и достал Бирюков.
— А-атлично, Николаич! — воскликнул Клюев. Он окинул взглядом поле битвы, зрителей, сбившихся в стайку под стеной, потом взглянул на окно. — Отрыв, Николаич, отрыв! Менты припожаловали. Посторонись, Влад!
Он перемахнул через стойку, сметая бутылки и стаканы, прочую тонкую-звонкую ерунду и едва не сшиб второго бармена, который как раз надумал выбраться из-под стойки, под которой благополучно спрятался.
Бирюкову не оставалось ничего иного, как проделать то же самое — перемахнуть через стойку. Перед этим он успел подобрать пистолет с пола. Вслед за Клюевым он нырнул в узкий дверной проем, потом пробежал по полутемному коридору, заставленному картонными ящиками до самого потолка. Клюев сдвинул тяжелый засов, распахнул стальную дверь, и они оказались в тихом дворе: жилые дома, полуразрушенные «грибки», столики с доминошниками и алкашами и котельная в стороне, огороженная не очень высоким забором.
— Вперед! — скомандовал Клюев и рванулся к забору. Только препятствия позволяют эффективно уходить от погони.
Бирюкov успел уже перемахнуть вслед за Клюевым через забор, когда в двери подсобки появился омоновец — высокие шнурованные ботинки, темная форма, короткоствольный автомат. Он быстро окинул взглядом дворик, заметил забор, какое-то время на него смотрел, затем вернулся в бар.
— Оторвались, падлы, — бросил он в ответ на вопрошающий взгляд.
А Клюев с Бирюковым быстро пересекли несколько дворов и, переходя на относительно умеренный шаг, появились на той же улице, с которой входили в бар Влада, только в двух кварталах от последнего. Черный микроавтобус «Тойота» маячил перед баром.
— Х-хы! — выдохнул Клюев, выравнивая дыхание. — Чуть не влипли. Уж я этих козлов знаю: сначала бы душу вышибли, а потом стали бы разбираться. Да и разбираться незачем, что мы, что кавказцы были бы названы «участниками мафиозной разборки» и пополнили бы победоносную статистику бойцов за покой и безопасность граждан России. Но вот что меня еще занимает, Николаич: как это они так быстро возникли, менты? Да не простые, а ОМОН.
 
— Случайность? — предположил Бирюков.
— Случайность, знаешь ли, только тогда имеет право так называться, когда один раз бывает. А две случайности подряд — это уже чудо. Я, конечно, на открытие не претендую, но мне кажется, что это именно так. Больше двух случайностей сразу — это привычка. Случайность номер один — мы оказались у Влада в то время, когда на него «наехали» эти бандиты. Случайность номер два — через пару минут омоновцы объявились, которых в случае надобности не докликнешься. Вывод — чудо.
— А если это была запланированная операция по захвату рэкетиров? Ну, вели их, а в момент нападения повязали?
— Вот так, значит?.. Нет, слишком уж рискованная затея: там столько народу могло оказаться, а у кавказцев «пушки». Так бандитов не вяжут, ты уж мне на слово поверь.
Клюев еще вглядывался какое-то время в сгущавшиеся сумерки, прорезаемые светом зажегшихся фонарей. Потом он сказал:
— Ладно, «зелень» при нас осталась. Попади мы в лапы к тем мудакам, были бы голыми. А как же: «У преступников изъята крупная сумма в валюте и несколько «стволов» оружия. Зубров организованной преступности повязали, Евгения К. и Валерия Б. А раз нас все же не повязали, будем считать, что вообще ничего не случилось, и заглянем в одно уютное заведеньице.
— На которое тоже «наедут», как только мы там появимся, — в тон ему продолжал Бирюков.
— Николаич, старина, да ведь это менее вероятно, чем попадание двух снарядов в одну воронку. Хватит с нас одного чуда за вечер. Этого даже для телебоевика за глаза.
В небольшом ресторане «Юбилейный» они распили две бутылки шампанского в компании привлекательных девушек Лады и Марины, пожелавших продолжить вечернюю программу. Клюев мягко, но вполне определенно дал понять, что у «мальчиков» несколько иные планы на сегодня. Похоже, что Клюев кого-то искал, он достаточно долго шептался с официантом в «Юбилейном».
Следующим был «Интурист». Здесь Клюев нашел то, что искал, вернее, того, кого искал. Три амбала, как по команде, поднялись из-за стола, едва Клюев направился к скучающему бородачу. Но бородач, толстый мужчина в кофте из фиолетового бархата сделал охране отмашку. Бирюков сел за один из множества пустующих столов, Клюев целенаправленное перемещение к тучному бородачу продолжил. Если Влад старался походить на популярного телеведущего, то бородач чем-то напоминал Бирюкову Шуфутинского. Итальянские полуботинки на толстой подошве, швейцарский «Ролекс» на мощном запястье, массивный золотой перстень с печаткой на толстом волосатом мизинце правой руки. Псевдо-Шуфутинский выглядел так, как хотел выглядеть. Он встретил Клюева с выражением усталой снисходительности на лице. Но маска скучающего жуира в момент слетела с него, стоило только Клюеву сообщить:
— На Влада «наехали», Боб.
— Шо ты мне тюльку травишь? — речь Боба не отличалась правильностью, она не была испорчена высокой литературой, равно как манеры — воспитанием. — Откуда ты знаешь?
— Да уж знаю, — наставительно произнес Клюев. — Потому как сам недавно оттуда. «Черные» наехали. Похоже, Чечня. С «пушками». Его не предупреждали, он тебе ничего не говорил?
Толстый Боб что-то промычал. Нельзя было понять, знал ли Боб о том, что Владу кто-то угрожает, нет ли. Но это значения не имело — Боб все равно не смог бы вовремя прикрыть Влада. Он просто не хотел этого делать. Его делом было «застолбить» Влада и ему подобных первым, а если и не первым, то любыми путями избавиться от тех, кто начал брать дань с «клиента» раньше него. Если же на его подопечных кто-то «наезжал» — по незнанию, сдуру, от излишней самоуверенности и наглости — Боб круто «разбирался» с вторгшимися на его территорию. Естественно, потери потерпевшим он не компенсировал.
— Послушай, Боб, мне очень не понравилось, что там слишком уж скоро менты «нарисовались». Да не простые менты, а вроде бы как ОМОН. Такого не бывает, чтобы они сразу на место происшествия прибывали, да еще когда их никто не звал, — Клюев в упор смотрел на переносицу Боба.