Темнота Крида (ЛП)

— Ты точно знаешь, что я делаю. Не будь идиоткой.
Когда он привязал ее лодыжки к ножкам стула, она сказала:
— Я вызову полицию...
— Нет, мы оба знаем, что ты этого не сделаешь. — Крид казался абсолютно уверенным в этом, и я понятия не имела почему. Может быть потому, что она была сотрудницей эскорта и не могла рассказать полиции, зачем вообще сюда приехала? Или, может быть, это было связано с тем фактом, что у Крида, вероятно, было несколько случаев, когда она преследовала его и пыталась проникнуть в здание, которые он мог использовать против нее.
Как только Крид закончил, он выпрямился и подошел ко мне, положив руку мне на поясницу. Хейли наблюдала за мной с кинжалами в голубых глазах, ненависть, которую она питала ко мне, становилась только сильнее.
— Это чертовски нелепо, — сказала она. — В чем смысл? Вы двое собираетесь трахаться, заставляя меня смотреть? Пожалуйста. Это детская забава.
— Я думаю, ты недооцениваешь мои способности. Ты собираешься пробыть здесь всю ночь… и, возможно, весь завтрашний день. Я решаю, когда тебя отпустить, — прорычал Крид, поворачиваясь ко мне всем телом.
Я прислонилась к нему плечом. Положив одну руку мне на спину, он поднял другую к моему животу. Он прижал меня к себе, глядя прямо на меня, в то время как я смотрела на Хейли, сидевшую напротив нас. Она сидела примерно в пяти футах от меня, между стулом и кроватью было совсем небольшое расстояние. Хейли расхохоталась, но ближе к концу этот смех затих, превратившись во что-то настолько явно фальшивое, что это было бессмысленно.
Крид не спешил поворачивать свое лицо к Хейли, и я готова поспорить на что угодно, что он пристально посмотрел на нее.
— Ты знаешь, что я серьезно отношусь к каждому своему слову. В отличие от тебя, я говорю что-то не просто для того, чтобы послушать себя. К тому времени, когда ты покинешь эту комнату, ты поймешь, что ты для меня никто. Ты никогда ничем не был. Ты позволила себе жаждать моего богатства и меня, может быть, ты думала, что становишься чем-то большим, но это никогда не было так.
Ее челюсть сжалась.
— Не нужно быть мудаком из-за этого. Почему бы тебе просто не отпустить меня, и мы оба сможем двигаться дальше?
Крид отпустил меня, двигаясь, чтобы встать перед Хейли. Он медленно опустился на колени, держась примерно в футе от нее, к счастью, он не пошевелился, чтобы прикоснуться к ней. Я не хотела видеть, как он прикасается к ней.
— Видишь ли, я уже пробовал это. Я пытался отпустить тебя, но ты продолжала приходить, и каждый раз, когда ты это делала, ты устраивала сцену… и ты была груба с Тейлор.
Он встал, повернувшись спиной к Хейли, и вернулся ко мне, обхватив руками мои бедра и притягивая меня к себе, моя грудь столкнулась с его сильным, натренированным телом.
— Эта девушка моя, — прорычал его голос, низкий и всепоглощающий. — Никто не будет с ней так разговаривать. Я не позволю. — Он взглянул на нее через плечо. — Это касается и тебя на случай, если это все еще неясно.
Я даже не смогла улыбнуться тому, как он ответил ей тем же, я была слишком занята, разглядывая контуры его лица, твердый изгиб челюсти и темную щетину на ней. У меня были шоры на глазах, когда дело касалось Крида, я была так влюблена в этого человека, что меня даже не волновало, что технически это может считаться похищением. Но он не беспокоился по этому поводу, так что я тоже не собираюсь.
В следующее мгновение темные глаза Крида остановились на мне, приковав меня к месту, когда он прошептал:
— Давай покажем ей, как летят настоящие искры. — Он едва успел произнести эти слова, прежде чем его рот обрушился на мой, поглощая любой ответ, который я могла бы вымолвить, своим требовательным поцелуем.
Я закрыла глаза, отдаваясь всему, чем был Крид, всем чувствам, поднимающимся во мне. Я позволяю голоду во мне вырваться наружу, позволяю страсти и жару внутри меня вскипеть. Я позволяю ему взять инициативу в свои руки, более чем готовая последовать за ним на край света.
И сегодня край света просто случайно оказался его постелью, перед аудиторией из одного человека.
 
ГЛАВА 18
Крид
Тейлор наклонилась для поцелуя, ее маленькое тельце крепко прижалось к моему телу, когда я завладел ее ртом. Я бы сделал каждый дюйм ее тела своим сегодня и не только этой ночью… и даже завтра, если это займет столько времени. И ни разу я не позволил бы Хейли встать с этого стула. Не есть, не мочиться, не срать. Если она захочет уйти, все, что ей нужно будет сделать, это дать уроку впитаться в ее ебанутую башку.
Целуя Тейлор, я развернул ее так, чтобы Хейли сама могла увидеть этот всепоглощающий поцелуй. Должно быть, это было потрясающее зрелище, потому что она раздраженно выдохнула и спросила:
— Что ты хочешь, чтобы я сказала? Ты хочешь, чтобы я извинилась перед ней, сказала, что сожалею обо всем, что сказала? — Она усмехнулась. — Пожалуйста. Я поняла, что между вами что-то происходит, еще когда впервые встретила ее. Меня это нисколько не беспокоит. Мне здесь очень комфортно.
Посмотрим, как долго она будет продолжать в том же духе. Рано или поздно ее тело онемеет, и это кресло уже не будет таким удобным, как сейчас. И это ничего не говорит о ее гордости, которая, я был уверен, доведет ее до такой степени, что она больше не сможет сохранять спокойствие.
Я полностью проигнорировал ее, сосредоточив все свое внимание на поцелуе. Я скользнул языком по губам Тейлор, и она издала тихий стон в ответ на поцелуй в ту самую секунду, когда мой язык коснулся ее. Ее тело прижалось к моему так сильно, как только было возможно, учитывая тот факт, что я ни к чему ее не прижимал. Определенные части меня уже разгорячились и затвердели, потребовалось больше времени, чем следовало, чтобы не торопиться.
У нас с Тейлором есть все время в мире, чтобы донести этот посыл до Хейли.
Я не хотел Хейли. Я хотел Тейлор, сейчас и навсегда, и, черт возьми, Хейли узнает об этом, и, если она откажется видеть правду, правду, которая прямо у нее перед глазами, она никогда не встанет с этого гребаного стула.
Тейлор таяла рядом со мной, прижимаясь ко мне, ее тело шептало моему, ее губы идеально подходили к моим. Я бы не удивился, узнав, что она может про стоять так всю ночь, позволяя мне целовать ее, позволяя мне красть воздух из ее легких и дышать тем же воздухом, но у меня другие планы на мою девочку.
Я оторвал свой рот от Тейлор, развернув ее так, чтобы она оказалась лицом к Хейли. Мои руки грубо обхватили ее бока, немного задрав при этом черное платье, и я прижался губами к ее шее. Проведя рукой по ее волосам, я осыпал нежный изгиб ее шеи покусываниями и поцелуями, извлекая из нее тихие, трепещущие стоны. Я точно знал, как мы смотримся. Платье, которое я выбрал для Тейлор, делало ее похожей на сногсшибательную нимфу, ту непринужденную красоту, которой Хейли могла надеяться достичь когда-нибудь однажды. Оно облегало ее миниатюрное тело как перчатка, как будто было сшито для нее и только для нее одной. Вместе мы были единым целым во всем черном.
Мои руки начали блуждать по всему телу Тейлор, двигаясь вдоль ткани платья, в то время как я продолжал осыпать вниманием ее шею. Теперь я был тверд как скала, но не спешил раздеваться. Мы пробудем здесь какое-то время, в конечном счете, мне предстоит решать, как долго это продлится. Когда мои руки обхватили грудь Тейлор поверх платья, Хейли закатила глаза и пробормотала что-то себе под нос, отводя взгляд от нас и тщетно пытаясь ослабить свои путы.
Я оторвал свой рот от шеи Тейлор, сказав Хейли:
— На твоем месте я бы понаблюдал. У меня не будет никаких угрызений совести по поводу того, что я навсегда оставлю тебя привязанной к этому стулу. — И, кроме того, я не боюсь, что Хейли заявит на меня. Она не может вызвать полицию. Она не сможет заставить кого-нибудь прийти ей на помощь, ни сейчас, ни после того, как я ее отпущу. Для нее я был недосягаем.