Ты предал нашу любовь! (СИ)

Если бы не пинок с его стороны, я бы на такое не решился. Хотя гормоны давно требовали своё: лицо покрывали юношеские прыщи, а подбородок колосился первыми, еще жидкими волосами.
Дальнейшее произошло настолько быстро, что я толком ничего и не понял. Зато чуть позже осознал, что мне это надо. Охренеть как НАДО. В старших классах с этим было туго. Приходилось удовлетворять себя рукой по три-четыре раза на дню. Зато в институте я развернулся на полную. Друзья мне даже кличку дали: «секс машина».
Попав в армию, думал что придется совсем туго, но спасли физические нагрузки и занятия самбо. Чтобы не помереть от спермотоксикоза на помощь приходили редкие увольнительные и частые самоволки.
И так все у меня и продолжалось с женщинами, пока я не встретил «её». Я плохо помню тот строительный подряд, который взялся исполнить для одной из школ нашего города, но зато я навсегда запомнил ее глаза — бездонные, смотрящие с надеждой.
Это девочка долго не выходила у меня из головы, но найти ее я не решался. Не хватало еще со школьницами шашни водить, пусть она и старшеклассница. Я все сильнее ударился в бизнес, время от времени возвращаясь мыслями к этой девчонке и даже порой представляя ее на месте тех женщин, с которыми занимался сексом.
А спустя несколько лет, по какому-то просто невероятному стечению обстоятельств, я нашел её, едва не сбив своим мерседесом. Её лицо мелькнуло передо мной, но я сразу же узнал эту девочку, ставшую взрослой девушкой. Её красота еще больше расцвела с момента нашей последней встречи, а глаза были все такими же бездонными и молящими о помощи.
Не успел я толком хоть что-то сообразить и выскочить из машины, как на девушку налетел какой-то длинный нескладный парень и принялся её избивать. Именно тогда, наверное впервые в жизни, мне сорвало планку: я пулей выскочил из машины и вбил этого урода в асфальт! Честно, я бы и убил его тогда, если бы девушке не потребовалась медицинская помощь.
Добавив скулящему парню еще пару ударов ногой я бросился к пострадавшей и аккуратно поднял её на руки, после чего положил на заднее сиденье автомобиля и помчался к ближайшую больницу. К счастью, она отделалась легкими ушибами и ссадинами.
Когда её отпустил врач, мы, наконец, смогли познакомиться. Следующий час мы сидели у меня в машине, а Алёна рыдала у меня на плече, рассказывая историю своей жизни. Планку чуть не сорвало во второй раз. Я готов был хоть сейчас мчаться к ней домой и выбить дурь из всех этих уродов, что посмели так обращаться с беззащитной девушкой.
И я бы поехал. Но она вцепилась в меня своими пальчиками как в спасательный круг и никуда не хотела отпускать.
— Не плачь, малыш, все будет хорошо. — Я гладил её по волосам, отчетливо понимая, что я её никуда не отпущу. — План действий такой: мы сначала идем есть мороженое, а потом едем за твоими вещами и документами.
— Зачем? — не поняла Алёна.
— Жить с этими уродами ты больше не будешь! — уверенно заявляю я и помогаю ей выбраться из машины, попутно замечая, что рубашка от ее слез совсем мокрая стала. — О, магазин одежды! Не ахти какой, но на безрыбье и рак рыба. Пойдем, куплю что-нибудь временное, вместо своей рубашки. А хочешь, и тебе что-нибудь прикупим?
— Спасибо, не надо. — смотрит на меня чисто выброшенный на улицу кутенок — с любовью и надеждой. — Меня дома прибьют. Мне туда нельзя.
— А одежда, а документы? — искренне удивляюсь я.
— Одежда самая лучшая на мне. — скептически оглядываю ее потрепанное временем платьице со следами потертостей. — А документы я и так взяла. Я как раз из дома убегала.
— Ого, как. И куда же ты дальше?
— Не знаю. Куда глаза глядят.
— Ага, это ты здорово придумала. — несколько секунд стою в раздумьях. — А давай ты пока у меня поживешь?
— У вас?
— У меня. Места у меня много. Дома я почти не бываю. Как раз будет кому приглядеть за хозяйством.
— У вас есть хозяйство?
— Если честно, нет. Один кактус. Да и тот наверное уже засох. Но я планирую завести кота. — Видя её замешательство, продолжаю напор. — Да я тебя не обижу! Зуб даю! Поживешь пока у меня. А дальше видно будет. Неволить не стану. Да, и еще кое-что.
 
— Что?
— Давай на «ты». Хоть я и старше, но с тобой как-то «выкать» не хочется. Согласна? Ну вот и хорошо! Тогда по мороженому и поехали.
— А рубашка?
— Ну её, дома поменяю.
  
Глава 7
 
Алексей
Алёна на удивление быстро обжилась в моей квартире. Сначала, конечно, всего стеснялась. Но я как раз уехал в командировку на целую неделю и позволил ей освоиться как следует. Уезжал я из холостяцкой квартиры, а вернулся в уютное семейное гнездышко. Самое интересное, что при отъезде я оставил ей совсем немного денег, но она умудрилась даже с незначительной суммой накупить гору продуктов и различных чистяще-моющих средств.
Квартира была вычищена и отмыта так, что позавидовала бы любая клининговая фирма. Все белье и вещи перестираны и переглажены. А еще меня ждал шикарный ужин. Пришлось даже сбегать за бутылочкой вина в ближайший алкомаркет.
Единственное, что выбивалось из всего этого великолепия, так это её старенькое слегка выцветшее платье, о чем я сразу же и сообщил Алёне. Она дико засмущалась и густо покраснела, а я пообещал, что мы завтра же поедем в магазин и накупим её любую одежду, какую она захочет.
Тут уж она не удержалась и радостная бросилась мне на шею. После чего вновь покраснела еще больше и черезчур резко отстранилась.
— Я тут наготовила картошечки, тушеного мяса с овощами, пару салатиков. — быстро затароторила она, дабы скрыть свое смущение. — Вот этот особенно рекомендую попробовать. Это мой любимый.
Я смотрел на то, как она кружит вокруг стола и демонстрирует мне собственноручно приготовленные блюда. Но я ее почти не слышал. Я просто наслаждался ее видом, ее голосом, ее счастливыми бездонными глазами. Засмотревшись на Алёну я чуть было не пропустил момент, когда она пригласила меня к столу.
Вооружившись штопором я открыл только что купленную бутылку красного полусладкого и разлил по бокалам. Хотел сначала взять шампанского, но хорошего в магазине не оказалось, да и под обильный ужин лучше подходит красное вино.
Чтобы как-то разрядить обстановку я включил стереосистему и запустил сборник лучшие баллады всех времен. Заиграла мелодия в исполнении Джорджа Майкла, а я вернулся к столу.
Дальнейшие полтора часа мы неторопливо ели и болтали ни о чем. В основном я рассказывал байки из своей жизни и травил анекдоты. Алёна смеялась над каждой шуткой, забавно закрывая рот ладошкой, как будто бы боясь, что её смех может кому-то помешать.
После очередного бокала я предложил ей потанцевать. Сначала она наотрез отказалась, а потом все же сдалась под моим напором. Я встал со своего места и, подойдя к ней, протянул руку, как это делали кавалеры более сотни лет назад.
Играла очередная красивая песня, а я кружил ее в танце. Сначала старался не прислоняться к ней, дабы не спугнуть, а потом, ощущая в своих руках ее нежное трепещущее тело не смог отказать себе в удовольствии покрепче сжать ее в объятьях. Она смотрела мне в глаза и улыбалась. Я смотрел в ответ и видел вселенную в ее глубоких омутах.
Слегка наклонив голову, я нежно коснулся ее губ. Как будто бы боясь спугнуть прекрасное видение, она замерла, а потом с невиданным напором ответила мне на поцелуй. Целоваться она не умела. Но это было и не важно. Мне было хорошо с ней. Ей было хорошо со мной.
Поцелуй затянулся, а наши руки стали все активнее исследовать тела друг друга. Я слегка приподнял ее на руки и понес, продолжая целовать, в спальню. Поспешно освободившись от одежды я уложил ее на постель и, стараясь не раздавить своим весом, осторожно лег сверху. Не прекращая поцелуи, она меж тем контролировала ситуацию и правой рукой прикрыла свое лоно, а левую уперла мне в грудь, как бы не позволяя продолжить начатое.
— Ты боишься? — Спрашиваю шепотом, на секунду оторвавшись от ее сладких губ.