"Фантастика 2023-116". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Утреннюю репетицию я благополучно проспала – после вчерашних приключений организму явно потребовался отдых. Я проснулась в середине дня, неторопливо позавтракала, собралась и обнаружила, что уже пора ехать в театр на очередное представление. Вот только моя шляпа с вуалью после взрыва и пожара пришла в полную негодность, да и осталась в карете Джеймса. Следовало найти ей замену в костюмерной до моего выхода на сцену. С этой мыслью я и отправилась в театр.
Однако, едва переступив порог, я сразу поняла, что в театре снова произошло что-то непредвиденное. До начала спектакля оставался час, и самые ярые поклонники уже дежурили на Друри-Лейн. И хотя большинство составляли почитатели Маргарет, была среди них пара человек, очарованных моим голосом и загадочным образом. Поскольку сейчас на мне была лишь обычная шляпка, я приказала кучеру остановить кэб у чёрного входа, чтобы избежать ненужных встреч.
За кулисами театра царил хаос. Но не обычный, с беготнёй, суетой и скандалами, как я привыкла, а, скорее, с привкусом какой-то явственной тревоги. Актёры лихорадочно переодевались и гримировались, а на лестнице я налетела на Хогарта, который трагически восклицал:
– И что, никто её не видел? Но это же катастрофа! До начала спектакля меньше часа! И у нас даже нет дублёрши!
– Мистер Хогарт, что-то произошло? – поинтересовалась я.
– Дорогая мисс Бетси! – возликовал директор, обернувшись и заметив меня, и немедленно потянулся за платком. – Я уповаю на то, что вы сможете меня успокоить! Скажите, вы не встречались сегодня с Маргарет?
– Нет, – с удивлением отозвалась я, и Хогарт схватился за голову:
– Да куда же она могла пропасть? У нас выступление, а главная жемчужина нашего театра пропала!
Наверху лестницы показался Гровер с привычной кислой миной на лице.
– Дорогой директор, не драматизируйте. Ваша обожаемая Маргарет наверняка просто позабыла о времени в объятиях виконта Фостера. Впрочем, чего ещё можно было от неё ожидать? – голос его сочился ядом ещё больше, чем обычно: полагаю, ведущий актёр был уязвлён из-за того, что директор назвал «жемчужиной» театра Маргарет, а не его.
– Томми, не завидуй! – донёсся из коридора на втором этаже голос МакКинли, после чего актёр громко икнул: должно быть, как обычно, успел выхлебать бутылку виски прямо перед выступлением.
Гровер весь скривился из-за такой фамильярности, а я, не забыв, как он упрекал меня в исчезновении графини Блэквуд, елейным тоном осведомилась на всю лестницу:
– Чему именно ему не завидовать, Дугал? Тому, что Маргарет находится в объятиях виконта Фостера?
МакКинли в коридоре оглушительно захохотал, бледное лицо Гровера покрылось неровными красными пятнами. Испепелив меня разъярённым взглядом, в котором я прочитала свой смертный приговор, актёр опрометью бросился вон, а Хогарт страдальчески и даже слегка жалобно воскликнул:
– Господа, неужели для этого сейчас подходящее время? Маргарет! Мне нужна Маргарет!
И убежал дальше.
Я мысленно пожала плечами – в свободное время мы с Маргарет почти не общались, я её едва знала и совершенно не представляла, где её стоило искать – и отправилась в костюмерную. Там миссис Браун помогла мне найти новую шляпку и прикрепить к ней отрез вуали. Пока я вертелась перед зеркалом, в дверях появилась новая фигура – Сара. Беспечно напевая что-то себе под нос, она подпорхнула к помощнице миссис Браун и начала рассказывать ей про какой-то шов на платье, который вроде бы не мешает, а вроде бы и мешает, и неплохо было бы с ним что-то сделать. Поскольку сейчас, прямо перед представлением, было точно не время решать подобные мелкие вопросы, я уточнила:
– Маргарет так и не нашлась?
– Нет, – подтвердила мою мысль актриса. – Хогарт уже отправил к ней домой посыльного, но чёрт его знает, когда он вернётся…
На самом деле это было довольно странно. За всё время, что я выступала, Маргарет, несмотря на все свои причуды театральной примы, к своей работе относилась вполне ответственно, на репетиции почти не опаздывала, а уж о том, чтобы взять и прогулять спектакль, речи вовсе никогда не шло. Может, что-то случилось? Поскользнулась и сломала ногу?
Недалеко от костюмерной я вновь втолкнулась с Хогартом, который спешил к зрительному залу, на ходу бормоча себе под нос:
– И билеты все проданы… Что теперь делать? Может, она ещё появится? Задержать представление на полчаса? Вовсе отменить? Стоит ли вообще её ждать?..
Я только покачала головой и отправилась в свою гримёрную. Теперь придётся задержаться в театре на лишние полчаса-час. Оставалось только надеяться, что Маргарет всё же появится…
В коридоре было уже пусто – все актёры спустились за кулисы – и я сразу ощутила знакомый холод. Чёрт, неужели опять?.. После того, что произошло с Обществом Искателей, острых ощущений хватило мне на несколько лет вперёд, и теперь холод чёрной магии внушал мне сильнейшее отвращение. Захотелось развернуться и убежать, но ноги словно приросли к полу. Помедлив, я достала подаренный Анабелл нож и, держа его перед собой, двинулась по коридору вперёд. Чем больше я продвигалась вперёд, тем холоднее становилось, а у двери моей гримёрной было, как мне показалось, самое холодное место. И почему я совсем не удивлена?..
Осторожно, готовая в любой момент отпрыгнуть в сторону, я нажала на ручку. Дверь открылась без скрипа, я осторожно заглянула внутрь и в тот же миг поняла, что на представление Маргарет не придёт.
Она лежала на полу у туалетного столика. Почему-то все ящики были выдвинуты, а их содержимое – рассыпано по полу, словно в них кто-то копался. Актриса лежала на животе, неестественно вывернув левую руку. На Маргарет был длинный халат из тёмно-красного шёлка, который она обычно надевала перед тем, как ей делали причёску, и поначалу я подумала, что женщина просто потеряла сознание. Но как только я подбежала к ней, мне в нос ударил тяжёлый, густой металлический запах. Присмотревшись, я обнаружила, что красный шёлк теперь выглядел совсем тёмным из-за пропитавшей его насквозь крови.
– Маргарет! – почему-то шёпотом позвала её я. – Ты жива?!
С трудом я перевернула её на спину и отшатнулась назад. Шёлковая ткань распахнулась, и моему взору предстали многочисленные порезы, покрывавшие грудь, руки, ноги Маргарет. Тихо вскрикнув, я торопливо зажала себе рот рукой, и лишь потом осознала, что мои ладони были в крови. От отвращения меня едва не вывернуло наизнанку, и сдержалась я только потому, что меня отвлекло совершенно белое лицо без следа жизни. Рот застыл в крике, глаза распахнуты и с ужасом смотрят в потолок.
Актриса была мертва. И убили её «Серой смертью» – проклятием, которое мне было хорошо знакомо, потому что когда-то я спасла от него Джеймса.
Глава 24
Не могу сказать, сколько времени я там просидела рядом с трупом. На меня напало странное оцепенение – мысленно я говорила себе, что мне стоит убраться оттуда поскорее, но ноги вдруг налились свинцом и отказывались слушаться. И я не знаю, как долго я бы просидела в собственной залитой кровью гримёрной, бессильно прислонившись к стене, но тут снаружи донеслись торопливые приближающиеся шаги, хлопнула дверь, и кто-то влетел внутрь, громко воскликнув:
– Элиза!
А через секунду раздалось:
– О, дьявол меня раздери…
Человек в два шага подошёл ко мне, рывком поднял меня на ноги, развернул к себе, и внезапно я узнала в нём Джеймса.
– Так Эмили не соврала, и ты и в самом деле ходишь на каждое моё выступление? – ни к селу ни к городу выдала я. Голова всё ещё соображала плохо. Джеймс это тоже понял и посмотрел на меня оценивающе.
– Может, дать тебе пощёчину? Или вылить на тебя кувшин воды? – как бы рассуждая сам с собой, предложил он.
– Н-не надо кувшина… – пробормотала я. Сознание, до этого пребывавшее в каких-то далях, вдруг вернулось, и в этот момент я отчётливо поняла, что стою посреди собственной гримёрной, где лежит труп актрисы. Зубы пару раз клацнули, но голова наконец-то начала соображать. – Твою мать…