Просто секс и ничего личного (СИ)

Останавливаемся, на табло горит «50»
— Можно пройти? — с иронией звучит над ухом, и я понимаю, что изумлённо застыла в разъехавшихся дверях.
Смущённо хихикаю и шагаю из лифта… сразу в апартаменты. И словно попадаю в декорации приключенческих фильмов, начиная от суровой научной космофантастики и заканчивая старым добрым Индианой Джонсом, со всеми его артефактами и духом авантюризма. Минимализм хай-тека и ламповый уют ретро — дикая, дерзкая эклектика! Но при этом не бардак и не безвкусица. Наоборот — эстетика, технологии и… интеллект. Не могу объяснить, но чувствую, что это жилище гораздо больше, чем любовное гнёздышко заядлого ловеласа. Здесь словно каждая деталь наполнена каким-то неслучайным смыслом и предысторией.
Спину обсыпает мурашками. Кто там сказал, что самая эротичная часть мужчины — накачанная задница? Ни черта подобного. Интеллект.
— Что будешь пить? — спрашивает незнакомец. Я заворожённо пожимаю плечами:
— На твой выбор.
Он подаёт бокал чего-то шипучего, улыбается:
— Ну наконец-то.
— Что? — не понимаю я.
— Ты перешла на «ты». А то я уже как-то… занервничал.
Смеюсь, неожиданно приятно чувствуя себя милой девочкой-сумасбродкой. Кокетливо прикусываю губу.
— Ну и... Как тебя зовут?
Незнакомец смотрит с иронией, слегка касается моего бокала своим стаканом с виски:
— За «ничего личного», да?
Я понимаю, вспыхиваю.
— Да, конечно. Извини.
— Но допустим, я Дмитрий, — неожиданно добавляет он. — Надо же тебе как-то называть меня, ну кроме как «Эй, ты!»
Я снова смеюсь. Дико, конечно, и слишком уж скоропостижно… но он с каждой секундой нравится мне всё больше.
— Тогда я, допусти-и-им… — навешиваю театральную паузу, делая вид, что раздумываю, — допустим я Ли́са!
— Лиса-Алиса?
Фыркаю:
— А Лиска-капризка не хотел?
— Не хотел бы, — обжог он меня пристальным взглядом, — не пригласил бы к себе. Ли́-и-иссса… Звучит как глубокий поцелуй с языком, не находишь?
Улыбаюсь, чувствуя, как пылают щёки под ставшей вдруг неудобной и душной полумаской. Хочется снять её, но… «INCOGNITO LOVE» — вот девиз этой ночи!
Заворожённо хожу по комнате, рассматриваю детали интерьера, и практически каждая рождает целый ворох вопросов: чем живёшь, что любишь, как отдыхаешь, где учился, кем работаешь, какие планы на будущее? Хочется узнавать незнакомца, слой за слоем разматывать кокон таинственности, становиться ближе… Но я лишь молчу, понимая, что это всё снова о личном. Молчит и он. Просто изучает меня с нескрываемым интересом и расслабленно цедит виски.
Представляю вдруг, как его хмельные губы касаются моих... Жмурюсь, сгоняя наваждение.
— А ты… — Надо срочно что-нибудь спросить! Но что? Что? — Ты часто бываешь в том клубе?
Дмитрий звякает льдом в стакане и словно бы на мгновенье задумывается.
— Как ни странно, нет. Сегодня четвёртый или пятый раз всего. За несколько лет.
— И что в этом странного? Потому что живёшь рядом?
— И это тоже.
Улыбается. Явно недоговаривает, но пытать дальше не решаюсь. Как и спросить зачем он вообще повёз меня сюда. Ведь весь смысл «инкогнито и на разок», это когда прямо в клубе, разве нет?
— Никогда не унижаю женщину соитием в общественном туалете, — словно подслушивает он мои мысли. — Или ты хотела именно так, по собачьи где придётся?
Едва не поперхнувшись, радикально меняю тему:
— А… А это что, дверь в окне?
Дмитрий отрывает взгляд от моих ног, оборачивается к панорамной стене:
— Скорее, дверь в адреналин. Хочешь хлебнуть?
— Да!
— Уверена?
Отчего-то знаю, что не шутит. Замираю… и киваю:
— Да!
И лишь на пороге понимаю, о чём речь: пол наружной террасы полностью стеклянный, стеклянные и перила — словно их и нет вовсе! Пятидесятый этаж, внизу — нескончаемое море ночных городских огней. Обмираю, не в силах сделать первый шаг в пустоту… А сзади меня обнимают вдруг жаркие руки, и дыхание щекочет висок:
— Испугалась?
Ноги подкашиваются, но не от страха, нет! От восторга. Откидываю голову на крепкое плечо, и признаюсь в том, что чувствую на самом деле, но что вовсе не связано с высотой:
 
— Да, страшновато… для первого раза.
— Это хорошо, — шепчет он, — значит, я не ошибся. — И накрывает мои губы своими.
Его вкус не такой, каким я представляла — в сотню раз лучше! Острее, терпче, эротичнее. Язык сразу нагло проникает в мой рот, заполняет, подчиняет, изучает. Посасываю его, не в силах сдерживать дрожь и блаженные поскуливания.
Даже не замечаю, как оказываемся на балконе, лишь вскрикиваю, когда взгляд мимолётно выхватывает пустоту и сумасшедшую высоту под ногами. Покачиваюсь, чувствуя, как кружится голова… И тут же оказываюсь прижата животом к прозрачным перилам. Судорожно вцепляюсь в них, дышу часто, испуганно… и возбуждённо. Ловкие сильные руки стаскивают с меня жакет, я остаюсь в эротичном алом лифчике, в этих двух с половиной лоскутках, не скрывающих вообще ничего.
Дмитрий подхватывает подол юбки, тянет кверху… и вот я уже в одном прозрачном белье и чулках. Животу холодно от стекла ограждения, соски остро сжались… А жадные руки скользят по моему телу, с каждым разом оказываясь всё ниже… Всё ближе…
Трусики уже безнадёжно намокли, отчего словно стали вдруг жёсткими, врезаясь в набухший клитор. Дмитрий то и дело задевает его, и моё возбуждение нарастает будто лавина, заставляет всхлипывать и всё смелее подаваться бёдрами вперёд, навстречу касаниям.
Хочется безумства. Этих сильных, бесстыдных пальцев — внутри меня. И вкус искусителя на языке, но не виски, а тот самый что так настойчиво таранит сейчас мою поясницу, пугая размерами даже через брюки. И чтобы эта бесконечная высота, весь этот огромный город видел, как я…
Взгляд неожиданно за что-то цепляется. Вспышка! Красивый мерцающий купол салюта — где-то там, далеко внизу. За первой вспышкой вторая, третья… И я вдруг словно просыпаюсь.
— Погоди… — пытаюсь отстраниться. — Нет!
Но вместо того, чтобы прекратить, Дмитрий с рыком кусает меня за шею. Я взвизгиваю, на мгновение прекращая сопротивляться, и его рука тут же оказывается там, где я так её жаждала всего мгновенье назад — в моих трусиках. Клитор оказывается в тисках пальцев, меня разрывает между желанием продолжать… и ужасом.
— Да нет же! — вскрикиваю в голос, и Дмитрий отшатывается, вопросительно разводя руками, а я срываюсь с места и убегаю.
Мчусь вдоль ряда дверей, залетаю в одну из них… И оказываюсь в полной темноте. Дверь за спиной плотно захлопывается и сколько я ни ищу, не нахожу ручки чтобы открыть. И это явно не туалет, не душ и уж точно не лифт.
Сползаю по стене на пол, чувствую, как меня потряхивает. Ну и что это было? Какого чёрта я психанула? Разве мне было плохо? Нет. Даже наоборот. Тело всё ещё пылает жаркими прикосновениями, всё ещё хочет продолжения...
Тогда что меня остановило?
Раздаётся осторожный стук в стену, и в моей конуре вдруг вспыхивает свет.
— Так лучше? — спрашивает снаружи голос Дмитрия.
Я ошарашено пялюсь на стройные ряды одежды и обуви, зеркала на стенах и потолке, и наконец понимаю, что это гардеробная.
— А если всё-таки захочешь выйти, то просто потяни дверь влево, — добавляет Дмитрий.
Смотрю на себя, всю такую эротичную и полуголую в зеркало… и начинаю истерично смеяться. А дверь сама отъезжает в сторону, и в проёме показывается лицо в полумаске:
— Я уж думал ты тут слёзный потоп устраиваешь, а ты, оказывается, веселишься. Вот уж точно Лиска-капризка.
Смотрю на него и понимаю вдруг главное: поздно бояться! Эта ночь уже происходит! А дальше пусть будет, как будет.
— Извини, сама не знаю, что на меня нашло.
— Я так и понял. Помню, когда отправился первый раз с парашютом прыгать, вообще так и не решился. Как идиот уже в небе развернул пилота, и обратно на землю. Стыдно потом было, не представляешь! Но то просто парашют, а тут… — пауза, от которой вдруг мурашки по коже, — тут целая первая случайная связь, да, Лиса?