Кочующий Мрак

‒ И ты знаешь, что он делает? ‒возмущается Рэй, всё так же вглядываясь в происходящее на небе. Я чувствую что-то через контакт с её телом, но не разбираю деталей, поэтому качаю головой. ‒Он предлагает себя этому миру в качестве местного духа. Он понимает кое-что про суд и милость и готов встроиться в местную экосистему и участвовать в её регуляции. И самое интересное, что Мерра ‒ не против.
Смотрю этот вариант. Это, что называется, свежая мысль: становится намного больше вариантов развития событий, степеней свободы действий, а вероятность катастрофического исхода снижается на порядок. С этим можно жить. Присутствие Кан-Гиора в экосистеме Мерры её обезопасит и обогатит ‒ в том числе, как я понимаю, северными сияниями. Которые, правда, не будут здесь северными, потому что будут происходить по другим законам, чем на Земле, но это уже детали.
‒ В принципе, можно и так. С точки зрения эволюции планеты ‒ довольно благополучный вариант.
Рэй поворачивается ко мне. Её глаза целиком заполнены Мраком, поэтому я плохо понимаю их выражение, но Рэй молча, неотрывно смотрит на меня.
‒ Сейчас я закончу, и мы поговорим, ‒ сухо говорит она и вновь отворачивается к колышущемуся сиянию. Отпускает мою руку. Рёв Мрака в моих ушах обрывается. На улице по-прежнему тишина середины ночи. Тело Рэй ещё уплотняется чернотой, хотя кажется, что это невозможно. ‒Держи меня, Амрис.
Держать?
И тут я понимаю, что она имеет в виду. Рэй хватается за перила, подтягивается, и я едва успеваю помочь ей сохранить равновесие, пока она выпрямляется, стоя на широких перилах балкона. Неодолимо притягательная своей силой. Отталкивающая заключённым в её теле концентрированным Мраком. Мне хочется отвести глаза.
Но я крепко держу Рэй за колени и бёдра и не отвожу глаз.
Рэй окидывает взглядом раскинувшееся в небе сияние ‒ от края до края. Делает медленный-медленный вдох, и как будто весь Мрак, весь окутанный Мраком мир набирает воздух для того, чтобы сказать одно-единственное слово:
‒ НЕТ, ‒ выдыхает королева Мрака, выдыхает Мрак, выдыхает планета.
Сияние замирает. Текут тягучие секунды, но ничего не происходит. Рэй стоит неподвижно, обратившись к Мраку. Замечаю, что я задержал дыхание, и напоминаю себе дышать.
И вдруг что-то меняется в сиянии. Как будто его оставляет жизнь. Как если бы пульсирующий центр, задающий узор световых волн, вынули из ткани сияния, и сияние из одушевлённого единого целого рассыпалось на миллион сиротливо мерцающих огоньков.
Кан?
Я больше не чувствую его здесь.
Мой первый порыв ‒ потянуться к нему, чтобы спросить, что произошло и где он теперь, ‒ но я вспоминаю, что оба кольца у меня.
Кан?
Более того ‒ будто пропал сигнал от него. Тот сигнал, благодаря которому я мог услышать его через вселенную, откуда угодно. Сигнал, который я ни с чем не перепутаю, потому что нитью цвета северного сияния прошита моя судьба.
Кан-Гиор?
Рэй коротко осматривает рассыпавшееся сияние, опускает голову и делает движение, чтобы спускаться. Я ловлю её и бережно ставлю на пол. Рэй перегибается через перила.
‒ Мадам Альвара! ‒негромко окликает она лежащую внизу женщину. Та нетвёрдо и не сразу приподнимается на локтях. Рэй больше не держит меня за руку, и детали плохо мне видны. ‒Я ‒ царствующая королева Мрака Альдагора. На рассвете зайдите ко мне. Не говорите ни с кем до этого. Сейчас идите к себе домой, примите ванну, перекусите, приведите себя в порядок, а затем – приходите ко мне. Вам понятно?
Гига Альвара, видимо, кивает.
‒ Пойдём, Амрис, ‒ говорит Рэй, почему-то… сердито? ‒и направляется в комнату. Я смотрю на рассыпавшееся сияние, на Гину Альвару, неуклюже и неустойчиво поднимающуюся на ноги.
‒ Рэй… ‒ пытаюсь удержать её я.
‒ Амрис, пойдём, ‒ не оглядываясь, Рэй заходит внутрь.
Меня передёргивает от внезапного холода, и я иду за ней.
В комнате Рэй методично зажигает лампы. Её движения точны и сухи. Не смотрит на меня.
Что происходит?
Я открываю рот, чтобы задать этот вопрос вслух, но Рэй опережает меня. Оборачивается ко мне, и в её глазах мрачный огонь.
‒ Сядь.
Сажусь в кресло.
‒ А сейчас, Амрис, ты расскажешь мне, что такое произошло между вами, что в ответ на мой отказ принять его предложение Кан-Гиор покончил с собой.
Не сводя с меня глаз, она откладывает зажигательный прибор, заворачивается в халат. Бросает второй халат мне. Мрак стремительно покидает её тело.
‒ Я не приняла его предложение, потому что оно меняло условия задачи. У всех, родившихся здесь, есть некоторая задача, решать которую лучше всего в условиях этого мира. У меня тоже. Предложение Кан-Гиора было щедрым, и, как ты отметил, открывало благополучный вариант для эволюции планеты, но лишало смысла пребывание многих людей здесь. Поэтому я не приняла его, ‒ поясняет Рэй. ‒Как ты верно заметил, у меня нет намерения заводить кошку.
Рэй пристально смотрит на меня. Я не понимаю, почему, но, похоже, она, скорее, довольна тем, что она видит на моём лице. Её взгляд смягчается, и она позволяет себе тонкую улыбку.
‒ Ладно, если быть точной ‒ он не покончил с собой. Он отрезал и оставил здесь основную часть своей памяти. Весь архив, в котором присутствуешь ты. А так как ваша встреча произошла довольно рано в его личной истории, это почти вся его память. Как я это понимаю? Я королева Мрака, Амрис. В поле Мрака плавает облако пришедшей в него информации. Прочитать, что происходит в поле Мрака, я уж как-нибудь смогу.
‒ То есть, он жив? ‒на всякий случай уточняю я.
‒ Приятно, что тебя это волнует, ‒ сверлит меня взглядом Рэй. ‒Этот мир он покинул живым. Другое дело, что он оставил здесь практически всё, что называется «Кан-Гиор», поэтому кто жив ‒ вот это вопрос.
Рэй стоит, скрестив руки, и постукивает пальцами одной руки по нижней части плеча другой.
‒ Знаешь, на что я сержусь, Амрис? Когда я сказала, что Кан-Гиор предлагает себя в качестве местного духа, единственное, что ты сказал, ‒ что это благополучный вариант.
‒ А что я должен был сказать? ‒искренне недоумеваю я. ‒Я посмотрел этот вариант и сообщил, что я там вижу.
‒ А то, что Кан-Гиор остаётся здесь если не навсегда, то на довольно продолжительное время, утратив человеческий контур, и непонятно, когда вы с им увидитесь в следующий раз, ‒ это тоже благополучный вариант?
Оу. Точно.
‒ Я не подумал об этом, ‒ признаюсь я.