Новогоднее чудо - Папа на час

— Они подружатся, — успокаивающе сказала Виктория.
— Уже подружились! — отметил Фёдор.
Леманну стало спокойно. Его дети играли вместе. Об этом можно только мечтать.
Инна съязвила:
— Много у тебя таких по стране бегает?
Леманн посмотрел на неё убийственным взглядом. Ничего не ответил и пошёл к своим детям.
    
Обожулька Надя!
Сергей привёз Надю после праздника домой. Вприпрыжку счастливая девочка пронеслась по лестнице в подъезде и накинулась с объятиями на встречающую бабушку Ларису.
― Как чувствует себя Ирина? ― спросил Леманн.
— Всё хорошо. Давление нормализовалось.
― Могу я с ней поговорить?
― Эхма, Иришки нет. Её позвали на работу, там что-то срочное. Потом она позвонила, что выехала домой, но сейчас телефон недоступен, наверное, разрядился. — сказала Лариса Александровна.
«Неуловимая и несносная, Карамелька!» — вздохнул про себя Сергей.
— Бабушка, у меня есть два братика! Паша и Миша. Папуля меня с ними познакомил, — воскликнула Надюша.
— Об этом я и хотел поговорить, сегодня прилетели…
Лариса Александровна перебила его:
― Серёжа, это же прекрасно! Надюша так мечтала о сестричках и братиках, что даже просила свою маму нарожать побольше, аха-ха-ха! Вот и сбылась мечта! Это очень хорошо, когда большая семья. Спасибо тебе, Серёжа, за всё, что делаешь для Нади, за праздник сегодня! От души спасибо!
― Лариса Александровна, что вы? Она же моя дочка! Как по-другому? Вам спасибо за заботу, за всё… Лариса Александровна, я хотел дождаться Ирину, но, наверное, не получится. Дело в том, что у меня заключён договор на украшение дома с салоном, где работает Ирина. На завтра назначена дата, вот только утром у меня будут неотложные дела. Не могу перенести. Передайте, пожалуйста, Ирине ключи от дома. Длинный ― это от калитки в воротах, а покороче от входной двери. — Сергей вынул из внутреннего кармана пальто небольшую связку ключей. — Там никого не будет. Пусть она начинает без меня. Я освобожусь и сразу приеду.
― Хорошо, Серёжа! Я поговорю с Иришкой, всё объясню. Ты не волнуйся! Поезжай к ребятишкам. Не виделись столько, соскучились. Малыши ведь знаешь, как тоскуют по родителям. Наденька, иди с папой прощаться!
Вихрем из комнаты вылетела маленькая Надя и с разбега бросилась отцу на шею. Леманн обнимал её крепкими руками, поцеловал в щёчку:
― Обожулька моя, когда будешь ложиться спать, напиши мне. А завтра я буду первым, кто пожелает тебе доброго утра! Договорились?
― Да, договорились! Папуля, передай это Паше и Мише, ― дочь высыпала на широкую ладонь горсть конфет. ― Трюфель в красном фантике сам съешь с чаем, а остальные передай.
Сергей был тронут, нежно улыбнулся и сложил подарок в карман.
― Обещаю.
Надя умчалась обратно в комнату, а бабушка Лариса добавила:
― Классная учительница Надюшки говорит, что она у нас такая тактильная, со всеми хочет обниматься. От неё уже собаки во дворе разбегаются ― всех переобнимала! Доброго вечера, Серёжа, поезжай домой с Богом!
***
В квартире родителей Леманна было шумно и весело. Сорванцы-сыновья резвились вовсю.
— Ой, Сергуня, это вечные двигатели и прыгатели! — рассмеялся Виктор Брунович. — Хорошо, что ты приехал, спасай меня, аха-ха-ха!
— Ууууу! Ааааа! — мальчишки с визгом повисли на руках Сергея.
Они карабкались по нему, повалили на пол. Леманн шутливо поддавался, щекотал, обнимал обоих.
— Смотрите, что у меня для вас есть. — Сергей дотянулся до пальто и вынул из кармана конфеты. — Это Надюша вам передала.
— Ура! Подарок от сестры. — крикнул Паша.
— Мне нравится, вкусно. — подтвердил Миша.
— А это угощение для дедушки, — Леманн протянул своему отцу шоколадный трюфель.
Виктор Брунович округлил глаза:
— Какой сестры?
— Бать, у меня есть дочка. Надя Журавлёва. Пока… Журавлёва. Мне с Ириной ещё не удалось поговорить, но думаю, она будет не против сменить Наде отчество и фамилию.
— Подожди. Постой. Получается… — Виктор Брунович разволновался.
— Да, бать. Когда я уезжал, Ирина была беременна. У тебя есть внучка. Ты как? Сердце не колет? — участливо спросил Сергей.
— Охх! Что же Света наделала?! Она ведь знала? И скрыла дочку от тебя, внучку от меня. Я ведь видел девчушку несколько раз с Ириной и Ларой в магазине, на почте. И даже не знал, что она родная.
Виктор Брунович разглаживал красный фантик в руках. Он мотал от возмущения головой.
— Бать, всё нормально. Я с Кирюхой разговаривал. Он знаешь, что мне сказал?
— Что?
— Наши ошибки нужны. Если бы мы с Ириной тогда не ошиблись и не расстались, у меня бы не было сейчас сыновей, а у тебя двух внуков, вечных двигателей.
— Кхе-хе-хе, — прокашлялся Виктор Брунович.
— Давай вместе махнём на рыбалку! Ты, я, пацаны и Надюшу возьмём с собой. Бать, как ты на это смотришь? Научишь их зимой рыбу ловить.
― А давай!.. Ты прости меня, сынок, надо было тебе позвонить. Я не придал значения. Мама вторую неделю с Инной по телефону болтает. А сегодня, как Инна прилетела, они по углам шу-шу-шу. Шушукаются.
― Ничего, бать, я разберусь.
― Похоже мама задумала тебя с Инной свести обратно.
Сергей только хмыкнул на это.
    
Ледяное сердце
За ужином Инна нарочито вежливо ухаживала за Сергеем, старалась быть милой и весёлой, но у нее это не очень-то получалось. Витала в атмосфере даже некоторая официальность, хотя за столом собрались члены семьи. Сергей не отвечал бывшей жене взаимностью и мягко пресекал все попытки дотронуться до него.
К Виктору Бруновичу неожиданно пришёл сосед и вызвал хозяина дома поговорить на улице. Светлана Валентиновна сочла это невероятной удачей, бодро взяла за руки внуков и увела их с собой, обещая показать что-то интересное. Она намерено оставила сына и бывшую невестку наедине. Инна, воспользовавшись моментом, скользнула руками по крепким плечам, запустила коготки через расстёгнутый вырез рубашки и стала поглаживать грудь бывшего мужа.
— Нет. Не надо меня трогать. — Леманн мягко, но твердо отвел ее руки, поднялся со стула.
Инна потянулась к ширинке Сергея. Тот перехватил руку, завёл аккуратно за спину.
— Что такое? Когда-то ты добивался меня полгода, прежде чем я наконец сдалась.