Роман после драконьего развода

Отец понял что ситуация вновь накаляется и решил разрядить обстановку.
—Оли, мы ведь тебе денежку принесли и учебники. Мой старый знакомый, был библиотекарем в королевской библиотеке. Две книги — это копии знаний из Святая Святых,— порадовал меня Кристоф.
—И "прости муж" связался с какими-то проходимцами,— задумавшись добавила мама и прищурилась, рассматривая небо.— Одна моя знакомая говорила, что ее муж заметил Этого в компании Ратимуса. Помнишь его, Крис?— мама отвлеклась от своего надменного образа и стала более заинтересована в беседе.
—Да, Ратимус пытался через меня связаться со многими благородными драконами, но его способ общения и поведения заставили меня отказать ему,— строго произнес папа.
—А что он хотел?— насторожился Урд'ах, будто знал о ком идет речь.
—Хочет переправлять воздушные пузырьки каких-то фу'уг.
—Треххх!— внезапно выразился ар'хан и увеличился в размере. Его кожа приобрела насыщено зеленый цвет, а клыки удлинились. Он смотрел в даль с суровым видом и шипел сквозь свои клыки.
—Говорил что высокородным понравится, но я почему-то отказал. Подозрительно,— выдавил из себя Кристоф и поспешно отобрал Арсиэля из рук гиганта.
Пока все смотрели на злого ар'хана я подозвала Ирину и попыталась привести ее в нормальный вид. Девочка была чернее самой сажи, еще и сопли со слезами появились. Пока я оттирала ее тряпкой, она начала похныкивать. Клариса увидев наши мучения что-то прошептала и ребенок вновь стал чистеньким. Но сопли никуда не исчезли. Дала доче в руку отрез ткани и только потом тронула огромную руку зеленого Урд'аха.
—Ата, объясни,— мужчина перевел свой бирюзовый взгляд на меня и замер, будто вспомнил о том, что рядом нет опасности.
—Рыба фу' уг ядовитая, а ее пузырь — сильное обезболивающее. После принятия внутрь ар'ханы видят странные вещи. В нашем племени эту рыбу запретили есть и ловить. До этого запрета соплеменники умирали в бреду.
Я узнала о местном наркотике? Интересно.
—Но ты ведь не просто так отреагировал остро на эту новость,— заглянула ему в лицо и нежно улыбнулась.
Урд'ах, говори, я рядом и поддержу тебя. Не смотри на то что мои родители с ужасом наблюдают за твоими метаморфозами, смотри только на меня. Я не отпущу твою руку.
—Ратимус — полукровка от ар' хана и человека. Его не приняли в племя отца из-за воровства, подлога и других не очень хороших качеств. А в мире людей он заимел черную славу.
—Не зря я тогда ему отказал,— отец, будто выиграл войну, светился как алмаз, еще и пританцовывал победный танец.— Чуяло мое сердечко.
—Значит, Ялтон связался с Ратимусом не просто так,— задумчиво произнесла мама.— У полукровки есть доступ к землям ар'ханов и Дарии. Он торговец дурью, вор… Интересно, что это даст Оливии?
Кристоф задумался, покачивая Эля. Он обратил внимание на ночное небо и затихшую Ирину, которая умастилась бабушке на руки. Шар' ах уже вернулся от речки искупанный, но от него воняло тиной. Клариса не выдержала и тоже помогла пареньку принять божеский вид.
—Думаю, что за доказанный сговор с контрабандистом или перекуп ядовитых веществ его как минимум можно вызвать на суд Драко. Но это сложно, ведь нужны достоверные улики и много времени на сбор группы поддержки.
Эээ, не очень понимаю, но очень интересно. Значит дракона можно призвать к ответу. Это уже радует.
—А как быть с алиментами?— я ощущала как рука ар'хана уменьшается и становится горячей.— Я еще ничего не получила. И дома нет и…
—Доченька,— виноватый тон мамы меня насторожил,— дело в том, что это место выбрали мы с твоим папой. Дом который приготовил "прости муж" стоял на самой границе двух империй и… Там ничего не было. Голая земля и пустыня на тысячи километров в округе. Те земли зовутся Лысиной и выжить там нереально. Поэтому чтобы спасти тебя от ужасной кончины, вмешался твой отец и заплатил доставщику.
—Хмм, хорошая новость, но что с алиментами?
—Ты нарушила договор,— четко и коротко выразился Кристоф.— Не следовала указам отца своих детей.
—Иии?— не томите! Говорите уже!
—Он может задержать выплаты до твоего подчинения и переселения в подготовленный дом.
"Блин, не нужны мне его деньги! Сама как-нибудь справлюсь!"— взыграла во мне гордость. Но здравый разум тихо спросил: "Сядешь на шею орка и свесишь ножки?" Та же гордость возмутилась и не пожелала быть вечно зависимой от кого-либо.
—Я могу договориться и платить Оливии за целительство,— подался вперед Урд'ах и нежно накрыл мою руку своей ладонью.— Куда бы она не пошла, ее будет ждать оплата труда, жилье и человек, который поможет устроиться и присматривать за детьми. Оливия может выбрать любое племя для проживания, я обо все договорюсь,— он был настолько возбужден, что старался сидеть прямо и смотрел в глаза отцу.
На Кларисе он старался не задерживать внимание. А его руки…
Он сжимал мои ладони так, будто меня сейчас отнимут у него. При этом мне было не больно. От этого действия мне стало тепло и хорошо.
Ну какой дом в пустыне? У меня тут лучшее будущее намечается.
С улыбкой смотрю на мужчину и чувствую нечто странное в груди. Впервые кто-то пытается взять всю мою ответственность на себя. Хотят защитить, оградить и помочь. Ему не важно какие преграды будут стоять на моем пути — он все решит.
"Моя душа уже с ней, а тело пусть забирают…"
Мне больно от этих воспоминаний.
—Я останусь здесь,— недоверие мамы и немой вопрос отца, который посмотрел в сторону пепелища.— С ар'ханами,— напрягся Шар' ах и мимолетом посмотрел на отца.— В племени, которое примет меня,— Урд'ах расслабился и улыбнулся одними глазами.
Боже, как же мне больно, ведь я не могу принять его чувств, а использовать привязанность ниже моего воспитания.
"Это совсем не надолго. Пусть поможет, а потом я отплачу".
Больно. Больно. Грудь сжимает. Воздуха не хватает.
Урд'ах смотрит на меня слишком преданно и нежно. Не знает какая я гадость в душе. Быть стервой рядом с этим ар' ханом слишком трудно.
    
31
Ялтон Ратинианский
Мужчина не мог понять что с ним творится. Истинная, отправленная с глаз долой, позабылась и почти стерлась из памяти дракона. На фоне Оливии о которой ему даже сны сняться, это явление выглядело странно.
Но времени раздумывать у Ялтона не было. Он кожей ощущал острую нехватку бывшей жены. Это было странно и болезненно для дракона. Рука, укушенная драконницей, до сих пор болела и не заживала. Пресловутая регенерация ящера не работала. Только когда из раны потек гной, профессор понял что просто так не справится с раной. Тянущая, ноющая боль — еще одна причина искать Оливию и детей.