Баламут 4
Целительница вытянула ножки, пошевелила пальчиками, покрытыми кроваво-красным лаком, и изумленно посмотрела наЯзву:
—Слышь, тощая, а че, твой мужик первый раз видит маникюр?!
—Да не, не первый: мы себя блюдем со страшной силой!
—Хм… тогда, может, этому охамевшему смертничку не нравится мой купальник… или, не дай бог, его содержимое?!
—Вряд ли: купальник великолепен, а«содержимое» — вообще эталон красоты, следовательно, однозначно во вкусе Рата!
Почувствовав, что эта парочка вот-вот разойдется по полной программе, я завуалированно признал поражение:
—Мариш, ты — живое воплощение понятия «сексуальность», но… корхам этого не понять. Ну, и зачем ты сводишь их с ума столь экстравагантным способом?
—Не-не-не, я так нарядилась не для них, а для Борисыча: старый хрыч клятвенно обещал прервать творческий оргазм не позже половины восьмого утра и порадовать нас сЮмми нежностью и лаской. Но опоздал. Поэтому я зла, как стая оголодавших волков в самом конце зимы и… выгуливаю корхов в качестве намека для тебя-тупенького!
—Намека на что?— спросил я и вызвал «вспышку гнева»:
—На то, что ты, мелкий вредитель, до сих пор не перетащил сюда ни одного горнопроходческого комплекса «Беврин»!!!
—А нафига тебе «Беврины» на равнине?— полюбопытствовала Лариса и«разозлила» женщину «еще сильнее»:
—Мои зайки изнывают от желания приступить к строительству первого космодрома рода Елисеевых-Багряных, в одном «зеркале» отсюда имеется восхитительный горный массив, а на этом поле до сих пор нет даже самой завалящей каменной плиты, которую можно расплавить и видоизменить!!!
—Ты хочешь сказать, что нашла с тварями общий язык?!— сообразив, к чему она клонит, ошалело спросил я.
«Злобная бабка» изумленно выгнула аккуратную бровь:
—Общий язык?! О чем ты, мелкий?! Я дала им понять, что мне нужен космодром. И все особи, имеющие сродство сЗемлей, конечно же, изъявили желание потрудиться на наше благо!
—Надо же, какие сознательные зверушки!— хохотнула Язва, а я назвал Маришку самым главным чудом семьи, дал ей время погордиться собой-любимой и попросил объяснить происходящее «для тупеньких». Если бы не желание похвастаться успехами «ее девочки», то хрен бы я чего дождался. В смысле, сразу. А так Степановна все-таки проявила великодушие и рассказала, откуда взялось понимание и с чего это вдруг твари захотели сотрудничать.
На первый взгляд все объяснялось проще некуда: во время первого же сеанса «общения» с пленными «злобная бабка» оценила размеры их ядер, назначила наименее магически одаренную особь самой бесполезной и порядка двух часов демонстрировала всем остальным, чем может закончиться любая попытка непослушания настолько сильной и талантливой целительнице, как она. А после того, как «зрителей» как следует проняло, в компании с дедом и младшей шеллемкой принялась составлять языковую базу данных. Хотя нет, не так: она заставила Борисыча прервать погружение в очередной творческий оргазм, вытребовала десять коммов, защищенных от воздействия магофона Той Стороны, попросила Юмми написать программу визуализации предметов и действий, вернулась к«подопечным», разогнала их по разным «камерам» и«убедила» помочь с созданием первичного «словаря». Потом «ее девочка» сверила результаты десяти разных «экземпляров», обиделась на недостаточно добросовестных «помощников» и пожаловалась Степановне. А после того, как та порадовала виновных… хм… сеансом показательных и чрезвычайно болезненных мутаций, написала следующую программу, транслирующую человеческий голос в щелчки корхов и обратно.
С этого момента электронный словарь стал пополняться с неимоверной скоростью в автоматическом режиме, так что творческий дуэт смог заниматься и другими делами.
Дослушав этот рассказ, я сделал родственнице еще один комплимент и поинтересовался, где забирать Юмми иФайяну, ибо «видел», что вПИМ-е нет ни одного силуэта, и прекрасно понимал, почему.
—Госпиталь временно перебазировался вЗамок…— сыто мурлыкнула целительница, опустила руку в траву, вцепилась в некое подобие тактического рюкзака-однодневки и кинула мне:— Держи, это тебе.
Я поймал «рюкзак», оказавшийся на удивление тяжелым, заметил на левом плечевом ремне экран со знакомыми пиктограммами и вопросительно уставился наМаришку. Она задрала носик еще выше и… поленилась валять дурака:
—Это «костыль», облегчающий открытие грузовых «зеркал». Твоему деду надоело собирать весь род для открытия каждого паршивого «коридора безопасности», поэтому он распилил один из накопителей корхов на пластины весом в двадцать-тридцать килограммов, присобачил к каждой по процессору, немного доработал программное обеспечение браслетов-телепортаторов и как-то зарядил в мире Пространства с плотностью магофона в девять единиц.
В общем, тыкаешь в пиктограмму «россыпь звезд», выбираешь один из шести предустановленных режимов, задаешь точку перехода и открываешь коридор через два, четыре или шесть буферных мира. Ну, а буквенные обозначения понятны даже для даунов: «Тэ-Эс» — «коридор» через ТуСторону, «Эм» — через миры с высоким магофоном, «Бэ-Эм» — без магии и так далее. В общем, разберешься. Или попросишь помощи у моей девочки — она принимала активнейшее участие в работе над этой хренью и бредит о маготехнологиях не так заумно, как старый хрыч…
…Юмми иФайяну Амрас подобрали в кабинете Маришки и провели в поместье ТаКальм по новому «коридору». Там упали на хвост Раймсу, в темпе добрались до летного ангара и загрузились в наш флаер. А уже минут через сорок влетели на«небольшой» частный космодром и приземлились на темно-серый прямоугольник, оказавшийся посадочной плитой для гражданского транспорта.
Пока она опускала машину на глубину добрых двухсот метров, владелец всего этого великолепия прислал на мою «клипсу» очередной тяжеленный информационный пакет и довольно хохотнул:
—Думаю, что ЭТО пополнение твоей коллекции порадует значительно больше, чем вчерашнее!
Меня неслабо восхитило и«вчерашнее». Но напрашивавшийся вопрос я все-таки задал:
—АнТиис расщедрился на что-то особенное?
Шеллемец закатил глаза, помучил меня паузой и с придыханием озвучил три слова:
—«Темрис», «Кереш» и«Алз»!!!
Эти термины лично мне ни о чем не говорили, поэтому я перевел взгляд на главного эксперта рода по всему летающему и стреляющему, полюбовался стеклянным взглядом отставного начальника инженерной секции тяжелого ударного крейсера «Бенч» и вывел несчастную женщину из ступора:
—Стоящая техника?
Амрас аж задохнулась от возмущения и ознакомила меня с тактико-техническими характеристиками вроде как новейшего тяжелого штурмового бота, малого диверсионно-разведывательного корабля, начавшего поступать вВКС Империи Марделл менее полугода тому назад, и«самого мощного» комплекса противокосмической обороны, когда-либо созданного наШеллеме!
Большая часть озвученных цифр тоже не вызвала ожидаемого томления души, ибо в системе мер и весов этого мира я ориентировался намного хуже, чем хотелось бы, соответственно, не мог вот так влет пересчитать, к примеру, их«фаоллы в вейт» в наши километры в час, а потом сравнить с чем-нибудь аналогичным. Поэтому ограничился довольным кивком и задал следующий вопрос: