Баламут 3

—Магия — штука хорошая, но решает накоротке или под магофоном Той Стороны. Во всех остальных случаях правит бал огнестрел!
—Жаль, что на этот внедорожник нельзя присобачить что-нибудь типа «Одуванчика», верно?— хохотнула Лариса.
Я представил «Святогор» с рабочими блоками этой РСЗО на крыше и ужаснулся. АДаша возмущенно подскочила и затараторила:
—Да ну: такого уродца будет заносить на поворотах даже на скорости в два километра в час, а этот зверь и быстрый, и бронированный, и зубастый! Кстати, солнце, что ты плетешься за этим рыдваном? Поморгай ему ВСЕЙ иллюминацией: пусть свалит вправо или вообще заберется на тротуар.
—Может, лучше сразу распилим?— предложил я.— Ты в нужном меню, патронов навалом, а таких рыдванов вЧите пруд пруди.
—Заманчивое предложение!— рассмеялась она и свернула вкладку от греха подальше. Потом посмотрела в зеркало заднего вида и от избытка чувств наехала наМашу:— Слышь, подруга, а ты чего до сих пор в куртке? ДоЗамка триста с лишним километров, из которых сотня с гаком — по дороге, которую чистят раз в сутки!
—Никак не решу, во что из обновок переодеться…— сдуру отшутилась та и переключила любительниц пошутить в игривый режим:
—Начни с первой фазы — раздевания. Подходящую музыку я сейчас подберу и пересяду на правое бедро Рата, чтобы не мешать ему любоваться зажигательным стриптизом!
—А после того, как обнажишься, как следует обдумай следующие шаги и перемерь все подряд. Причем в произвольном режиме и надевая по одной вещи за раз!
Я хотел заступиться заХельгу, но не успел — она на мгновение поплыла взглядом и задорно хихикнула:
—Будете смеяться, но я представила этот процесс во всех подробностях и сочла его не смущающим, а веселым. А еще всю последнюю неделю ловлю себя на мысли, что вашими стараниями обрела крылья, оторвалась от земли, ношусь черт знает где без руля и ветрил…
—…и дуреешь от удовольствия?— понимающе улыбнулась Даша.
—Ага! И не только от него: вот так, «летая», я чувствую себя юной и до смерти боюсь приземляться обратно… в старость души.
—Ма-аш…
—Ау?
—Душа стареет от одиночества. А у тебя есть мы — юные, неугомонные, безрассудные…
—…и надежные!
—Точно. Ну, и какой смысл приземляться?
—Никакого!— твердо сказала Хельга и прикипела взглядом к экрану ИРЦ:— Народ, а давайте скачаем изСети минусовки и поорем любимые песни? Только я сначала разденусь, а то становится жарковато.
—Нам сЯзвой тоже не помешает…— кивнул я и с намеком шлепнул Дашу по заднице. А она выдала весьма интересное предложение:
—Перебираться назад не хочу — у тебя на коленях в разы уютнее. Но оставлять Машу в одиночестве будет слишком жестоко, поэтому давай-ка «свернем» подголовник твоего сидения, опустим его спинку в горизонталь, состыкуем с задними и попоем, валяясь на одном большом ложе. Правда, тогда изведется Ларка, но твоя ладонь на ее бедре примирит ее даже с таким жутким кошмаром…
Следующие два с лишним часа мы, в основном, пели, перешучивались и ржали, не обращая внимания на такие мелочи, как все усиливающуюся метель и стремительное падение «забортной» температуры. ВСавватеевке время ненадолго замедлило свой бег из-за того, что женщинам внезапно захотелось шоколадного мороженого, и мы, зарулив в первый попавшийся магазин, накупили гору всяких вкусностей. А после того, как вернулись в машину, проехали через «наше» КПП и оказались на единственной дороге, ведущей кЗамку, снова отпустили тормоза. Но чуть слабее, чем прежде, ибо полторы полосы между высоченными сугробами успело засыпать больше, чем на полметра, и гнать на полной скорости уже не получалось. Впрочем, нам доставила море удовольствия и такая езда. Ведь «Святогор» несся сквозь тьму по тоннелю из света мощнейших фар, тараня передним стеклом облака искрящихся снежинок, а мы ели мороженое, слушали любимую музыку и валяли дурака в жарко натопленном салоне.
Увы, все хорошее когда-нибудь заканчивается, так что закончилось и это — в какой-то момент мы добрались доЗамка, заехали в подземный гараж, загнали внедорожник в отдельный бокс и отправились в мастерскую главы рода. Своим ходом, ибо в этой машине было слишком много электроники, и я, как ни старался, не смог понять, нет ли в ней «лишней». По дороге скинули деду сообщение, в котором предупредили о скором приходе, получили ответ «Ждем» и вскоре оказались перед дедом, «злобной бабкой», Петровичем иТверитиновым. А после того, как обменялись приветствиями, я взял быка за рога:
—«Святогор» в том самом боксе. Теперь дело за вами. И не тяните, ладно?
—Мы сВиталием займемся им прямо сейчас…— пообещал Ефремов, сделал небольшую паузу и добавил:— А после того, как избавим от ненужных «подарков», перегоним через большое «зеркало» в соседнее помещение и уже в компании Борисыча снабдим правильной артефактной начинкой.
Выслушав этот монолог, дед подтверждающе кивнул, аМаришка сочла необходимым повредничать:
—В общем, два старых пня и один молодой выворотень будут тупить как минимум до утра. Так что валите в мою операционную и готовьтесь к любимой процедуре. А я скоро подойду и вобью в ваши бестолковки хоть немного знаний…
 
* * *
…В этот раз «любимая» процедура продлилась чуть больше восьми(!) часов, а после пробуждения и реанимации просветлением нам пришлось еще минут сорок пять-пятьдесят зазубривать очередной пакет знаний поЭднору, подготовленный Степановной в процессе потрошения памяти иллюзиониста и старухи-аристократки. Нет, голова, конечно, не гудела, но в сознании то и дело всплывали фрагменты информации по этому миру и заставляли зависать или использовать слова и целые фразы из ниир, языка, на котором говорила большая часть населения материка Фламмн. Прекрасно зная, что адаптация разума к этому типу воздействия продлится как минимум полчаса, я чмокнул «бабку» в румяную щечку, посмотрел через «Око» на наше озеро, убедился, что там не льет, открыл среднее «Зеркало» и следом за своими женщинами отправился развлекаться игрой со смертью.
В этот раз обошлось без особых свершений — мы проманьячили все те же двадцать циклов, аМашу хватило не на обычные четырнадцать, а только на тринадцать. Но такое случалось, поэтому, закончив с этим извращением и как следует оклемавшись, мы вызвали к себе Маришку, неспешно переплыли на другой берег и вернулись вЗамок прямо с него.
Тренировка у матушки и завтрак тоже прошли штатно. А в половине двенадцатого мне на комм, наконец, прилетело долгожданное сообщение отЕфремова, и мы настолько воодушевились, что открыли в мастерскую деда аж три перехода!
Воспользовались двумя. Вроде как для скорости. И, оглядев напрочь замотанный коллектив маньяков от науки, превратились в слух.
—Доброе утро, молодежь!— поздоровался глава рода, плавно повел рукой, предлагая усаживаться на свободные горизонтальные поверхности, коих в помещении было немного, выждал секунд пятнадцать и уставился мне в глаза:— Броневик готов, аппарель, естественно, тоже, а в точке высадки раннее утро, слабый ветерок и волнение в один балл.