Сказка о злой душе

Оборотень всучил мне трухлявый талмуд из городской библиотеки и ткнул в него носом. В древнем своде законов черным по белому было написано, что жена обязана предоставлять свое тело по первому требованию мужа. Наказание за неповиновение — десять плетей у позорного столба. С семейным кодексом не поспоришь. Все в рамках правового поля.
—Как ты говорила? Незнание законов не освобождает от ответственности?— пропел на одной ноте мерзавец.— Мы новобрачные!
После грубого изнасилования несчастного Крона я становилась его женой со всеми вытекающими последствиями. За отказ взять на себя ответственность меня бы судили, пытали, а потом все равно женили. Тут без вариантов. На сам брак и изменение гражданского статуса мне было откровенно плевать, а вот на качество сна — нет. Мужик решил наверстать упущенное время и познать все прелести секса. Ладно ночью он меня не щадил, но днем-то за что? Крон находил меня рядом с речкой, вылавливал у соседей, догонял на рынке и под одобряющий гул толпы тащил домой на плече.
—У меня голова болит!— последняя попытка надавить на жалость.
—Врешь!— оборотень мерзко хихикнул и шлепнул меня по заду.— Волчье чутье. Забыла?
—На помощь! Люди добрые! Да что же это делается? Надругательство средь бела дня. Это межрасовое извращение! Я буду жаловаться! Помогите! У меня судейская неприкосновенность!
—Можешь забыть про нее. Ты лишилась неприкосновенности, когда проявила сексуальную агрессию.
Думаете, мне кто-нибудь пришел на помощь? Нет! Все лисички злорадствовали и говорили, что злобная душонка получила справедливое наказание. За что они меня все ненавидели, я так и не поняла.
***
Пять лет спустя
Я презирала этот мир, я ненавидела свое тело. Крон каким-то чудесным образом сумел меня оплодотворить. Как? Как ему это удалось? Мы несовместимы! Эльфы и оборотни не могли иметь общее потомство даже с помощью магии и колдовства. Что пошло не так? Где произошла ошибка? Что сломалось в системе? С чего вдруг у Крона образовались термоядерные головастики? Откуда взялась моя яйцеклетка? Почему мое тело меня предало? Это была бессильная истерика.
Весь ужас этого мира состоял в том, что женское тело принадлежало кому угодно, кроме самой женщины. Оно для мужа, для вынашивания ребенка, для лекаря, но не для женщины. Именно из-за этой удивительной особенности я не могла удовлетворить саму себя. Только с помощью Крона. Магический контроль эльфийских женщин через ограничение сексуальности был специально изобретен для жительниц гарема, чтобы создать культ личности повелителя. Проявление чувственности без мужика приравнивалось к извращению. А вдруг у девушки получится испытать оргазм намного ярче, чем с господином? Это же будет катастрофой!
—Не злись, колючка,— Крон обнял меня со спины и погладил выпирающий живот.— Ты прекрасно ладишь с детьми. Лисята от тебя в восторге.
—Где мой топор?— я так и не научилась любить и испытывать эмоции в общепризнанном понимании.
—Топор в подвале.
—Отдай мне его.
—Завтра. Я устал,— оборотень поцеловал мой затылок и прошептал:— Обалденно пахнешь. Люблю тебя.
—Зачем я убила лесную тварь? Нужно было ей помочь,— стало тоскливо. Моему комфорту угрожал ушастый мутант. Этот паразит без разрешения поселился в моем теле, и вот уже месяц, как я чувствовала его толчки. Нужно немного потерпеть. И я смогу спать спокойно на животе.
Беременность вызывала странные потребности. Они приводили меня в шоковое состояние. Я была сама не своя и иногда просила оборотня погладить мой живот. Зачем? Сама не знаю. Но это точно была магия. Незримое волшебство между мной, ребенком и его отцом.
—Мое солнышко соскучилось по папочке,— стоя на коленях Крон обнимал и целовал выпирающий живот, а я в ответ гладила его по голове. Этот ритуал меня успокаивал. Монотонные движения рукой и расфокусированный взгляд в никуда. Может, это какое-то проявление любви с моей стороны? А может, гормоны шалили.
Крон всем говорил, что он обрел семейное счастье. Не знаю, что он во мне нашел такого интересного, но его все устраивало. Единственное, о чем оборотень меня слезно просил, так это всегда оставаться злобной душой. Ну, это без проблем.
    
Глава 11
Топая ночью к Морфею, я без приглашения решила заглянуть в гости к Валере, но не как зритель, а как полноценный участник сна.
—Отпусти меня!— громко рыкнул эльф.
—Свободен!— крикнула с пафосом и махнула рукой — мол, иди, холоп. Тебе здесь не рады.
Потрепанная тень некогда великого правителя выглядела удручающе. Черные синяки под глазами, серая кожа, всклокоченные волосы, нездоровая худоба.
—Ты не Алира,— Валерион тут же изменился в лице.
—Нет. Я злобная душа,— не стала врать и прикидываться бывшей пассией.
Эльф затравленно на меня взглянул и, вцепившись в волосы скрюченными пальцами, завыл раненым зверем.
—Она зовет меня. Все время что-то шепчет мне на ухо. Я не могу спать, есть и нормально жить. Алира мучает меня. В каждой женщине я вижу ее лицо.
—Это настоящая любовь!— я снова попыталась пошутить.— Даже смерть не способна разлучить вас. Так романтично!
—Ты издеваешься?
—Нет, не издеваюсь,— безразлично пожала плечами.— Если честно, то мне плевать. На тебя и на Алиру. У меня своих проблем по горло.
—Ты ей помогаешь! Вы все против меня. Это заговор. Я убью тебя!
Вот смотрю на него и думаю: «Дурак или прикидывается?»
Мать Алиры изящно отомстила своему повелителю. Дочурка решила не отставать от мамочки. Больная привязанность в мире, где существовала магия, могла сыграть злую шутку с обидчиком. Душа опальной целительницы методично сводила с ума Валериона, и это была ее месть.
«Любимый,— раздался голос Алиры.— Я так грущу без тебя».
Валерион яростно ударил себя кулаком по голове, стараясь заглушить женский голос. Дарий, кстати, также себя бил, когда пытался изгнать невидимых демонов. Видимо, это было какое-то проклятие.
—Умолкни! Хватит! Пощади!— мужик стал раскачиваться, словно умалишенный, и громко выть.
«Не бросай меня. Ты моя жизнь. Я люблю тебя. Иди ко мне. Будь со мной. Мы всегда будем вместе».
Интерес к чувствам Алиры и Валериона у меня пропал в ту роковую ночь, когда я стала женой оборотня. Крон выбил из меня всю дурь. А точнее, фантомные эмоции бывшей хозяйки эльфийского тела. Какая мне разница, что у них там было? Любовь или расчет? Я вижу результат их союза, и он печален. Судьба Дария их вообще не интересовала. Про общего ребенка все благополучно забыли. Оно и к лучшему.
—Сами разбирайтесь в своей помойке. Я вам не судья.
Могла ли я помочь Валериону? Наверное, да. Оно мне надо? Конечно, нет. Пусть думает, что я его галлюцинация.