Сопротивленец

Василиск затормозил передними лапами и становился, загнанно «дыша» раскаленными облачками пара, вырывающимися из щелей его брони под брюхом. Мандалорцы окружили его, держа наготове оружие и перезаряженные пусковые установки с сетями. Все они с трепетом ждали чего-то. И когда Дженна хлопнула себя по плечу и вскинула над головой сжатый кулак, потрясающий винтовкой Арус заорал первым:
– Коте кеш’верде бес'улийк!(3)
– Коте!!! – поддержали собрата остальные мандалорцы, взорвавшиеся торжествующими криками.
«Теперь Могру знает, что мы пришли по его душу, – подал голос Фрис, всего одной фразой согнав улыбку с моего лица. – Половина успеха плана строилась на эффекте неожиданности».
– Думаю, уже знал, что мы прилетели, брат. С того самого момента, как «Бегемот» вошел в атмосферу Ондерона.
Некоторое время спустя я сидел на гусеничном колесе одной из проходческих машин и утолял жажду питьевой водой из фляги. Фрис все же уговорил меня сделать перерыв, прежде чем срываться в последний марш-бросок до логова Могру. Схватка с ним оказалась куда тяжелее, чем я мог представить, нанеся серьезный вред моей, как ранее казалось, «непробиваемой» защите.
На каждый замок найдется своя отмычка, и Могру живое тому подтверждение. Мне повезло лишь в том плане, что он был слишком занят с удерживанием василиска и не мог воздействовать на меня всей своей силой. Один на один я ему не соперник, и это очевидно уже сейчас. Остановит ли это меня? Нет. Как говорится, где наша не пропадала. Авось сдюжим как-нибудь. С мандалорской помощью.
Кстати о них. Ощутив движение над собой, я поднял голову и увидел спускающуюся на реактивном ранце Дженну в компании Аруса, взявшего на себя обязанности ее адъютанта. Юная мандалорка смотрелась тростинкой рядом с этим здоровяком, внезапно проникшегося к ней искренним глубоким уважением. Причину искать не требовалась: вон валяется кверху пузом под пальмами, оставленный хозяйкой в стороне от временного лагеря, чтобы не повредить ненароком палатки и технику.
– Сразимся, джетии? – хлопнул меня по плечу Арус, едва оказался рядом. Я поморщился, но промолчал. Повторять один и тот же отказ после двадцатого раза к ряду уже поднадоело. Ментощупы до сих пор ауру латают после боя с Могру, не хватало еще спарринги устраивать. И так ощущение, будто по голове катком прошлись пару раз.
Отделавшись от докучливого мандалорца, я поднял голову к Дженне, стянувшей шлем и с облегченным вздохом смахнувшей с потного лба прилипшую челку.
– Связалась с отцом?
– Да.
– И как он воспринял?
– Как должно отцу и главе клана Ордо, – Дженна пожала плечами и оглянулась на блаженствующего василиска. – Гестиар погиб за право быть кеш’верде. Достойная смерть для любого воина.
– Но ты все равно по нему тоскуешь.
– Он был тем еще ублюдком, – в голосе Дженны прозвучала горечь. – Но от того не переставал быть моим братом.
Девушка чуть покачала головой, показывая, что больше не желает говорить на эту тему. К моему удивлению гибель Гестиара очень сильно отразилась на ней. Они никогда не были близки, а после гибели матери и вовсе питали друг к другу стойкую неприязнь. Но Дженна скорбела по брату, и ее боль сильно резонировала в Силе, заставляя меня прилагать определенные усилия, чтобы не снизить ее ментощупами. Сейчас мое вмешательство не принесло бы ничего, кроме вреда. Некоторые вещи надо просто пережить, как бы тяжело не было внутри.
– Ты готов выдвигаться, джетии?
Я прислушался к своим ощущениям и присмотрелся к состоянию ауры. А, сойдет по бедности. В идеале бы провести пару деньков в плотных медитациях и целительном трансе, но кто ж мне их даст? Напряжение от планетарного слияния растет и ощущается все сильнее в Силе с каждым часом промедления. Как бы не хотелось погреть спину на теплом боку утробно урчащей машины, нужно идти дальше.
– Да.
– Хорошо. А, да, еще одно. Арус, сходи проверь… что-нибудь.
Недовольно урчащий здоровяк удалился, а Дженна склонилась к моему уху, с растущей угрозой прошептав.
– Ты же не помогал мне сломить бес'улийк?
– Нет, – ничуть не кривя душой, открестился я. Перекинуть ментальный мостик не в счет. Верх в сражении со зверем Дженна одержала сама, без чьей-либо помощи.
– Хорошо, – юная мандалорка отстранилась и довольно кивнула. – Потому что если я узнаю обратное, то выбью из тебя все дерьмо несмотря на договор с отцом.
Я усмехнулся и отсалютовал ей, как принято у воинов. Когда-нибудь из нее выйдет хороший лидер. Если, конечно, не погибнет в столкновении с Могру.
Вместе с Дженной мы подошли к ее василиску, после объединения источавшего в ментал тихое незамутненное счастье. Туман безумия оказался стерт внутренним механизмом защиты после признания нового наездника. Василиск выглядел таким же помятым и покоцанным тяжкой жизнью в джунглях, но внутри представлял собой чистый лист. А при виде Дженны еще и расцвел, утробно заурчав какими-то внутренними механизмами. Кошак-переросток.
– Уверена, что сможешь его контролировать?
– Думаю да, – Дженна коснулась ладонью загнутого когтя на левой лапе своего нового питомца, прислушалась к себе и уже более уверенно кивнула. – Точно смогу. Хотя над некоторыми командами придется поработать.
– Дженна, я серьезно! Мне не нужен взбунтовавшийся хищник за спиной в самый разгар драки.
– Бес'улийк предан только одному кеш’верде. Этот твой Могру мог сломить его дух, когда тот был потерян. Но сейчас он только мой и останется таким, пока я жива. Да, Клык? Кто у нас тут хороший мальчик?
Василиск перестал тереться спиной и раскачивающуюся пальму и, с ощутимой земной дрожью плюхнулся на пузо, ткнувшись носом-дулами орудий в руки засмеявшейся Дженны. Мандалорцы…
Остаток пути до бывшего озера проделали по высохшему дну речного русла, поставив гусеничную технику на колеса. Дженна восседала на спине василиска с грацией боевой амазонки, оседлавшего дикого мустанга. Мандалорцы то и дело поглядывали в ее сторону, гордые от того, что их возглавляет наездница на василиске. Одно его присутствие вызывало подняло боевой дух отряда на ранее недосягаемую высоту.
Я тоже поддался всеобщему настрою и издал пару воинственных дикарских кличей, выбравшись на крышу своей машины. Оказалось весьма воодушевляющим двигаться в составе вооруженного до зубов отряда, направляющего бить непримиримого врага. Хотя на самом деле особых надежд я не питал.
Как ранее верно подметил Фрис: Могру уже знает, что мы идем за ним. И у него имелась куча времени подготовиться к встрече.
– Вон она, – стоящий рядом мандалорец протянул мне макробинокуляр в защитной лесной расцветке, указав темную линию на бледно-желтом песке озера, едва наша колонна выкатилась из леса. – Расщелина. Вход в шахту на глубине пятидесяти трех метров.
Смотреть в макробинокуляр на движущейся машине – то еще удовольствие, и все же я смог сфокусироваться на скачущей туда-сюда панораме. Ну да, все верно. Расщелина. А точнее косой разлом прямо посреди выжженной солнцем бесплотной земли. Чуть правее от нее то тут, то там виднелись торчащие препятствия, оставшиеся от заброшенной гоночной трассы для гонок на свупах. В основном здоровенные отесанные камни, размером с василиска, но встречались также покореженные столбы ограничителей трассы и полузанесенные песком ребристые плашки ускорителей.