Говорящая с Нами

Мередит помолчала, словно решая, стоит ли говорить об этом незнакомке или нет. Но желание поделиться своей болью оказалось сильнее.
— Это было давно, очень давно, девочка. – Начала она, всхлипнув. – Мы жили здесь, в этом самом доме, я, моя сестра Лорейн и наш отец. Мама умерла рано, свернувшись буквально за неделю от болезни, название которой никто не знал. Да и докторов в то время почти не было. Лорейн тогда было пять, а мне пятнадцать, и в столь юном возрасте мне пришлось брать хозяйство в свои руки. Это было тяжело, но ещё тяжелее было осознавать, что, откажись я от этого, отцу бы пришлось жениться на другой женщине – дому нужна хозяйка. И я из кожи вон лезла, доказывая, что справляюсь.
Отец был мной доволен, а для сестры я стала второй матерью – первой она почти не помнила. И я старалась сделать всё, чтобы она не знала лишений, а в результате получила чёрную неблагодарность с её стороны…
– Мой рассказ тебя ещё не утомил? – Вздохнула, Мередит.
— Нет, что вы! – Поспешила заверить её Лора, ей и вправду было интересно. – Прошу вас, продолжайте!
— Итак, мне уже шёл двадцать девятый год. – С очередным вздохом продолжила старушка. – Даже по современным меркам я была старовата для замужества, но отец настаивал на продолжении рода. Лорейн как раз исполнилось восемнадцать, она цвела и пахла как жемчужная роза, и отец сказал, что ей пора взрослеть и принимать теперь ответственность за хозяйство в доме на себя – а мне обзаводиться собственной семьёй, пока ещё есть время.
Благо, и претендент у него имелся – племянник хозяина соседнего поместья, только вернувшийся из Европы. Вернее, он уже сам стал хозяином, прибыв как раз-таки на похороны своего дяди, других наследников у которого не имелось.
— Как его звали? – Осторожно спросила Лора, замерев.
— Джозеф. – С горечью произнесла Мередит. – Джозеф Мартелл, будь прах его неладен.
— Джозеф Мартелл?! – Воскликнула девушка, не успев во время прикусить губу. – Но…
Она поздно сообразила, что тот, другой Джозеф, с которым ей довелось познакомиться ранним утром, может быть его внуком, правнуком, в конце концов, просто тёзкой.
— Что тебя удивляет, дитя? – Мередит удивлённо вскинула седые густые брови.
— Ничего, простите. Прошу вас, я хочу услышать, что же было дальше?
— Дальше. – Задумчиво произнесла пожилая леди. – Отец переговорил с ним, пригласив его в наш дом для знакомства со мной. Да, милая, раньше нас никто и не думал спрашивать, хотим ли мы этого сами. Но слово отца было законом, и я одела своё самое лучшее платье, служанки помогли мне сделать причёску и я вылила на себя половину флакона духов, чтобы соответствовать образу «невесты на выданье», но куда мне было тягаться с нашей Лорейн…
Я никогда не была красавицей, а годы и жизнь в бесконечном труде только добавили мне проблем. Я была слишком высокой, нескладной, худой и волосы мои изначально имели пепельный оттенок, и как бы я не старалась, красоту своей младшей сестры мне было не затмить. Она была настоящей королевой (хоть и не королевских кровей), с роскошными тёмными волосами, чёрными глазами и точёной фигурой – да к тому же веселушка, каких свет не видывал! О, как она любила смеяться, кружась по дому под ей одной слышимую мелодию! У неё не было забот и проблем – в отличие от меня, вечно хмурой и «правильной» Мередит. Я сама ограждала её от всего этого как могла, и вот, к чему это привело…
Гость пришёл к нам на ужин в назначенный день и час. Он был красив. Боже, как он был красив! Стройный, с правильной выправкой, чудесными манерами… Но меня покорили его глаза. Я всегда чуралась мужчин, но в этого человека влюбилась с первого взгляда. И после нашего официального знакомства, когда отец представил нас друг другу, долго не могла поднять на него свои очи, боясь, что он прочтёт по ним всё то, что я так тщательно пытаюсь скрыть. Но зря я краснела в своём тихом миру за столом, на виду у всех. Когда я всё же осмелилась взглянуть в сторону Джозефа, то увидела, что смотрит он совсем не на меня… Лорейн! Лорейн притягивала его взгляд как магнит, и я видела, что это взаимно!
Наша девочка за столом вела себя тихо как мышь, что было на неё совсем не похоже, а мистер Мартелл рассеян – мысли его, как сумасшедшие от запаха сыра голодные крысы, вились вокруг моей наивной сестры. Он совершенно не слушал, что говорил ему отец, и даже осмелился перебить его, сославшись на внезапное плохое самочувствие.
Спешно попрощавшись с нами, он ушёл. Но вернулся уже на следующий день, чтобы сообщить мистеру Реджи, моему отцу, что он готов жениться на его дочери. Но не на той, что была ему предложена в качестве жены. А на младшей, Лорейн.
Отец был в ярости. Да, мистер Мартелл был завидной партией в плане денег и положения, но подобное предложение с его стороны отец расценил как жест крайнего неуважения, даже оскорбления. Что касается меня, то такой униженной я не чувствовала себя больше никогда в жизни. Лорейн же, подслушавшая весь их диалог под дверью, словно наполнилась счастьем изнутри. Глупышка, она ведь даже не понимала, какую боль причинила мне…
Мередит, словно поперхнувшись, закашлялась, и Лора, отыскав глазами воду, поспешила наполнить ей чашку и протянуть пожилой женщине. Та жестом указала поставить чашку на стол, и девушка вспомнила о болезненной для Мередит теме прикосновений.
Лора, заворожённая историей, уже ждала продолжения, но хозяйка дома, зевнув, поспешила откланяться.
— Что-то я устала, моя дорогая. – Произнесла она, поворачивая коляску к выходу. – Мне нужно прилечь. Располагайся тут, осваивайся.
— Но… что же с ними стало после? – Не сдержавшись, выпалила Лора.
Мередит не хотелось отвечать, и всё же история, по сути, была недосказанной.
— Много чего, девочка, много чего… Их любовь была обречена, хотя они оба и отказывались то признавать. Лорейн сошла с ума, а Джозеф…
Старушка, словно забыв договорить, уже собралась уйти, но Лора остановила её:
— А Джозеф? …
— Он погиб. – Уклончиво ответила Мередит. – От несчастного случая. А теперь прости меня, я вздремну часок…
 
Глава шестая. Комната сверху.
Всё ещё находясь под впечатлением, Лора просто сидела, уставившись в одну точку. История Лорейн и Джозефа, рассказанная Мередит, потрясла её ещё больше, чем прочтение письма, которое теперь тяжёлым грузом оттягивало её карман.
Но почему Лору так это волновало? В мире существовало несчётное количество историй о несчастной любви, и всё же ни одна её так не трогала, как эта.
Наспех всполоснув чашки из-под чая водой, что оказалась с примесью ржавчины (Лора решила, что местный водопровод тоже требует серьёзного ремонта), девушка покинула кухню, отправившись в прихожую. Работы был непочатый край, но её сейчас больше интересовала тайна семьи Шерли – Мередит что-то недоговаривала, и смазанный сюжет концовки её истории только подтверждал это.