Я уже барон (СИ)
— Эти студенты вчера со смертью столкнулись, — хмыкнул генерал. — А вы их как кисейных девиц воспитываете!
— Метеоритная пыль очень похожа на необработанный маголит, — пояснила мне Ермакова. — Господин Бердышев, ну-ка. Чем опасна эта пыль?
— Метеоритная пыль, — задрал нос Дима, — очень токсична для обычного человека, вызывает раковую опухоль, галлюцинации, расстройство стула… Однако, человек без магических способностей, не может отличить метеоритную пыль от маголитового песка.
— Именно, — кивнул Звездочет. — Как разберемся с монстрами, отправим на рынок отряд с жандармами. Пусть перевернут там все вверх дном. Давно надо было этим заняться, а то одни монстры на уме. Да и властей неплохо бы потрясти — там рука руку моет.
— Оставляйте. Будут доказательства. Остальное на нас, — кивнул Ермакова, пробуя пыль на язык.
— Наталья Геннадьевна! — развел руками Кутузов.
— Будешь мне таскать передачки! — ухмыльнулась магичка, не переставая ковыряться в артефакте.
— Господин Бердышев, Иванов, Кузнецов, выражаю вам официальную благодарность, — серьезно проговорил Звездочет и пожал каждому руку. — Ого, Кузнецов? А откуда у вас этот питомец? Тоже на рынке поймали?
— Нет. Нашел в Дикой Зоне, когда мы спасали первый отряд, — пояснил я. А быстро замдиректора определил, что за браслет на моей руке.
— Хорошо, тогда после завершения прорыва, и всех траурных церемоний, объявим вам благодарности в более официальной обстановке.
— Будет ли это уместно? — спросил я, — Все-таки столько учеников погибло…
— Нельзя вечно горевать и нельзя вечно веселиться, — философски сказал Звездочет, — Всему свое время и место. Тут каждый знает, на что подписывается.
Мы уже собрались попрощаться и пойти наверх, как меня окликнула Ермакова:
— Михаил, ко мне в кабинет через полчаса.
— Хорошо, буду.
Мы поднялись в спальни, переоделись и залезли в душевые кабины.
— Эх, кто бы спинку потер, — появилась рядом со мной Лора. Голая, вся в пене и с озорным блеском в глазах
— Мне казалось, я убавил настройки…
— Увы, после апгрейда, пришлось удалить эту строку. Но спешу заметить, Миша, тебе грех жаловаться. Девочек вокруг пруд пруди, да и с Машей у вас все хорошо.
— Ладно, чего с тобой делать…
— Потереть спинку! — радостно воскликнула Лора и повернулась ко мне спиной, оттопырив задницу. Отшлепать бы тебя, негодница!
После душа мы отдраили доспехи и снесли все в оружейку.
— Ладно, парни, вы идите, а мне еще с Ермаковой заскочить. — Мы остановились на лестничной площадке.
— Что, она назначила тебе свиданку? — хохотнул Дима.
— Ага, будем обсуждать твою личную жизнь.
— Пошли, Антошка, не будем смущать нашего кавалера, — потянул он глупо улыбающегося Иванова. — Еще в столовку и отобьемся.
— А чай?
— Куда ж без него.
— И мне возьмите, — крикнул я им вслед. Эх, как давно я не пил крепкий черный чай…
— Тебя ждет горячий кофе с Ермаковой!
Мы рассмеялись и разошлись.
Наталья Геннадьевна ожидала меня в кабинете. Я постучался.
— Входите, Михаил! — раздался уставший голос.
В ее кабинете мне еще не приходилось бывать. Тут было по-женски красиво. Горшки с цветами на подоконнике, высокие стеллажи с книгами, мягкие кресла и диван, укрытый пледами. На журнальном столике лежал недовязанный шарф из сиреневых ниток. В углу стояли два боевых топора футуристичного дизайна. Уютно, как дома.
— Вы хотели со мной поговорить, Наталья Геннадьевна?
— Да, присаживайся, куда хочешь.
Я упал в мягкое кресло. Эх, не уснуть бы.
— А у вас тут уютненько, — похвалил я интерьер. В ответ она слегка улыбнулась.
— Спасибо. И давай сразу к делу. Меня шатает. Я бы сейчас с удовольствием бы завалилась спать.
— Да, я тоже, — кивнул я. — А вы устали куда больше меня.
— Как ты умудрился впитать весь кристалл? — спросила она напрямую. В ее глазах сверкнула сталь.
— Не знаю, — соврал я. — В тот момент мне было не до этого, я просто хотел спасти себя и Арнольда.
— Откуда такие навыки рукопашного боя? — наседала она.
— Я обязан отвечать? — скривился я. При всем моем уважении к этой женщине, допросы мне не нравились.
— Нет, не обязан. Просто любопытно — кто ты Кузнецов? — Она скрестила пальцы и положила на них подбородок.
— Я баронет Кузнецов. Тот, кто хочет стать сильным магом.
— Бывают сильные герои и бывают сильные злодеи. — Она смотрела на меня изучающим взглядом мудрой женщины. — Первое куда сложнее…
Сегодня высшее руководство так и прет на философскую болтовню.
— Род Кузнецовых не ищет легких путей, Наталья Геннадьевна! — сказал я, гордо выпрямившись. — Стать злодеем? Ради чего? Деньги и позор? Еще чего! Не сомневайтесь во мне, прошу вас. У меня есть цель, и вы знаете об этом.
— Я услышала вас, господин Кузнецов. Прошу прощения за мою бестактность, — сказала она, однако едва ли она извинилась искренне. — Тут третьего дня полиция делала на вас запрос, вам что-нибудь об этом известно?
— Не имею ни малейшего понятия. — Тут я был совершенно искренен.
— Спокойной ночи, Михаил, — кивнула она и откинулась на спинку.
— Всего доброго, — кивнул я и вышел из кабинета.
— Неприятный осадочек, скажу я тебе, — услышал я голос Лоры. — Как будто она тебя в чем-то подозревает.
— В чем? — во мне начала закипать злость. — Я сделал все, чтобы ко мне было полное доверие!
— Может она думает, что ты пытаешься втереться в доверие?
Болванчик на руке начал слабо вибрировать. Странно.
Уже направляясь в спальни, за углом меня встретили трое старшекурсников.
— Эй, ты тот самый Кузнецов, что спас Аксакова в метеорите? — неприятно улыбнулся белобрысый парень с голубыми глазами. Крепкий и опасный.
— Ну, допустим… — кивнул я.
По обе стороны от него еще два лба. Один чуть шире меня в плечах, другой низкий и поджарый.
— Пойдем, есть разговор. Как сходили в патруль? — поинтересовался голубоглазый. — Слышал, у вас там возникли какие-то сложности?
Мы с троицей прогулялись до мужского туалета. Белобрысого звали Валентин, того, кто повыше, Берислав, пониже — Вадим.
И эти трое походу решили сделать мне темную.
— Никаких сложностей, — улыбнулся я, поглаживая вибрирующий браслет. Болванчик чуть ли не выл от негодования. — А чего у вас в патруле были какие-то проблемы?
— Миша, только не жести с ними, — сказала Лора, качая головой. — Ребяткам еще на передовую. А там монстры. Нехорошо получится, если они доберутся до границы с Дикой Зоной в… поломанном виде.
— Нет, — дружелюбно пожал плечами Валентин и оскалился как волк, готовый к броску. Маска доброжелательности мигом спала. — Проблемы сейчас у тебя. Слушай сюда…
* * *
Радиостудия «Камертон».
Чуть ранее
Леня Скрипач был человеком старым, рассудительным и очень осторожным. Он избегал неприятностей, и только благодаря своей врожденной осторожности ему удавалось выходить сухим из воды. Даже когда объявили о прорыве и о разрушении двух стен на территории института, он не переживал. Точнее переживал только за траты, которые может принести прорыв, и не более. Хотя, если он сделает все правильно, может даже подзаработать.
Подпольное производство артефактов постепенно налаживалось. Скрипач иногда выкидывал на рынок товар под видом эксклюзивного. Жалоб не было, а если кто-то и совал нос не в свое дело, то его люди всегда знали способы, кому сунуть в карман или пару раз в лицо, чтобы вопросы мигом отпали.
Единственной плохой чертой Скрипача была злопамятность. Не мог он отпустить и забыть оскорбления. И не по масти это.
А тут чертовы студентики, новички, щеглы неоперившиеся! Раскидали парней в любимом баре. А еще и накостыляли его личной охране.
Видимо придется нанимать людей половчее. Старые давно гуляют на воле. Зачем ему эти хлюпики?
Больше всего Скрипач хотел расквитаться с тем зарвавшимся ублюдком, который гнал его до самой машины. На него нашлась инфа. Сначала нужно было потянуть ниточку в жандармерии, а потом сделать невинный запрос в институт, и вот — парень как на ладони.