За каменной стеной. Испытания любви (СИ)

Я отчего-то заволновалась. Возможно, потому что за этим желанием крылось кое-что неочевидное.
— Когда мы вообще в последний раз оставались вдвоем? — наводящим тоном спросил муж.
Отведя взгляд, я поняла, что не могу вспомнить. А он многозначительно заметил:
— Вот-вот.
Миша притянул меня к себе за пояс пальто и помог его снять. Он делал все непринужденно, заботливо, но я прямо замечала, как неспокойно дышу. Меня пропитывала странная неловкость, будто я не знала, как себя вести с собственным мужем! Будто за эту неделю он успел измениться.
А нам ведь предстоял тяжелый разговор, и я не была уверена, что сегодня в состоянии его вывезти. Еще сердце вздрагивало от мысли, что мы вновь поссоримся…
— Иди, прими ванну, а я организую ужин, — велел Миша, едва коснувшись губами моего лба.
Он проводил меня до двери ванной, затем направился на кухню, доставая на ходу телефон, видимо, чтобы заказать еду из ресторана. Хорошее решение ­– я почти не готовила, с тех пор как он ушел, только для дочки. А себя буквально заставляла есть то, что находила в холодильнике.
Ванна меня сильно расслабила. Я долго пролежала в горячей воде, но, несмотря на тотальную усталость, даже не задремала. Только зевала постоянно. Все, потому что расслабилась я лишь телом, тогда как в голове занозой сидело беспокойство и тревожные мысли.
Так как я не взяла, во что переодеться, просто обернулась в полотенце. Немного осушила волосы и вышла из ванной. В коридоре уже витали ароматные запахи, от которых желудок жалобно сжался. Однако зайдя на кухню, я не торопилась идти к столу. Застыв возле дверного проема, принялась задумчиво наблюдать, как Миша выкладывает на тарелки китайскую кухню.
— Садись, тебе нужно поесть, — настоятельно велел он, коснувшись меня взглядом. Я подошла к столу и нерешительно замерла возле стула, что не ушло от мужа. — Ты чего?
Понимая, что не смогу даже поесть спокойно, я все же озвучила то, что комом застряло в груди:
— Мы должны поговорить, да?
Слегка нахмурившись, он смял в руке бумажный пакет с логотипом ресторана.
— Если ты не готова — не обязательно, — спокойно ответил.
— Боюсь, я никогда не буду готова, — со вздохом призналась я. — Слышал бы ты, как у меня сердце колотится…
Заметив в моих глазах блеснувшие слезы, Миша приблизился и заключил меня в теплые объятия.
— Успокойся. Я не собираюсь выяснять отношения и в чем-то тебя обвинять! Ни сегодня, ни завтра.
— Но мы же не без причины дошли до этого? — резонно заметила я, вскинув взгляд и хлюпнув носом.
Вытирая мои слезы, Миша не торопился отвечать.
— Я изменилась… знаю, — грустно озвучила я, уставившись на серебряный крестик мужа. — Перестала за собой следить, поправилась… стала требовательной, подозрительной, скандальной. Прямо мечта, а не жена!..
Миша неожиданно улыбнулся и покачал головой.
— Что?..
— Ты реально думаешь, что мое отношение изменилось из-за пары лишних килограмм и того, что ты стала реже краситься? — Он сказала это недоуменно и даже с возмущением. Затем наклонился прямо к моему уху и хрипло проговорил: — Послушай меня внимательно, глупышка. Ты никуда от меня не денешься, даже если станешь толстой теткой с засаленными волосами. Будь уверена — я буду трахать тебя так же сильно и желать так же неистово!
Мои щеки вспыхнули. Я тоже усмехнулась и отвела глаза.
— Врун…
— Ладно, так и быть — засаленные волосы я тебе помою. — Теперь мы уже улыбались вдвоем. Но в какой-то момент веселье на лице мужа испарилось. — А если серьезно я тоже изменился, Полина. Набрал целый букет недостатков, которые отказывался осознавать. Однако ничто не может оправдать мой уход. Я поддался эмоциям, но так как не привык менять решения, сам себя мучил, не находя повод вернуться. Больше этого не повторится. Обещаю тебе.
Обида давящая грудную клетку заворочалась, но я не дала ей разгуляться. Он признал ошибку, и мне стоило ценить это, а не тешить задетую гордость.
— А где ты жил все это время? — с любопытством спросила я, стараясь отвлечься.
 
— Жил — это громко сказано, — заметил он нехотя. — Здесь недалеко снимал номер в отеле. Оставался там только на ночь и чтобы в порядок себя привести. Такое себе удовольствие…
— Ты за нами следил? — спросила я, игриво сощурив глаза.
Почему-то вдруг пришла эта мысль в голову. А Миша вдруг серьезно ответил:
— Да.
Я аж опешила.
— Ну не то, чтобы следил, — поправился он. — Но часто здесь на парковке стоял, смотрел на окна нашей квартиры, пока в них не гас свет. Телефон в руках крутил, хотел позвонить, зайти. Но так и не зашел ни разу… Все казалось каким-то сложным.
Я закусила губу и взяла его лицо в руки, погладила пальцами мягкую бороду.
— Надо было зайти, — с досадой произнесла я. — Я была бы счастлива!.. И слова бы тебе не сказала, лишь бы ты не уходил…
— Надо было, — почти шепотом согласился муж.
Его карие глаза меня гипнотизировали. Между нами словно проскочила искра, и я вдруг вспомнила, что стою в одном полотенце. Муж тоже почувствовал это. Но отстранился и подтолкнул меня к столу.
— Давай поедим.
  
8
 
Ужин прошел в комфортной обстановке. За непринужденным разговором мы касались только позитивных тем и, я бы даже сказала, наслаждались обществом друг друга. После Миша отправил меня отдыхать в спальню, а сам остался убирать на кухне.
Через какое-то время я услышала, что в ванной зашумела вода и невольно отвлеклась от просмотра реалити-шоу на телевизоре. От мысли, что очень скоро мы будем, наконец, спать в одной кровати, сердце волнительно застучало. Закусив губу, я поднялась с кровати и торопливо направилась к большому зеркалу у тумбочки. Не хотелось смотреть на свое лицо усыпанное ссадинами, но его отражение так и приковало взгляд. Разбитая нижняя губа, синяк на скуле, широкий пластырь на рассеченном лбу, правый глаз красный из-за лопнувших капилляров. Очень сексуально, блин…
Досадно нахмурившись, я ослабила на груди полотенце, в котором все еще находилась и, бросив его в кресло, принялась себя оглядывать. В общем-то, не так уж и плохо я выглядела… Особенно если втянуть животик. Благодаря полноте у меня заметно увеличилась грудь и округлилась попа, а талия по-прежнему оставалась тонкой.
Пройдя к комоду, я достала черные ажурные трусики и черную шелковую ночнушку. Одевшись, вернулась к зеркалу, тщательно расчесала высохшие волосы и замазала тоналкой синяк на скуле. Однако мои старания выглядеть хоть немного соблазнительнее ожидаемого эффекта не принесли…
Пришлось смириться с мыслью, что сейчас я вызову у Миши только жалость, а не возбуждение.
Вернувшись в постель, я вновь уставилась в телевизор. Реалити-шоу закончилось, и начался какой-то исторический фильм, но я совсем не вникала в сюжет из-за мыслей. Однако мгновенно оживилась, когда муж зашел в спальню в одном полотенце на бедрах.
Взгляд без воли скользнул по его мускулистому, стройному телу. Тихо вздохнув, я встретилась с карими глазами и от чего-то занервничала. Миша так странно смотрел на меня… Серьезно и хмуро, будто хотел сказать какую-то плохую новость.
— Посмотрим фильм? — дружелюбно предложила я.
Однако он ничего не ответил. Неожиданно стянул с себя полотенце, бросил его прямо на пол и обнаженный направился к кровати.
Пульс загрохотал в ушах, когда Миша оказался рядом. Безумно сексуальный, мужественный, любимый… Убрав одеяло, он мягко переместил меня за бедра ниже и широко развел их.
Возбуждение мгновенно пробрало тело от макушки до пяток. Устроившись между моих ног, муж склонил голову и коснулся губами трусиков, обдав горячим дыханием нежную плоть через тонкую полоску ткани. Рвано вдохнув, я больно закусила губу — к половым губам мгновенно прилила кровь. Какое-то время Миша дразнил меня порочными поцелуями через белье, затем, наконец, сдвинул ткань в сторону и коснулся языком мокрых горячих складочек. Сначала мягко, терпеливо, затем настойчивее, царапая бархатную кожицу бородой, разводя ее пальцами, чтобы пробраться в самую глубину.