Как перестать быть миллионером

— Тихо вы, — попросил, поскольку скандал мешал сосредоточиться. Не помогло, потому с усилием добавил громкости: — Тихо, говорю! Валерия все знает.
Олеся с Яром замерли, девушка даже с подсвечником в руке, которым пыталась отбиться. И она же сообразила первой, сразу оправдываясь:
— Я Лерке ничего не говорила! Клянусь! — последнее она выкрикнула Ярославу в ответ на его рык.
— И тем не менее она знает, — повторил Мир. — Вот ты, ее лучшая подруга, сама скажи — пожалела бы она деньги, когда ее сразу в две ловушки загнали?
Олеся медленно опустила подсвечник. Ярослав нахмурился еще сильнее:
— Но откуда? Отец ей сам позвонил? Хотя… не удивлюсь, если он знает обо всем, что произошло на производстве. Потому мог нас и добить напоследок.
— А это не так уж и важно, — подбородок у Мира уже горел от натирания. — Может, и сама догадалась. Обе наших стратегии были эффективными, но мы ударили одновременно — а это со всех сторон странно. Как я и говорил, если бы мы друг другу не мешали, то деньги бы уже вернули.
— Один из нас бы вернул, — поправил Яр спокойнее и сел по другую сторону стола. — То есть условия не меняются.
— Как же? Очень даже меняются. Если она знает, то ни у одного из нас нет шансов. Сидели бы тихо, в близкий круг бы втирались, а потом спокойно бы изложили всю историю — и она могла бы поделиться. Но не теперь, когда она считает нас самыми большими на свете козлами.
— Или не знает! — с надеждой произнес Ярослав. — Просто решила не спускать деньги — ни за подругу, ни на фонд. Я бы тебя даже за пятьсот баксов выкупать не стал, так что могу ее понять.
— Я бы тебя тоже не стал, — признался Мир. — Но ставка была на то, что Лера другая. В общем-то, неважно. У нас больше нет шансов.
— Шанс есть всегда! Если объединимся!
Мир медленно поднял взгляд на старшего брата и невесело усмехнулся:
— После твоего фонда? Ты меня совсем идиотом считаешь? Нет, брат, все пропало.
— И что теперь? — едва слышно прошептал Яр. — Что со мной теперь будет?
— А мне не плевать ли? Лично я собираюсь найти работу и хотя бы выжить. Короче, освобождай помещение — обсуждать больше нечего.
Ярослав был с этим согласен, встал и пошагал к выходу.
— А мне что делать? — очнулась Олеся. — Я-то теперь… о боже, меня за пропуски с работы вышвырнут!
— Счастливое освобождение, ни один из заложников не пострадал, — Мир поднялся на ноги, чтобы руками проводить уже давно надоевшую дамочку, от которой теперь не было никакого толка. — И ты знала, чем рискуешь. Хотя ты думала, что ничем не рискуешь, верно? Ума только не хватило понять, что, играя на два фронта, ты помешаешь выиграть каждому.
— Нет-нет, Мир, подожди! Давай останемся командой! Ведь мы одного поля ягоды!
— С последним соглашусь, но вступать в команду с такими же, как я, сразу было ошибкой. Союзники должны дополнять друг друга, а не вычитать из общего результата. Шевели ногами.
— Если ты меня выгонишь, то я все расскажу Лерке! Дай хоть переодеться!
— Изволь. В том числе и рассказать Лере. Сомневаюсь, что откроешь ей что-нибудь новенькое. А если она еще не в курсе подробностей, то больше она с тобой никогда разговаривать не будет.
Растерявшаяся Олеся и сама не знала, как поступить правильнее. Исповеди-то никогда ни к чему хорошему не приводят, но исповедь на опережение — другое дело. Но если Лерка все еще не подозревает, что происходит? Как же сложно совершать злодейства без полной информации.
А Лерка-то похоже не знала, поскольку позвонила сама:
— Олесь, это ты? Твой номер снова включен!
— Я, я.
— Как ты там? Они тебя мучают?!
— Они меня отпустили. После того, как ты отказалась платить выкуп! — прозвучало с претензией.
— Ну… тут, видишь, какое дело… Целых восемь миллионов, то ли чужих, то ли моих. И я не отказалась, я взвешивала!
Олесе такой ход мыслей был близок, потому она просто выбрала пока поверить. Отказалась ехать к подруге — изобразила обиду. Если та действительно чувствует себя хоть немного виноватой, то на этом чувстве чуть позже можно сыграть. Пусть хотя бы машину подруге купит — тогда Олеся ее, может быть, простит.
А вот с Петровичами она зря рассорилась. Те — парни бессовестные и хитрые, то есть могут еще отыскать пути. И Олеся сделала два широких жеста напоследок, перезвонила обоим с одной и той же фразой:
— Кажется, Лерка ничего не знает. Просто деньги зажмотила! Не благодари. Хотя если решишь поблагодарить — я к твоим услугам.
— Понял, спасибо за информацию, — ответ обоих совпал дословно.
Ярослав в такой исход не поверил — уж сильно образ Валерии отличался от подобного решения. А если она знает, тогда ему придется перевернуть о себе впечатление. Она поймет, что он совсем не врал! Благотворительность так благотворительность — Ярослав был готов голодать, лишь бы ни у кого не осталось сомнений в его филантропии. И чеки надо обязательно собирать, как доказательство реальных платежей!
Мирослав тоже не поверил. Он успел в Валерии покопаться достаточно, чтобы представлять ход ее мыслей. Теперь даже настоящую лапочку со страстью к учебе и поиску своего пути разыгрывать бессмысленно.
Но именно с него Валерия и начала. Когда раздался звонок от нее, Мир взял сотовый с таким ужасом, будто устройство могло взорваться в его руках.
— Здравствуй, Лерочка, — он говорил предельно вкрадчиво. — Начну с того, что это была не моя идея. Меня заставили.
— Какая идея? Что заставили? — не поняла она, но сразу перешла к своей теме: — Ты работу не нашел? Слушай, я узнала о великолепной вакансии. У нас дворник уволился — мало платят, говорит. Но ведь эта работа прямо для тебя, и диплома не спросят. Зарплата, конечно, невысокая, зато утром метлой отмахал и весь день можешь тратить на учебу!
У Мирослава от удивления все лицо вниз поползло.
— Но я никогда не работал руками… только ластиком.
— Почему бы не испытать себя в новом деле? — подбадривала она. — Тебе работа нужна, или ты все еще считаешь себя сыном Махалина, за которого все проблемы как-нибудь уладят?
Что она делает? На вшивость его проверяет? Но работа-то рядом с ее домом, то есть от себя не отдаляет. Что бы это могло значить? А может, Валерия все-таки разглядела в нем что-то приятное и хочет убедиться, что не ошиблась? Так или иначе, но лапочку все еще можно изобразить!
— Лера, это же потрясающая новость! — заголосил Мирослав. — Спасибо огромное! Куда мне подъехать, чтобы оформиться?
— Я рада, что ты рад. Но будь уверен — это очень ответственная должность. За первое же опоздание или неисполнительность уволят! Не подведи меня, Мир, я за тебя поручусь.