Как перестать быть миллионером
К концу занятия она уже легче посматривала на слушателей и начала оценивать их примерно так же, как они оценивали ее. Все выглядели доброжелательно — особенно солидный мужчина в среднем ряду, у которого, наверное, дети старше самой Валерии. Все идет прекрасно, раз даже он подбадривает улыбкой, а остальным вроде как и дела большого нет, лишь бы успевать записывать. Затормозился взгляд на другом подбадривающем лице, и Валерия запоздало отметила, что именно эта персона вызывала в ней больше всего волнения.
За первым столом сидел молодой парень, от силы на год-другой старше самой Валерии. И нагло ничего не записывал! Просто сидел и радостно пялился на нее во время всего занятия. Слишком лощеный, самоуверенный какой-то — темноволосый и симпатичный, хотя раздражающе расслабленный. У Валерии с каждой минутой крепло убеждение, что именно этот холеный перец явился сюда не учиться, а только жрать ее глазами.
Она не сильно ошиблась — сразу после окончания лекции, когда остальные расходились и спешили по домам в столь позднее время, молодой человек с первой парты поспешил за ней на кафедру.
— Валерия Андреевна! — позвал он. — Можно вас на минуточку?
Лера вернула маску серьезности на лицо, только после этого посмотрела на него:
— Конечно. У вас появились какие-то вопросы?
— Море вопросов! — обнадежил заочник. — Мягко говоря, я вообще ничего из материала не понял. Но со мной такое случается, не в первый раз пытаюсь выучиться в институте. Помогите! Вы выглядите доброй.
Валерия расслабилась и сразу ощутила себя именно доброй:
— Рано паниковать, — успокаивала она. — Впереди еще четыре лекции, а после мы закрепим все знания на практических занятиях. Предмет только на первый взгляд кажется сложным, но…
Парень беспардонно перебил:
— Мне нужны индивидуальные консультации!
— О, конечно, — Валерия старалась не хмуриться и тыкала указательным пальцем себе за спину, где на стене висел график консультаций. Этот жест чем-то неуловимым напоминал тот, что в ее в биографии случился буквально сегодня, однако она всеми силами души не проводила никаких ассоциаций. — Приходите в среду!
— С удовольствием, — студент как-то хищно ощерился. — Или вы приходите в среду. В ресторан. Под шардоне консультируется лучше — я проверял.
Валерия так старательно примеряла на себя деловитый преподавательский образ, что не сразу смогла от него избавиться и распознать банальный флирт. Она вообще в таких делах не отличалась сообразительностью:
— Консультации проводятся на кафедре или в соседней аудитории, время указано на этом стенде. Вы уже получили методичку? Там приведен список учебных пособий…
И он снова не дал ей договорить:
— Не получил! — зачем-то вскрикнул довольно громко. — Что это за учеба, если меня методичкой не снабдили?
— Как же так? — Валерия почувствовала стыд и за весь институт, и за их лаборанта в частности. — Давайте я прямо сейчас выпишу. Подождите, открою кабинет!
Но стоило ей повернуться к двери, как странный студент преодолел расстояние между ними и почти впечатался ей в спину, а заговорил с неуместным придыханием:
— Подождет до завтра. Ведь мы и завтра увидимся, Валерия Андреевна?
— Разумеется! У нас же лекции!
Валерия, фактически зажатая между дверью и посторонним человеком, наконец-то осознала, что к ней дешево и нагло подкатывают. При таких непрозрачных намеках даже у нее сомнений не осталось. Потому вывернулась в сторону, сощурила глаза и приложила все усилия, чтобы студент от стыда под пол провалился сразу на первый этаж здания:
— Как ваша фамилия, учащийся?
— А вам зачем? — тот проваливаться никуда не собирался. Наоборот, улыбался все шире. — И обычно спрашивают имя. Мирослав, если так интересно. А для блондинок — просто Мир. А для блондинок с такой тонкой талией — можно просто «мр-р».
— Я спросила фамилию!
Его демонстративная расслабленность уже во время лекции напрягала, а теперь выводила из себя — он даже интонации делал все мягче:
— Любопытство — ваш профессиональный навык? Обожаю девушек с исследовательским интересом. Я сам в некотором роде исследователь.
— Нет! В смысле, да, но не в этом случае! Проверю, почему вам не выдали методичку. Консультации — в среду в семнадцать часов. Надеюсь, на этом все. До свидания, как-вас-там!
— Мир — мое имя, а мир между противоположными полами — мой слоган, — подсказал он, ни капли не тушуясь от ее немного натужной интонации. — И я вполне готов подвезти вас до дома — только моргните. Исключительно в миротворческих целях.
— Не собираюсь я моргать! Фамилию скажите! — Валерия тут же выпучила глаза, чтобы не моргнуть рефлекторно.
Парень же от непонятного удовольствия закусил на секунду губу, а светло-карие глаза заискрились радостью неизвестной природы:
— Я бы уже сказал, но вы выглядите так, будто собираетесь меня до смерти забить методичкой.
— Что вы! — Лера перешла на полную язвительность, забыв о выражении лица. — Мытье полов от крови не входит в мои обязанности. Но вдруг придется писать заявление о домогательствах?
Тот изобразил удивление и резко отступил:
— Каких домогательствах? Я еще даже не начинал. А когда начинаю — обычно самому приходится отбиваться от домогательств. Но вы меня совершенно неверно поняли. Дело в том, что я работаю стажером в крупной строительной организации, и мне очень важно получить реальные знания и по вашему предмету, и по всем остальным. Я слишком серьезно отношусь к этой задаче. А вы о чем подумали?
Лера немного растерялась, сразу начав думать о чем-нибудь другом, но решила, что сейчас может закончить твердо:
— До свидания. Постарайтесь завтра записывать лекцию — это, безусловно, поможет обучению!
— До свидания, Валерия Андреевна, весьма приятно было с вами познакомиться. Если так пойдет дальше, я полюблю учиться.
Он не стал дожидаться ее ответа, развернулся и ушел. Валерия несколько секунд смотрела ему в спину, затем опомнилась, стряхнула с плеч раздражение и поспешила в кабинет. Неизвестно зачем все-таки вынула список академической группы — уж точно не для того, чтобы догонять нахала и выдавать ему методичку. Просто имя у него редкое, необычное. Такого имени хватит для того, чтобы удостовериться, что студент действительно числится в этом потоке.
И через минуту палец замер на одной из строчек.
Махалин Мирослав Петрович.
Знакомая фамилия, но довольно распространенная. Вот даже у учредителя строительного концерна такая же… И зовут того вроде бы Петром, хотя Валерия в последнем не была уверена. Интересно, не родственник ли случайно? Да будь Мирослав хоть сыном высокопоставленного человека, есть правила приличия, обязательные к соблюдению. А работа-то ее, оказывается, не только почетная, но и довольно азартная, если не сказать, что опасная. Мало ли какие люди попадутся в пустынных коридорах вечернего здания. Хотя этот произвел впечатление обычного легкомысленного лоботряса, у которого вместо мозгов только феромоны, щедро источаемые в окружающее пространство.