Девять месяцев по контракту
Багримов сказал, что, если ребёнок проснется, я буду вынуждена приехать к нему даже среди ночи. Поэтому мне нельзя расслабляться и нужно держать телефон при себе. Вдруг от него поступит телефонный звонок этой ночью?
— Тот ребёнок, которого я нянчу, нуждается в моем постоянном присутствии, — поясняю маме, не вникая в детали. — Естественно, Лизу я не оставлю здесь. Возьму с собой.
Тимур Багримов не умеет просить. Обычно он ловко манипулирует мной с помощью денег. Знает мои слабые стороны и умеет правильно подать свои предложения. При условии выполнения одного из двух вариантов мне достанется двухкомнатная квартира. Почти задаром, учитывая то, что некая сумма у меня имеется, а всё остальное заплатит Багримов со своего кармана.
Я видела квартиру на фото, и это именно то, о чем я мечтала. Светлая, просторная, находится не у чёрта на куличках, и до меня в ней никто не жил раньше. Тимур виртуозно купил меня. Вернее, почти не оставил вариантов к отступлению. Разве только пренебречь Артюшей, гордо отказаться и уйти, а я не могу этого сделать.
— А я? — на лице мамы мелькает тень грусти. — Ты оставишь меня?
— Мам, рано или поздно мы всё равно переехали бы в своё жилье.
Опускаюсь на мягкий угловой диван на кухне и прижимаю пальцы к вискам. Голова раскалывается от обилия информации и давящей дождливой погоды. А ещё я действительно сегодня устала и хочу спать.
— Я не думала, что ваш переезд с Лизой случится так скоро…
Мама шмыгает носом и внезапно мне становится её жалко. Всю свою жизнь она положила на то, чтобы вырастить и воспитать меня. Где-то я не оправдала её ожиданий, где-то подвела, но это не значит, что она перестала меня за это любить. Она по-прежнему мной жила. Мной и Лизой. И теперь, когда пришло время разъезжаться по разным углам, она оказалась к этому не готова. Несчастная женщина, которая боится жить одна.
— Вы сможете поехать с Лизой на дачу на следующей неделе, — уступаю маме. — Только не грусти, прошу.
— Ты разрешаешь? — в бездонных глазах мамы собираются слёзы.
— Конечно, мам, — улыбаюсь сквозь сильную надоедливую пульсацию в висках. — Лиза любит тебя, да и на даче ей нравится. Почему бы и нет?
— А Димка…? Я думала, что ты переедешь к нему. Станешь жить по соседству…
— С Димкой мы идём в кино на следующей неделе, — перехватываю её морщинистую руку и слегка сжимаю. — Не могу обещать, что у нас получатся отношения, кроме дружеских, но насчёт того, что я перееду к нему, ты погорячилась, мам.
Мы ещё немного сидим на кухне. Мама задает волнующие её вопросы, и мне приходится отвечать. Я обещаю, что мы будем звонить ей несколько раз ко дню, а ещё приезжать. Но пока по-другому не получится, потому что мой начальник — занятой человек, и мне как няне нужно заботиться о его малыше. После разговора мама немного успокаивается, а я поднимаюсь с места и иду в комнату, которую мы делим напополам с Лизой.
Утро встречает меня проливным дождем. Следом за мной просыпается дочка, и мне приходится наспех подготовить свою речь, во время которой я мягко и почти безболезненно сообщаю ей о переезде.
Мне не хочется, чтобы она испугалась. Не хочется, чтобы она волновалась и плакала, поэтому я говорю радостным тоном и подаю ей неожиданную новость как приключение и своего рода авантюру. Я объясняю, что мы едем к Тимуру и его сыну, чтобы погостить. Это будет недолго, надеюсь, что максимум несколько недель, после чего мы переедем в собственную новенькую квартиру.
Лиза внимательно слушает меня. Соглашается погостить, но особенно из всех перечисленных плюсов ей нравится то, что она будет нянчить Артюшу. Станет моей незаменимой помощницей в этих делах.
Я пакую необходимые вещи в дорожную сумку и вместе с дочерью спускаюсь вниз к водителю, который уже ждёт нас. Всю поездку до дома мы разговариваем о будущем. Я в красках рисую все прелести жизни в доме Тимура. Говорю, что там красиво и необычно, не так как в нашем доме и нашей квартире.
Это настолько увлекает Лизу, что мы и опомниться не успеваем, как приезжаем к элитной многоэтажке Багримова. Дочка проходит в подъезд, раскрыв рот от удивления. Просторный стеклянный лифт, вымытый пол и никакой грязи. Помню, меня саму это удивило впервые.
Дверь нам открывает Тимур. Сердце клокочет в груди, когда он приседает на корточки и протягивает Лизе свою ладонь в знак приветствия. Я никогда раньше не видела его таким… дружелюбным и мягким. И мне приятно, что Лизе он уделяет своё драгоценное время.
Возможно, когда-нибудь я отважусь и всё скажу ему… Возможно, но это не точно.
— У Людмилы сегодня выходной.
Багримов забирает у меня дорожную сумку. Во время передачи наши пальцы соприкасаются, но я спешу освободиться от этого, потому что боюсь. Его касания действуют на меня необычно. Не так, как другие мужчины делали это до него. И боюсь… чёртовски боюсь опять в него влюбиться.
— Но в холодильнике много свежей еды и продуктов, — продолжает Тимур. — Не стесняйтесь.
К тому времени Лиза скидывает с себя кроссовки первой, и не успеваю я очнуться, как она проходит в гостиную.
— Лиза, ничего там не трогай, — прошу её, сбрасывая с себя пиджак и снимая обувь.
— Я сам ей всё покажу, — бросает Тимур, взглянув на меня своими дьявольскими глазами.
После короткой экскурсии он поглядывает на часы. Сообщает, что постарается приехать пораньше, но не обещает этого. У него много работы, и от сегодняшнего дня зависит его график на будущую неделю.
— Если хотите… я могу приготовить ужин, — произношу, когда Тимур находится почти на пороге.
— Был бы очень признателен, — кивает он и берет с тумбы телефон и ключи от автомобиля. — И ещё — может всё-таки перейдем на ты, Яна?
— Хорошо, я постараюсь, Тимур.
Глава 33.Тимур
— Честно говоря, я не понимаю, почему ты всполошился, — произносит Антон сидя у меня в кабинете.
Так получилось, что друг проезжал мимо и заехал ко мне по делам. Их мы давно обсудили и плавно перешли к личному.
— Ты просто не видел её, — упрямо мотаю головой. — Девочка совсем не похожа на Яну. Она чёрненькая и кареглазая, а Яна — блондинка с голубыми глазами.
— Яну я как раз-таки видел. Ничего такая, — усмехается Антон. — Вот только не пойму, что не так с её дочкой? Чёрненьких с карими глазами пол-Москвы ходит. Мне кажется, с момента нашего последнего разговора ты слишком загрузился, Тимур. Наверное, в этом виноват я.
— Возможно, ты прав.
— Да точно тебе говорю! Мало ли с кем она после тебя кувыркалась? Представь её состояние после того, как ты отшил её, — хохочет Антон. — Пошла по рукам хорошая девочка Яна.
— Слушай, заткнись, а? И не провоцируй меня, потому что кулаки давно чешутся, чтобы тебе вмазать.