Девять месяцев по контракту

За время нашей поездки я устремляю взгляд в телефон. Делаю, что угодно, лишь бы не смотреть на Тимура. Тешу себя только тем, что это, возможно, первая и последняя наша встреча. Больше он не станет меня подвозить, и дальше функции водителя будет выполнять Лена. С ней мне было куда проще находить общие темы.
— Я не слишком сильно включил кондиционер? — звучит голос Багримова.
Мне приходится оторваться от телефона. Приходится посмотреть в зеркало заднего вида и встретиться со его взглядом чёрных глаз. Вспышки той самой ночи так чётко проносятся в моей голове, будто это было вчера. Он и я в номере отеля «Палаццо» занимаемся любовью на шелковых простынях. Чертовщина какая-то!
— Что? — несколько раз подряд моргаю.
— Кондиционер не слишком сильно включен? Я могу сбавить, если холодно, — повторяет Тимур.
Я не чувствую, что в салоне холодно. Меня бросает в жар, а ладони становятся влажными.
— Нет, все нормально, — отвечаю сдавленным голосом.
Прокашливаюсь, вновь устремляю взгляд в телефон в надежде на то, что он больше не заговорит со мной. Больше всего на свете я боюсь услышать от него: «Мы нигде не встречались с вами раньше?». К счастью, мы не говорим. Спустя несколько минут автомобиль останавливается на парковке возле частной клиники, где мне делали ЭКО.
Это был отчаянный и рисковый поступок, несмотря на то, что я долго думала и многое взвешивала, прежде чем решиться на этот шаг. Сложнее всего было преподнести новость своему собственному ребёнку и маме, которая давно устала получать от меня неожиданные известия. Но тот факт, что мы с Лизой съедем, когда получим гонорар за суррогатное материнство, все же прибавил ей сил не дал окончательно поседеть.
Тимур останавливает автомобиль и помогает мне выбраться. Даже не знаю, что сейчас обиднее всего — то, что он не вспомнил меня или то, что в то время, когда он пытается родить со своей женой малыша, у него уже растёт шестилетний ребёнок.
— Не нравится мне размер желудка, — кривит губы врач.
Варвара Степановна ведёт мою беременность с первой недели. Она знакомая моих родителей, и именно по её совету я встала на тропу суррогатного материнства. Однажды мы встретились, разговорились, и она подкинула мне вариант того, как одним выстрелом можно убить двух зайцев — сделать отчаявшихся людей счастливыми и заработать при этом много денег.
Она водит датчиком по животу и хмурится. Это не впервые, когда данные показатели вызывают сомнения, поэтому я начинаю волноваться. Ребёнок, словно учуяв, что речь идёт о нем, начинает копошиться в моем животе.
— Приди-ка ко мне через две недели, ладно?
Я киваю в ответ и беру протянутую салфетку, вытирая липкий гель.
Мы одновременно возвращаемся в кабинет, где сидит Тимур. Обычно Лена всегда присутствовала на каждом УЗИ и сдаче крови, но радует, что Багримов не стал смотреть на мой обнаженный живот.
— Я уже сказала Яне, — Варвара Степановна обращается к нему, — нужно появиться через две недели для контроля.
— Что-то не так? — хмурится Тимур.
Я отвожу от него взгляд и внимательно слушаю доктора.
— Давайте, я отвечу на этот вопрос через две недели. Думаю, что играет роль расположение плода. Яна, важно, чтобы УЗИ проводилось на голодный желудок.
— Хорошо, Варвара Степановна. Я поняла.
Мы выходим из клиники на улицу и направляемся к автомобилю. На улице тепло, месяц май. Моё любимое время года.
— Оставьте мне свой номер телефона, — слышу над своим виском, когда Тимур открывает для меня дверцу автомобиля.
По коже пробегает легкий холодок, и я спешу забраться в салон.
— Да, оставлю.
— Теперь всем, что касается ребёнка, буду заниматься я, — произносит Багримов, продолжая стоять у распахнутой дверцы. — Мы с женой разводимся.
 
Глава 3.
* * *
— Ты вынашиваешь ребенка тому гаду, который бросил тебя, беременную, семь лет назад?!
Подруга спрашивает об этом так громко, что люди вокруг нас, мирно гуляющие по парку, тут же поворачиваются в нашу сторону.
— Он не знал о моей беременности, а я не знала о том, что заказчиком будет тот самый Тимур, — отвечаю подруге. — Это не считается.
— Так скажи ему! Он мечтает о наследнике, а у него готовый ребенок шесть лет как живёт!
Лиза катается на самокате поблизости, останавливается посреди аллеи и посылает мне свою обворожительную улыбку, которая один в один напоминает улыбку Багримова тех времен, когда мы встретились впервые. За эти семь лет не было ни дня, чтобы я о нем не вспоминала. Правда, не всегда хорошим словом.
— Нет, Ди. Это была случайная связь, он и не вспомнил меня. К тому же, ему нужен наследник, а я родила дочь.
Последний наш разговор с Тимуром и вовсе выбил меня из колеи. Я никак не ожидала того, что они с женой разведутся. О причинах, конечно же, не спрашивала, потому что мы посторонние друг другу люди, но всерьез озадачилась этой проблемой. Лена показалась мне серьезной и переживающей, иногда даже чересчур. Неужели она так просто оставит попытки воспитывать ребёнка и передаст его отцу? Может быть, он угрожал ей? Я не знаю Тимура, но успела немного узнать Лену, и чисто по-женски мне становится её жалко.
— Ну и дура ты, Янка! Он же богат? — продолжает о своём Дина.
— Ну… богат, наверное, — отвечаю уклончиво.
— Потребовала бы у него денег за то, что все это время самостоятельно воспитывала дочь, — произносит подруга. — Материальная, так сказать, компенсация за годы одиночества.
— Я не одинока, Ди. К тому же, он не заставлял меня рожать — я сама так решила.
— Не одинока, но мужика у тебя так и не было, — подкалывает подруга.
— Мне не нужен никто, — мотаю головой и тут же выкрикиваю дочери: — Лиза, осторожнее!
— Нормальной женщине априори нужен мужчина, — не отступает Дина.
— Значит, я ненормальная.
Я правда пыталась строить отношения с мужчинами, но дальше первого свидания в кино или ресторане у меня не заходило. Не ёкало, а так хотелось…
— Я этого не говорила! Янка… Ну Ян, не обижайся, а?
Подруга берет меня под руку и обещает, что перестанет так сильно на меня напирать.
Я не знала, что когда-нибудь мы с Тимуром встретимся ещё. Предполагала, конечно, хотя в городе-миллионнике это практически нереально, но не думала, что наша встреча будет такой… абсурдной и странной. Теперь нам придется пересекаться до самых родов, а это ещё как минимум пять недель!
— У него жена-то нормальная? — спрашивает Динка ласковым голосом. — Может, она не была бы против того, чтобы отец общался с дочерью.
— Они разводятся, — вздыхаю. — Тимур и Лена.