Охота аристократов, на клонов и не только

– Благодарю от всего сердца, – прикладываю правую ладонь к левой половине груди, ничуть не лукавлю.
– На будущее, если решите зайти ещё раз. Вот так, – он показывает две манипуляции на вмонтированном в столешницу планшете, – вы можете через наши камеры присутствовать на кухне. Традиционная шаурма готовится на виду у заказчика, но мы не можем, политика заведения, готовить в зале с соблюдением наших стандартов. Потому кухня хотя и изолирована, но доступ для вас всегда в наличии.
– А это что?
– Зум. Увеличиваете картинку, чтобы видеть, с какой части туши идёт нарезка. Хотите менее или более прожаренное – нажимаете нужное место пальцем.
– Попробую? – мне готовят и вторую порцию, с курицей и индейкой плюс грибы вместо овощей.
– Конечно.
Тычу пальцем, куда сказано. На планшете повар послушно разворачивает вертел нужной стороной к себе и отрезает тот кусок, на который я указал.
Блаженно закатив глаза и наклонив голову, расплываюсь в улыбке и складываю ладони перед собой на манер буддийского монаха:
– Спасибо огромное. Поражён до глубины души.
– Заходите ещё, – нейтрально улыбается парень. – Что-то дополнительно хотите?
– Да, обязательно. Чайник горячего чёрного чая, дарджиллинг, двойной крепости. Тростниковый сахар отдельно и, если возможно, цилиндрическая керамическая чашка.
– Без проблем.
– Только именно горячий, это важно!
– Не переживайте, – ещё одна улыбка. – Внизу чайника вмонтирован подогрев.
– Даже не знаю, что и сказать, – касаюсь ладонью сердца повторно.
*****
– Светлана, здравствуйте ещё раз. Прошу прощения за беспокойство, вам сейчас удобно говорить?
– Да, вполне. – Фролова кивнула, открывая дверь на первом этаже и выходя из здания.
– Если мне не изменяет интуиция, вы только что покончили на сегодня с работой? – Барласов что-то весело жевал и так же улыбался.
– Да. Вы по делу?
– Мхм. Во-первых, пришло уведомление, что нападение на меня сменило подведомственность: следствие отдали в другую организацию? Или как там это называется?
– Да.
– Во-вторых, раз мы теперь не связаны процессуально, я могу пригласить вас на завтрак? Попал в непонятную ситуацию, был бы благодарен за ваш экспертный совет со стороны.
– Ничего уголовного? – равнодушно поинтересовалась Фролова на автомате, останавливаясь.
Если он сейчас там, где она думает, туда лучше вообще пойти пешком – будет быстрее. В этом случае машина не нужна, на парковку можно не спускаться.
А ведь молодец, пацан сказал – пацан сделал. Видимо, за утренним подкатом действительно стоял расчёт бизнесмена, а не дежурный трёп второсортного. Хочет продолжить тот разговор.
– Боже упаси! – энергично открестился Барласов. – Исключено в рамках гражданского кодекса. Упс.
На вилке в его правой руке было что-то наколото. Кусок этой фигни отломился и улетел на соседний стол.
– Тысяча извинений! – он на мгновение повернулся к ней боком.
– Вы где? В Аль Гани на Рубежной Площади? – пока он извинялся перед тройкой чистокровных лет сорока, она разглядела все нужные ориентиры на заднем плане.
– Да, специально подъехал поближе к вашей работе. Подумал, если согласитесь – чтобы место было с вами рядом. Вы же с суток, хотите есть?
– Сейчас буду. Закажите мне сет номер тринадцать, имбирный кофе с кардамоном и апельсиновый органик.
– Конечно, – он покладисто кивнул и тут же углубился в электронное меню. – Я на тре…
– Я вижу. Третий ярус, сектор А. За столом вас найду, десять минут. – Фролова разорвала соединение.
А ведь не экономит, подумала она, разворачиваясь за угол, чтобы перейти через Рубежную. Мог бы позвать и куда попроще, а так за поесть со мной отдаст трехдневную зарплату хорошего опера. Занятно.
_______
Барласов возбуждённо трескал третью по счёту порцию, если судить по пустым тарелкам: места в Аль Гани хватает, на квадратуре столов не экономят. Все грязные тарелки складываются на углу, когда приходит время рассчитываться – официант по цвету и количеству посуды считает виды шаурмы и вручную выводит сумму.
 
Затем идёт бумажный чек, выписываемый тоже по старинке вручную. Обязательный ритуал, чёрт его дери – бренд-код заведения. Но вкусно, статусно и дорого, не поспоришь.
– Это всё ваше! – хозяин Вавилона кивнул на пирамиду из еды на противоположном от себя краю стола.
– Не съем столько, – задумчиво покачала головой она.
Он ещё и фрукты с десертом добавил, уже от себя. Не то чтобы Фролова планировала экономить на себе его деньги ради него, но сама бы такого точно не попросила.
– В еде стефнения неф! – он осторожно вернул вилку в тарелку и принялся жестикулировать только после этого. – Не съедим – чёрт с ним. Но я уверен, вам понравится!
Барласов здесь находился явно впервые и впечатлился по полной.
– Что понравится, я не сомневаюсь, – заметила Светлана, опрокидывая в себя полную чашку чая и принимаясь за еду. – За сутки слегка запыхалась, сорри. Итак, я вас слушаю.
 
Глава 9
 
– Моя бывшая жена, как выяснилось только что, заблокировала мне счета через арбитраж.
– Вы успели развестись? – ровно уточнила Светлана, принимаясь из мелочей составлять картину. – Утром были женаты, я видела ваш файл.
– Брак второй категории, партнёрство, – пояснил Барласов. – Расторгается в том числе в одностороннем порядке, мне пришло сообщение. – Он последовательно подвесил над столом две голограммы уведомлений. – Я намерен соблюсти нашу договорённость, вызвонил вас подтвердить специально. Личная встреча – чтобы обговорить деликатные нюансы.
– Как собираетесь передавать деньги, если вам даже банк недоступен? Вернее, где для начала собираетесь их взять?
Интересно, как он здесь счёт оплачивать будет.
– У меня есть запас наличных. На оговоренную вами сумму точно хватит, а со временем разблокирую счета.
Светлана лишь молча покачала головой.
– Вы чистокровная, я второсортный. – Барласов спокойно смотрел ей в переносицу, хотя она, не поднимая взгляда, занималась содержимым тарелки. – Мой вопрос, по которому хотел поговорить, но сперва преамбула. Прошу отреагировать спокойно.
– Валяйте.
– Там, где мне приходилось жить раньше, сотрудники полиции оказывают услугу. Она негласная, нигде не фиксируется, но абсолютно чистая с точки зрения закона. Так называемая легальная дырка.
– Внимательно слушаю.
– Если хороший опер собирается на пенсию, своё выслужил, а выше ему ходу нет по разным причинам, задницу на службе он больше не рвёт.
Она уже поняла, что последует дальше. Частный случай, с которым имел дело лично он – потому что сама система выглядит намного шире. Просто Барласов не в курсе деталей с противоположной стороны по понятным причинам.
– Допустим, бизнесу или частному лицу нужно доставить что-нибудь недешевое из пункта А в пункт Б, – продолжил собеседник, старательно не отводя взгляда. – Это абсолютно легальный груз, просто по субъективным причинам частным службам безопасности доверять не хочется. Полицейский со служебным оружием его сопровождает, чтобы исключить любые элементы случайности по дороге. Иногда пара полицейских.
– Деньги возили?
Ну а чё, он только что сам откровенно выдал, что половину оборота ведёт наличными. Филиалы у Вавилона есть, причём в очень своеобразных местах на югах. Услуга действительно существует, родом возможно что пошла именно оттуда.
– И деньги тоже возил, – не стал спорить второсортный, вздохнув. – Знаете, даже дорогое оборудование бывает опасно тащить: пропадёт по дороге – потом будешь выкупать своё же у "неустановленных лиц", как пятьсот лет назад, до половины инвойсной стоимости! Или ждать ещё квартал, пока изготовят новое, а платить по второму кругу. Если вы не возражаете, без подробностей, – запоздало спохватился он.