Черные холмы

В вопросах переписки он вообще был более безответственным, чем Лил. Особенно с тех пор, как стал встречаться с той девицей… Они познакомились в университете.
Си-Си. Лилиан мысленно фыркнула. Глупое имя. Она знала, что Купер спит с этой куклой. Сам он ничего такого не говорил, но Лил ведь не дурочка – прекрасно понимает, что к чему. Как и в случае с той барышней, с которой он встречался в старших классах. Как же ее-то звали?
Зои.
И где только он находит девушек со столь дурацкими именами?
Такое чувство, что парни вообще ни о чем не способны думать, кроме секса. Впрочем, мысленно признала Лил, она и сама в последнее время частенько об этом размышляла.
Может быть, потому, что у нее такого опыта пока не было…
Просто молодые люди ее не интересовали – по крайней мере, те, с которыми Лил была знакома. Не исключено, что осенью, в университете…
Не то чтобы она собиралась до конца жизни оставаться девственницей – совсем нет. Но какой смысл лезть к парню в постель, если ты в него даже не влюблена? Получается, это уже не любовь, а физкультура.
Ей хотелось большего.
Досадливо отмахнувшись от этих мыслей, Лил убрала фотоаппарат и достала из сумки флягу с водой. Пожалуй, в университете ей тоже будет не до секса – слишком многое нужно узнать и освоить. Ну а пока у нее и вовсе иные приоритеты. Впереди целое лето. Необходимо как можно лучше изучить места обитания животных, привести в порядок бумаги, продумать свои планы на будущее. А главное – уговорить отца выделить ей несколько акров земли. Со временем Лилиан надеялась организовать на ней зоопарк для диких зверей.
Когда-нибудь это обязательно произойдет, а пока ей предстояло многому научиться. Для этого необходимо будет на время оставить все то, чем Лил дорожила больше всего.
Еще она надеялась до отъезда в университет повидаться с Купером. Он, как и пума, не забывал эти места. Приезжал Салливан не каждое лето, но довольно часто. Сначала были две недели через год после первого лета, затем сразу июнь, июль и август, когда разводились его родители. Потом пара недель тут, месяц там…
Они всегда начинали с того, на чем расстались, даже если потом Купер без устали болтал о девчонках, с которыми встречался в Нью-Йорке. Однако с тех пор, как они виделись в последний раз, прошло уже два года. Так что неплохо бы ему было приехать этим летом.
Лил со вздохом убрала флягу с водой.
Тут все это и произошло.
Лилиан почувствовала, как кобыла под ней внезапно задрожала. Девушка туже натянула поводья, и в эту минуту из высокой травы взметнулась пума. Один стремительный прыжок – и теленок с цветами на голове упал на землю замертво. Маленькое стадо разбежалось, мать жалобно замычала. Пытаясь удержать на месте лошадь, Лил увидела, как на пуму бросился бык.
Кошка пронзительно закричала и привстала, защищая свою добычу. Вцепившись одной рукой в поводья, Лилиан изо всех сил сжала ногами бока лошади, а другой потянула из сумки фотоаппарат.
Мелькнула лапа с выпущенными когтями. Лилиан даже на расстоянии почувствовала запах крови. Кобыла в ужасе закрутилась на месте.
– Стой! Ни с места! Мы ей не нужны. Она уже получила то, что хотела…
Из раны на боку бизона сочилась кровь. Застучали копыта, и стадо понеслось прочь. Через минуту все стихло, и на поле осталась только пума со своим завтраком.
Звук, который она издала, был похож не то на тихое урчание, не то на громкое мурлыканье. Кошка пристально посмотрела на Лил. Рука у девушки дрожала, но она так и не решилась отпустить поводья, чтобы поудобнее взять фотоаппарат. Направив камеру на пуму, Лилиан сделала два снимка без фокуса, затем сфотографировала теленка и окровавленную, помятую траву.
Угрожающе зашипев, пума схватила добычу и потащила ее в заросли кустарника.
– Ей ведь нужно кормить своих детенышей, – пробормотала Лил срывающимся от волнения голосом. – Черт возьми! – Она с трудом вытащила диктофон. – Спокойно. Соберись и диктуй. Итак. Видела самку пумы, в длину метра два. Весит… килограммов сорок, не меньше. Окрас типичный. Убила детеныша бизона. Он и шесть его сородичей паслись на лугу. Пума защищала добычу от быка, затем утащила ее в лес, скорее всего своим котятам. Наверняка они еще слишком маленькие, чтобы ходить с матерью на охоту. Инцидент произошел двенадцатого июня. Зафиксирован в семь двадцать пять утра. Ф-фу…
 
Ей очень хотелось проследить за пумой, но возобладало благоразумие. Лилиан понимала: если у самки есть детеныши, она, чтобы защитить свое потомство, вполне может броситься и на лошадь с всадником.
– Не стоит рисковать, – пробормотала она. – Поеду-ка я лучше домой.
Лил действительно поспешила в путь – она хотела как можно скорее рассказать обо всем увиденном, но до отца и его помощника Джея девушка доехала только в полдень. Те чинили изгородь на обширном пастбище.
Проехав сквозь расступившееся стадо, Лил остановила лошадь у старенького джипа.
– Вот и моя девочка, – Джо похлопал ее по ноге. – Вернулась наконец из своей глуши?
– Вернулась. Жива и здорова, как и обещала. Привет, Джей.
Джей, никогда не тративший слова попусту, молча коснулся края шляпы.
– Вам помочь? – спросила Лил отца.
– Нет, сами справимся. Это тут лось походил.
– Я за три дня на них насмотрелась. Еще видела бизонов. Пума убила у них теленка.
– Пума?
Лил снова взглянула на Джея. Выражение его лица было девушке хорошо знакомо. Само слово «пума» ассоциировалось у него с чем-то очень опасным.
– В нескольких часах езды отсюда. Добычи самке и ее детенышам вполне хватит. Вряд ли она станет устраивать охоту на наших коров.
– Ты-то в порядке?
– Она на меня и внимания не обратила, – улыбнулась отцу Лилиан. – Не забывай, пумы знают, кто является их жертвой. Человек в эту категорию не входит.
– Голодная кошка сожрет любого, – мрачно пробурчал Джей. – Гнусные твари.
– Думаю, бык из того стада с тобой бы согласился, но я не видела ни одного следа поблизости от нашего пастбища. Ни единого указания на то, что пума расширила границы своей территории.
Джей лишь дернул плечом и снова взялся за изгородь. Лил повернулась к отцу:
– Если я вам не нужна, поеду домой. Хочу принять душ и выпить чего-нибудь холодненького.
– Скажи маме, что мы задержимся здесь еще на пару часов.
На ферме Лилиан сначала накормила и почистила лошадь. Затем, выпив два стакана холодного чая, она присоединилась к матери, которая трудилась на огороде. Лил забрала у Дженны мотыгу и взялась за дело сама.
– Знаю, что повторяю одно и то же, но это было потрясающе. Видела бы ты, как она двигалась! Я и раньше знала, что пумы охотятся из засады. Но ведь она пролежала там не один час, выслеживая бизонов и намечая себе жертву… Наконец, выбрала момент для прыжка. Я даже ни о чем не догадывалась. Ведь осматривала луг, но мне и в голову не пришло бы, что там затаилась пума.
– А тебя не испугало это зрелище? Убийство?
– Все произошло так быстро… Секунда, и все кончено. Думаю, если бы я ожидала этого, то среагировала бы иначе.
Лилиан слегка вздохнула и сдвинула на затылок шляпу.
– Этот теленок с цветами на голове выглядел таким милым… И в одно мгновение его не стало. Только что был жив и уже мертв. Как ни странно, но в этом было нечто особенное, я бы даже сказала, возвышенное. Трагически возвышенное.
Она смахнула пот со лба.
– Это, как ты сказала, зрелище еще больше укрепило меня в намерениях, а соответственно, и в желании учиться. Я сделала фотографии – момент смерти и то, что ему предшествовало.
– Может быть, мое заявление прозвучит несколько пафосно, особенно из уст женщины, выращивающей скот на мясо, но я бы не хотела присутствовать при том, как пума пожирала этого бедного теленка.
Лил снова взялась за мотыгу.
– Мама, а ты знала, кем хочешь стать и что хочешь делать, когда была в моем возрасте?
– Честно говоря, не имела ни малейшего представления, – Дженна, сидя на корточках, полола морковь. Руки ее двигались быстро и проворно, а гибкостью фигуры миссис Чанс не уступала дочери. – Но к тому времени, когда нужно было с этим определяться, к нам на ферму заглянул твой отец. Стоило ему бросить на меня один взгляд, и я тут же поняла: этот парень – тот, кто мне нужен. По большому счету, у Джо и выбора-то не было.