"Фантастика 2023-108". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

Ярослав находился в своем новом кабинете, отделанном в духе кондовых восьмидесятых. Мебель также стандартная, тяжелая, полированная и темная. Разве что итальянская кофемашина ярко выделялась на фоне уныния всего остального. Я упал в кресло и заявил без приветствия:
— Скучненько у тебя тут.
Зайцев в ответ кисло ухмыльнулся:
— Наследство от бывшего руководителя. У меня, знаешь, нет барских замашек из будущего, чтобы первым делом кабинет под себя украшать и новый лимузин под задницу покупать.
— Респект и уважуха, братан!
Ярослав с интересом разглядывал меня.
— Сергей, вот ты чем дальше, тем больше молодеешь. Секретом не поделишься?
— Я внимательно осмотрел свои руки и повернулся к шкафу, чтобы в стекле оценить отражение:
— Да вроде все на месте. Или ты что имеешь в виду?
— Любишь поёрничать, студент. Заканчивай. Ты отлично меня понял.
— Да не знаю, Слава, видимо, много провожу времени среди студентов…ну и студенток соответственно. А они дурочки часто смеются и заставляют меня совершать разные глупости. Например, целовать их в разные места и не только.
Зайцев покачал головой.
— Не наглей.
— А чего вызвали, вообще? Брежневу что не то сказал? Так, я его не приглашал. Он сам пришел.
Ярослав внимательно посмотрел на меня и встал с места, чтобы включить кофемашину.
— Да хрен бы с ними, старыми пердунами.
— А чего так сразу? Забавные пенсионеры.
— Они нужны для отвода глаз. Пусть и дальше корчат из себя великих мировых лидеров. Но на их имя можно получить немало кредита доверия.
— То есть Леонид Ильич играет роль гешефт-директора? Открыть гештальт, а работать в нем будут другие?
— Ну и словечки у тебя какие-то подозрительные. Ты хоть в обществе их не употребляешь? Насколько я тебя уже знаю, с тебя станется.
— Так чего тогда вызвали?
Зайцев сухо ответил:
— Сам не знаю. Вызывали не наши, а товарищи там.
Он показал пальцем вверх.
«Однако. Кому это моя персона понадобилась?»
— Хабаров, что ли? — назвал я фамилию настоящего директора Центра.
— Бери выше.
— И на кой ляд я им нужон?
Новость была не из приятных. Вызов к руководству обычно ничем хорошим не заканчивается.
— Пока не знаем. Твой рейс задержался. Поэтому все наши в Москву усвистали. Опять важное заседание посреди рабочего дня. Так что на сегодня ты свободен.
— Во как? Блин. Как будто мне заняться нечем?
Я был откровенно огорчен, хотел последним рейсом вернуться домой. Помочь ребятам на выставке, да смотаться оказией в Заостровье.
— Кофе будешь?
— Смотря, что к нему предложишь.
Я завороженно наблюдал, как на столе появился китайский кофейный сервиз и пара маленьких рюмок. На блюдце лежали тонко нарезанные дольки лимона, а рядом коробка конфет. Живут же черти! Мне такие наборы шоколадных сладостей не по карману. А Иришка та еще сладкоежка оказалась. На этой почве они и с мамой спелись. Будут в конце лета варить вместе варенье.
— В честь чего будем напиваться?
Ярослав махнул рукой:
— Да просто так. Заколебало все.
— Ясно.
— Ну ты видел, что почти весь персонал вывели в другое место. Построили огромные хламины, напихали туда прорву народу. Это же все вскоре превратится в очередной рассадник бюрократии.
— А здесь пока вояки будут тусоваться?
— Ага. И наши. Там же под Зеленоградом режим секретности соблюсти сложно. Проф и Евген негодуют, посылают все нах, вояки на них докладные каждый день притаскивают. Так и живем.
— Ну и начальства, небось, разного прибавилось, — смотрю на Ярослава с откровенной усмешкой. Блондин наливается краской.
— Да задолбали эти товарищи генералы. Я же для них молодой. Ничего, что в прошлой жизни четверть века угробил на службу?
— И здесь они тебе нервов угробят. Еще увидишь!
— Спасибо за дружескую поддержку!
— Так сами и виноваты. Это же от вас они зависят. Долбите правительство, чтобы в том городе будущего вам квартал закрытый выделили. Сам знаешь, что лучше прятаться на самом видном месте.
 
Полковник Зайцев завис на минуту, а затем ухмыльнулся до ушей:
— Соображаешь! Еще налить?
— Он еще спрашивает!
— Так Ильич тогда здорово пересрался. Из дачи неделями не вылезал. Это ты попал в относительно спокойный период, а тогда в ЦэКа бурлило, дай бог. Как в Смольном семнадцатого. Политбюро целиком получило информацию от первых попаданцев, кто-то из них проболтался, другие не поверили, Андропов немедля начал собственную игру. Пришлось вмешаться армии. Даже пострелять пришлось малость.
— Потому мы под колпаком ГРУ?
— Да поначалу так и было. Уже позже выделили отдельную структуру и объединили самых активных попаданцев в один пул. Ну, ты уже видел наших боевиков, а есть разведка, оперативники, аналитический штаб. А Центр как таковой немного для иного. Мы специально не стали создавать излишне громоздкую общую структуру, распихав людей и ресурсы по разным корзинам.
Я посмотрел на рюмку янтарным напитком и задумчиво произнес:
— Представляю, какой кипешь стоял в Кремле.
Зайцев скривился и залпом выпил. Рюмки были малюсенькими, и мы растягивали удовольствие разговора «без пиджака».
— Да не делали там ни фига целых полгода. Разведка и контрразведка уже напропалую шелестели по всем направлениям. Это ж сколько на них информации свалилось! Правительство бабло на наших инсайдах вовсю стригло, а компартийные деятели в это время пребывали в прострации. Это ведь по их вине развал страны в разных планах будущего происходил. Они сами ни хрена же не могут! Нет уже больше в мире коммунистической идеи. А эти старцы бесплодные ничего даже скопом сделать не могли. Импотенты политические! Короче, Ильич военных безмерно уважал, послушал. Андропова к херам убрали с глаз подальше, там разные делишки за ним водились, но сняли официально за развал работы по контрразведке. Саму разведку выделил в отдельное учреждение.
— Как у нас?
— Да, в некоторых областях ГРУ, УВР и КГБ нынче соревнуются. Всем на пользу пошло.
— И как порешали с верхами?
— После 26 съезда Ильич стал почетным Председателем, это мы у китайцев свиздили. Сначала поставили Кириленко, а потом решили провести как бы демократические выборы.
Мне стало интересно. Я со своей учебой и наукой все поиски забросил.
— Романов чья идея?
— Компромисс. Временный.
— Да ну?
— Тут же как, — Ярослав глянул на просвет бутылку, — придется вторую у Нюрки доставать, а мы пожрать заодно тогда сходим. Сюда больше не приносят по требованию, суки. Ну так вот, партия быстро разделилась на группировки и кланы. Нацмены пытались своего наверх продвинуть, хохлы собственных перцев. А у самих в республике несколько властных кланов и рыльце в бандеровском пушку. В итоге разосрались все к чертям, а русские чудом смогли в кои веки объединиться. И в Совмин своего человека продвинули и в секретари дружно выдвинули. Лигачева, слыхал про такого? Пока окраины чухались, Романов стал фаворитом. Ну а что — второй город империи. Гришин из старых пердунов, да и дерьма на него у органов было накоплено много. Стариков, короче, мы фактически всех уже спихнули. Вот с национальными окраинами хуже. Чистить там и чистить. Самых тупых и наглых посадили, даже кое-кого расстреляли, с умными удалось договориться.
— Лихо! За что же такие репрессии?
— А! — Зайцев махнул рукой. — За воровство в особо крупных. Там в Средней Азии и Закавказье каждого первого можно на этом вполне законно прижать. Ну пока вроде как страна висит пока на балансе. Сам понимаешь, в некоторых вещах лучше не передавливать. Пасту обратно в тюбик не запихаешь.
— Хрупкое равновесие?
— Типа того. Нам не особо дают играть в политику, стараемся действовать опосредованно.