Я тебя испорчу. P.S. Твой подонок
Виктория Вишневская
Я тебя испорчу. P.S. Твой подонок
Глава 1
– Смотри, какая деваха, – толкает меня Каширин в плечо, кивая куда-то в толпу.
Отрываю стакан от губ и пялюсь на танцующую девчонку посреди танцпола.
Он о ней?
Обычная. Темноволосая. Но выделяется. Фигурка сочная даже в чёрных штанах и закрытой кофте до талии. Пупок оголённый, живот плоский. Спортсменка? Или танцовщица? Двигается красиво. Плавно. Как змея извивается. Опытная. Выглядит не так нелепо, как остальные.
– Хорошенькая, – делаю глоток, рассматривая пацана рядом с ней. Тянется к ее талии, по-собственнически обнимает. – Только рядом посмотри. У неё парень есть.
– Пф. Когда меня это волновало? По-хер.
– Не заигрывайся только. И сильно не буянь. Разбираться не буду.
Знаю, что мои слова никак не повлияют на него. Всё сделает по-своему.
Хватаю пачку сигарет с барной стойки и киваю пацанам.
– Пошли покурим.
Тренер по плаванью узнает – пиздец придёт. Мне лёгкие беречь надо. Он всегда это повторяет. Да я и сам понимаю. Помимо выносливости, физической формы, лёгкие – самое важное в нашем профиле.
Ноо я совсем немного. Главное – за отпуск не испортить ничего. Но сегодня можно. Мы ведь отдыхаем.
Выхожу на улицу, достаю сижку. Закуриваю.
Скука смертная. Тёлок не хватает. Сколько смотрел – ни одну не приметил. Даже трахать не захотелось.
– О, это ж парень той девчонки, – Каширин опять возбудился. Задумал что-то. Пусть. Всё равно скучно.
Толкает Соловьёва в плечо. Всматриваюсь. Ага, её. Парень той телки вышел сразу за нами, прикурив. – Пацан, жопка у твоей принцесски – огонь!
Пацан поворачивается в нашу сторону.
Я бы за такое втащил.
В принципе, я так и сделал, когда Аринка мне изменила. Повелась на член тренера своего тренера. Со мной из-за бабок и траха была, а с ним – по любви. Как она сказала.
Но мне плевать на чувства. Ненавижу, когда меня используют. И тем более, когда сразу после секса с тобой бегут лизать член какого-то старпёра.
Но тот знатно получил по лицу, когда я увидел их вместе.
У нас не было любви, нет. Но я собственник даже на шлюх.
Молча наблюдаю за тем, как пацан, примерно на год или два младше нас, идёт в нашу сторону.
Зря он это.
Кирилл Каширин – бывший боксёр. Семь лет в этом, иногда в подпольных боях участвует, хоть и говорит, что это в прошлом.
– Сказать что-то хочешь? – кидает с вызовом мой друг, вставая в стойку.
У них сразу дело с драки начинается.
Мне плевать, пусть отдыхают.
Я, как капитан команды – разрешаю. Тренеру только знать об этом нельзя. Ну, и моим не перегибать.
В полицию не охота. У нас фанаты есть. И журналисты не спят даже в отпуске.
Поджигаю сигарету.
– Кирилл, ты не на ринге, – напоминаю ему.
Тут же встаёт смирно. У боксёров фишка такая – свои умения за пределами ринга не проявлять. Травмоопасно для оппонента.
Да и шумихи не хочется. Особенно когда через месяц соревнования.
Светиться в новостях не хочется.
– Что ты сказал про мою девушку? – того пацана явно взбесили эти слова.
Делаю затяжку, а мой слегка неуравновешенный друг кидается на парня.
Помочь, что ли? Не, сами справятся.
Кирилл берёт верх сразу. Это ожидаемо. Лежачий-то не спортсмен. Хотя подтянутый, не жирный. Валяется на земле.
Но Кирилл не ударит. Так, чуть припугнёт.
– Каширин, что ты жмёшься? – смеётся Емельянов.
– Ударь нормально, совсем размяк!
Сразу видно – Соловьев не боец.
Но пацан дерзкий попался. Обхватывает ногами Кирилла и валит его на спину. Руку к горлу – и хватка Каширина слабеет. Пацан той девчонки подскакивает на ноги. Кир встаёт следом.
А так с виду и не скажешь…
Удар!
Кулак встречается с челюстью.
Это он зря…
Своих бить не позволю.
Тушу сигарету о кирпич здания.
Дерьмо! Один раз за лето решил себе позволить втянуть немного никотина, и то всё испорчено! Больше никаких сигарет!
Надвигаюсь на пацана.
– О-о, – Соловьёв рядом кричит, оглядываясь. – Суицидник!
– Остановим? – спрашивает Емеля.
– Не, давай посмотрим.
Разминаю шею. Хрустит.
А это я день не занимался! А всё из-за гулянок.
Сегодня треню пропустил – похмелье помешало.
Передо мной неожиданно появляется та девчонка, которую Каширин облизывал с ног до головы. Карие глаза, подчёркнутые чёрными стрелками, смотрят грозно, уверенно и агрессивно. Поднимает руку.
Вижу стакан и воду, летящую мне прямо в лицо.
Воды пловцу бояться – засмеют!
Но первым делом думаю о том, что вряд ли в баре или около него найдётся вода.
Вовремя закрываю глаза.
Она сделала это! Плеснула мне в лицо… спиртом?..
– Аль, а ну, зайди обратно!
Провожу пальцами по лицу.
Больная, твою мать. А если бы в глаза попало?
Касаюсь кончиком языка до губы. И ярость мощным приливом грудную клетку прошибает.
– Ты плеснула мне в лицо ром? – гортанно рычу.
Делаю шаг вперёд. Проучу эту маленькую дерзкую девчонку, посмевшую сделать это.
– Спартак, мож, ну их? – обеспокоенно говорит за спиной Соловьёв.
Поздно.
Обоих с лица земли сотру.
И плевать мне на этот испуганный бабский взгляд за хилой спиной.
Герой какой! Собой закрывает!
Надолго не закроет. Его – изобью, а её… Придумаю, что с ней сделать.
Хочу хватануть пацана за майку, но из бара выходит настоящая толпа. Спасает их. А те как крысы и сбегают.
Нахрен лез вообще, если постоять за себя не может?
– У-у, цыпочка убежала.
– Догнать?
Хочу.
Схватить за тёмные волосы, хорошенько встряхнуть. А потом намотать на кулак. И трахнуть её на глазах у того паренька. Чтобы меньше храбрилась и в следующий раз думала, прежде чем алкашкой в глаза плескаться.
– Забей, – несмотря на своё желание, говорю. Стираю с подбородка остатки рома. – Но если ещё раз увижу…
Усмехаюсь.
Точно исполню задуманное.
Глава 2
– Перестань об меня так тереться, – от горячего шёпота на ушко улыбаюсь. – Иначе сейчас вместо танцев мы пойдём в нашу комнату и…
Ростик не договаривает.
Тихо смеюсь, зная, что он этого не слышит. И я делаю вид, что его слова пролетают мимо меня. Отдаюсь полностью танцу.
Какой же это кайф!
За свои девятнадцать лет я впервые куда-то выехала отдельно от родителей. Отпустили только с Ростиком – моим парнем, под его ответственность. И тот теперь не выпускает меня из рук, боясь потерять в огромной толпе танцующих людей.
А я впервые в таком месте. С дорогими мне друзьями. С моим любимым… И текилой в желудке!
Первый день нашего отпуска точно удался!
– Аль, я не шучу.
Недовольно постанываю.
Отрываюсь от него, делаю шаг вперёд и оборачиваюсь. И танцую. Как умею, как душа просит. Бёдра сами двигаются в такт, вырисовывая «восьмёрку». Руки гуляют по натренированному телу, по изгибам.
Сдерживаю себя, чтобы не забыться. Занимаясь с семи лет танцами, невольно живёшь ими, думаешь о них и совсем не замечаешь, как можешь уйти в отрыв в клубе на танцплощадке.
Только танцы тут мои не поймут!
Но несмотря на это, всё равно достигаю того эффекта, которого хочу.
Ростик останавливается, залипая.
Не моргает.
Только тогда, когда Лана берёт меня за руку, отмирает. А она здесь откуда? Только с Лёней танцевала!
А теперь оттаскивает меня от парня к барной стойке.
Пора бы. Горло сушит адски.
– Эй, скромняга, ты куда его так? – смеясь, пододвигает стакан с каким-то алкоголем. Но я пить больше не буду. Хватит. Я меру знаю… А то потом плохо будет. – Вы бы ещё прям там потрахались.
– Да ты что, – удивлённо восклицаю.
Нет. Я не такая. Мне воспитание не позволяет.
– Какого ты обо мне мнения! – фыркаю, отворачиваясь. Снова нахожу Ростика взглядом и завожусь с пол оборота.