Танцы с тенью (СИ)

Камень не изменил цвет, и оба эльфа кивнули. Один убрал медальон, а другой наконец шагнул вперёд и открыл двери. Вошёл первым, распахнул створку шире и отступил в сторону, пропуская меня.
Я шагнула вперёд — и онемела от ужаса.
Плита. Каменный алтарь с вырезанными символами, каждый из которых знаком до мурашек. Мерцают кристаллы, только что напоенные свежей силой, а на плите и полу, сплошь — багровые лужи.
Я подошла будто не по своей воле, не в силах выдавить ни слова. В тишине ещё висели последние крики, как медленно тающий дым. Остро пахло солью и железом. Держать лицо…
— Каторжник. — Кадфаэль указал подбородком на камень. — Стоило предупредить тебя сразу, но сама понимаешь. Годы среди людей…
— Да. — Отозвалась я с кислым видом. — Стоило предупредить.
И брезгливо отступила от растекающейся крови, словно берегла бархатные туфельки.
— Ритуал прошёл с ошибкой. — Таравель искоса покосился на эльфа, что копошился рядом у стола. — Накопители остались открыты, и сила из них понемногу утекает… Ну да вы и сами видите. Закройте их.
Вот откуда и срочность. Трясутся над каждым граном, берегут свои накопители. Побежали за артефактором среди ночи, чтобы ни капли не пропало зря. Для чего вы их собираете — так и хотелось закричать. Для чего!?
Не уверена, что уже хочу знать.
Я отрешилась от происходящего и спокойно взяла в руки первый накопитель. Он жёг ладони будто кусок льда, но я собралась с силами, подхватила нужную нить и закрыла контур, будто крышку на фляге. Камень стал пульсировать ровно и мерно, как маленькое сердце.
Пока я заканчивала обработку, эльф что собирал инвентарь, отлучился и вернулся с ведёрком и тряпкой. И с недовольным лицом стал смывать кровь с камня. Зрелище даже смешное, кабы не ситуация.
— Да это не я! — Прошипел он в сторону на замечание Кадфаэля. — Я все сделал чисто, как всегда! Это с телом что-то было не так! Спросите у Карима. Наверняка не рассчитал дозировку, и оно проснулось раньше времени.
Тело? Даже не он или она?
Да что же вы творите…
Я отложила последний камешек. Голос у «уборщика» оказался знакомый: я уже слышала его в эльфийском хранилище. И ведь подумала тогда, что забавно эльфы спорят об уборке.
Больше мне тут ничего не нужно.
— На этом всё? — Спросила я и с насмешкой покосилась на уборщика. — Доброй ночи, terr.
В коридоре у зала уже никого не оказалось. Наверное, Арнавиэль полагалось самой знать дорогу. Я тоже знала, но оглянувшись, свернула не туда. Углубилась в тёмные коридоры и считала про себя повороты: второй, третий… тут налево. Потом ещё раз налево и направо.
В этом зале, огромном и холодном, никого не оказалось в столь поздний час. Место даже не походило на подземелье: стены скрыты туманом и растениями в кадках, а из дальней стены, вырываясь прямо из скалы, вниз рушится сплошной водный поток.
Дна у зала будто вовсе не было. Только парапет, нависающий над бездной, в которую лился водопад. Но яркий свет, бьющий оттуда, не давал ошибиться: я пришла к знаменитому источнику магии воды, вокруг которого в незапамятные времена и была основана столица.
Сила здесь пропитала камни и сам воздух, отдаваясь на языке неповторимым привкусом дождя. Рядом с источником каждый маг чувствует это, и что бы он здесь ни делал, никто не услышит. И не остановит.
Место силы открыто для посещения, так что я бы не вызвала особых подозрений. Но сейчас было плевать, даже если увидят. Я присела на колени у края и сдёрнув с пояса фигурку кота, поставила перед собой.
Миг, и вместо статуэтки передо мной сидел живой кот. Зверь моргнул желтыми глазами и уставился на меня. В уме раздался ясный мужской голос:
— Слушаю, Хельдин. Что ты нашла?
Опустив голову, я рассказала всё, что видела. Кот следил за мной, и сквозь его тело иногда проступали очертания дальней стены. Но когда я протянула ладонь и коснулась его головы, то ощутила мягкую шерсть.
Вызвала в сознании алтарь, кровь и лица эльфов, что были со мной в зале. Всё это будет сохранено старейшинами, как доказательства чужой вины.
 
— Значит, верхушка темноэльфийского двора. Мы объявляем общий сбор. — Отчеканил голос. — Прибудем в скором времени. Будь пока осторожна, Рысь.
Кот снова моргнул и исчез. Я подобрала фигурку и сунула в карман. После этого осталось только ждать.
Но меня вдруг как-то стало накрывать. Я на слабых ногах вышла в коридор, по привычке оглянулась, проверяя, нет ли рядом лишних глаз. Пошатнулась.
Нет. Не время останавливаться и сползать спиной по стене.
Спокойное выражение наползло на лицо, как холодная маска. Просто переставлять ноги и держать спину прямо. Просто идти, кто бы ни встретился по дороге. Всё потом. Пусть стены сами плывут навстречу. Ступени, ступени… Шаг, ещё один…
Я подняла глаза и не сразу поняла, куда занесло подсознание.
Может, следовало развернуться и идти на свой этаж, но у меня не осталось сил держать себя в руках. Проведя ладонью по двери, я отодвинула внутренний засов. И поспешила юркнуть внутрь, потому что с меня уже стало сползать обличье эльфийки.
Привалилась спиной к косяку, одновременно успокаивая дыхание, и привыкая зрением к полутьме. Светильник был погашен, остался только слабый огонь в камине, да луна заглядывала в окно.
Полупрозрачный тюль, похожий на туман, ниспадал от потолка до пола, закрыв всю стену. От порога начинался ковёр, как в моей комнате. У камина расставили пару кресел и кушетку, а спальную часть отгораживал такой же тюль, оставляя в тени.
Скрипка лежала на столике у окна. Рядом, свесив рукав на пол, застыла брошенная куртка. Лаурен, проигнорировав спальное место и раздевшись до тонких, домашних штанов, лежал на кушетке с заложенными за голову руками. Он ещё не уснул, а лишь придремал, потому что сразу услышал движение и открыл глаза.
Я не дрожала, не выла, даже не двигалась. Но на лице у меня, наверное, все было написано так доходчиво, что он тут же сел:
— Что случилось?
Я усмехнулась, хрипло выдав:
— А я-то думала, что уже видела самое страшное.
Дыхание против воли срывалось. Он поднялся и подошёл ко мне, глядя с тревогой.
— Хельдин?
— Я не понимаю. — С трудом выдавила я. — Они дети природы. Им от рождения противна тёмная магия. Кровавые ритуалы. Чужая боль. Как они смогли вытравить это?
Скрипач молчал. Я на миг прикрыла глаза, прислонившись затылком к двери.
— И спокойны, как змеи. Будто не человека резали, а лягушку. Там столько кристаллов, даже не десятки, сотни…
— Так. — Заключил он. — На тебе лица нет. Присядь.
Я не сразу отреагировала, и он, взяв меня под руку, провёл к камину. Там оставил — я так и села на пол перед креслом, пальцами зарывшись в мягкий ворс ковра.
Почти сразу вампир вернулся из темноты в рубашке, с бутылкой вина и длинным стаканом. Я даже в таком состоянии недоумённо нахмурилась:
— Откуда?
— Презентовали за игру. — Пояснил он, устраиваясь напротив, как и я, на ковре. Я сцепила ладони в замок, чтобы не тряслись.
— В одиночку пьют алкоголики.
— А ты не в одиночку.
Он протянул мне стакан.
— До дна. Поможет.
Я послушалась, вздрогнула от крепости, но допила всё. По горлу словно плеснули настойкой, но жжение сменилось теплом и раскатилось по телу до самых кончиков пальцев.
Рен сделал глоток для солидарности и подложил в камин брёвнышек. Огонь притих, скрывшись под ними, но потом осмелел, обвил жёлтыми коготками, и в комнате посветлело.
Я кашлянула и поморщилась от терпкого послевкусия. Открыв глаза, встретилась с его серьёзным взглядом.
— Теперь рассказывай.
Я вздохнула, откинулась спиной на кресло, и отодвинула стакан.
— Я не видела ритуала, только то, что осталось. Не знаю… растерялась. Не ожидала, что мне покажут вот так всё сразу. Как будто и не ждали ничего, кроме понимания. Как будто это нормально!
Не заметила, как он подлил вина, но подхватив стакан, сделала глоток даже не задумавшись.