Не отпускай

— Чарли, я догадываюсь, как тебе было сложно, хотя бы по той отчаянной резкости в твоих глазах и в голосе, ты изменилась, я изменился, я всё это принимаю и не отрекаюсь от тебя. Я лишь хочу, чтобы мы и дальше могли полностью полагаться друг на друга, искренне и откровенно, без стен. Любовь это сфера, где магия бессильна, поэтому я верю, что наша принадлежность к разным сторонам в наших отношениях не сыграет никакой роли. Ты в это веришь?
— Ты почти процитировал мою личную Библию, — примирительно улыбнулась я, как обычно зачарованно сдаваясь на его милость.
На Баса можно было просто смотреть и получать сексуальное удовлетворение. И дело было даже не в его привлекательных чертах, не в этих чувственных губах и бархатных карих глазах, а в магнетической харизме этого парня. Когда он улыбался — от него словно излучалось свечение, окутывающее меня беззаботным упоением. Его голос можно было записать на диск и слушать бесконечно, успокаивая себя в минуты напряжения и подпитываясь в минуты расслабления. Когда Бас говорил, он часто помогал себе жестами, выражая движениями язык души. И я просто поражалась, насколько идеально гармонировали его душа и тело. Да, я была влюблена в него, взята в плен, поэтому смотрела на вещи сквозь особую призму, пораженная очарованием Баса, как молнией.
Любопытно, что во время моего помутнения на кухне, физическая нагрузка никак не сказалась на моём послеоперационном состоянии, а вот наши попытки заняться любовью не увенчались успехом, боль в боку доставляла слишком много беспокойства, мешая разрядить возбуждение.
Поэтому Басу пришлось просто уйти, чтобы в полночь Артур не проснулся в моей постели.
    
Глава 6
… Я снова вернулась в один из отвратительных моментов своей жизни. Происходящее было реально, потому что этот кошмар я пережила во всех мелочах. Я ощущаю боль в сдавленных запястьях, я чувствую этот смрадный запах «ложа чести», и я переполнена ужасом, гневом и беспомощностью. Меня раздели до гола и связали руки жесткой бечёвкой, рот заклеили, плечи и ноги удерживают четыре девицы из старшей группы, а пятая собирается лишить меня девственности тупым предметом. … Я пытаюсь извиваться и захожусь в немом крике…
— Ничего этого нет! Ты в безопасности Шарлотта! Всё хорошо, — тёплые ладони и разбудивший меня знакомый голос, приводят меня в чувство. Мокрая и дрожащая, я наконец понимаю, что мне снова приснился кошмар. Удивлённо и благодарно всматриваюсь в любимое лицо, в котором сейчас отражается Артур.
— Ты кричала. Мне пришлось тебя разбудить.
В этот момент мне даже становится всё равно, что рядом со мной паразит, всхлипываю, беспомощно уткнувшись ему в плечо:
— Спасибо. … Как бы мне хотелось, чтобы это больше никогда не всплывало.
— Это мерзкое видение больше не станет тревожить тебя, — прошептал Артур, обнимая меня за плечи.
Я поддалась ему, и мы поудобнее устроились в постели. Артур что-то неразборчиво шептал мне на ухо, моё сердцебиение улеглось, я снова согрелась и почувствовав расслабление провалилась в сон.
Не припомню, чтобы когда-нибудь чувствовала себя такой выспавшейся и свежей. Меня всё ещё обнимали мужские руки, а это значило, что я до сих пор лежу в объятьях Артура Корвина, который охранял мои сны весь остаток ночи. Но даже этот факт не мешал мне чувствовать себя счастливой и такой лёгкой. Я не взглянула на его лицо, но думаю, Артур уже не спал. Мягко выскользнув из постели, я закуталась в халат, намереваясь принять душ. Внутри у меня звенели какие-то ноты, меня радовали проникающие в комнату солнечные лучи и звуки жизни, доносившиеся со двора. Будто в предчувствии праздника, словно я физически ощутила как моя жизнь наконец приземлилась на белую полосу и теперь я вне себя от восторга.
— Я тут размышлял, — медленно протянул Артур, дождавшись момента, когда я появилась из ванной. — Знаешь, я ничуть не жалею, что убил твоего отца. Наоборот, я считаю, что Даг сдох слишком легко. Я бы судил его иначе, за то через что он заставил тебя пройти.
Вздохнув, я снова опустилась на кровать, всё-таки встретившись с ним взглядом:
— Иногда, я пыталась оправдать его тем, что отец не знал, как именно я выживала там, — мой голос прозвучал печально. Так и было, при упоминании прошлого — моя радость мгновенно померкла.
— Увы, Шарлотта, он имел представление. Просто Даг был уверен, что ты выживешь, так как стражи довольно выносливые создания. На его взгляд, в Монакре ты должна была пройти что-то типа закалки.
- А я-то переживала, — горько усмехнувшись, я опять поймала взгляд Артура. — Ты увидел … что именно мне снилось?
— Да. Увидел. Но прервав твой кошмар, я так и не узнал, чем закончилась твоя пытка, поэтому я позволил себе призвать тень. … Им не удалось лишить тебя чести, таким извращенным и жестоким способом.
— Тогда меня спасли, — выдавила я, опустив глаза, пытаясь прогнать навернувшиеся слёзы. — Хлоя … помешала им. Наши отношения с ней сложно было назвать дружбой, в Манакре взращивали чудовищ одиночек, но какая-то теплота между нами всё же была. … Она сражалась за меня, а вот я не смогла уберечь её. … Где-то месяцев через семь после того случая, её довели до самоубийства. Хлоя прыгнула с обрыва. Я бежала за ней, кричала, умоляла её не делать этого, но не успела догнать…
Артур сделал то, что мне было сейчас так необходимо — крепко обнял сзади, прижавшись губами к моей макушке. Без каких-либо слов, просто подождал, пока я справилась с эмоциями.
— Ты отказываешься это замечать Шарлотта, но во многом мы похожи. Ты и я прошли через ад, разочаровались в людях и пропустили через себя одиночество, — спокойно проговорил Артур, отпуская меня через несколько минут. — Почему ты так и не призналась Басу, что переспала со мной? — его тон сменился резко, отразившись на мне эффектом шлепка.
Я снова схлестнулась с его карим, испытывающим взглядом:
— Потому что не хотела разочаровывать его ещё больше. Басу достаточно огорчений, не хочу, чтобы он ещё и в тебе разуверился. Тем более, я тогда была уверенна, что занимаюсь любовью с Басом. Вина на тебе идол тёмных. Артур, а ты … не хочешь ничего мне сказать? — я не просто сменила тему, меня ещё и терзал этот вопрос.
— Ты о клинке и твоей мечте вырезать меня из Баса? — усмехнулся он с вызовом. Как же я любила, когда такой улыбкой усмехался мне Бас! И как же сложно мне теперь было отфильтровывать эмоции любимого от эмоций Артура. — Или о втором варианте, когда ты должна была вонзить клинок в момент моего перехода в моё собственное тело? Я не удивлён, и даже с какой-то стороны понимаю твоё возмущение. Мне интересно наблюдать за тобой Шарлотта. Что тут скажешь, ничего из того, чего бы я не предвидел не произошло. Меня бы больше огорчил твой уход. Ты так рьяно пыталась порвать не только связывающие вас с Басом узы, но и узы с жизнью. Тебе не стоит накручивать себя до такой степени, — в дополнение своих слов, Артур ещё и издевательски подмигнул мне.
— Как же мне быть, о великий провидец? — поинтересовалась я с сарказмом.