Моя по контракту (СИ)

— Кстати, Олежка поможет нам и с нашей курсовой, — заявляет одногруппница. — Мы ведь можем не только статистические данные ввести в исследование, но и повлиять. Мы тут с Олегом уже кое-что раскопали. Смотри.
Она выкладывает передо мной на стол фотки, которые присылала по электронке, но которые я так и не успела посмотреть. 
— По данным, которые смог достать Олег, Орловские озёра отравил не сажевый завод. Он уже какое-то время бездействует, его вроде бы выкупил кто-то. Надо бы выяснить кто.
На фото рядом с проходной стоят несколько тентованных грузовиков с логотипом. И этот логотип я видела сегодня в блокноте Грачёва.
Если признаться, Олег этот мне совсем не понравился. Дёрганный какой-то. Может, это у него просто моторные тики родом из детства, конечно, но в целом у меня сложилось отталкивающее впечатление. Уж не настолько мы с Инной подруги, чтобы у меня всплыла пресловутая "подружкина" ревность. Но если ей с ним хорошо, то моё какое дело.
Вернуться я успеваю прямо перед приездом Грачёва. Он видит, что я одета как на улицу, но ничего не спрашивает. Выглядит замороченным. Буркнув быстрое приветствие, делает себе чашку кофе и закрывается в рабочем кабинете. Мне бы своими делами заняться, но почему-то ощущаю растерянность. Может, стоило предложить сделать ему бутерброд? Он же кофе мне утром сделал. И мне всё же немного стыдно, что я на его вполне дружелюбное предложение принять участие в деловом ужине ответила довольно грубо. Хоть это и правда. Но ведь выглядеть ядовитой осой тоже не хочется, мне-то по сути и парой фраз, кроме Грачёва, перекинуться не с кем. Ну Инка ещё, но она далеко, а теперь ещё и занята своим Олежеком.
Да и фото меня эти напрягли. А что если и правда завод Грачёва имеет отношение к отравлению Орловских озёр, и тогда получается, что и я как бы имею. Официально. Это конфликт интересов, с курсовой и в экокружке могут возникнуть проблемы.
Открытой информации о переходе сажевого завода под крыло "ПроМетТехно" я не нахожу, нет даже упоминания, что он сейчас не работает, только то, что производственные мощности частично снижены. 
Я заканчиваю часть курсовой по аналитике изменений состава воды в озере и по процентам примесей тяжёлых металлов. Пробы брали Инна с Олегом, и с лаборатории как раз пришёл отчёт. Отсылаю таблицы ей, завтра она должна пойти с ними на консультацию к нашему руководителю.
Ближе к десяти снова спускаюсь в кухню. Стас, похоже, даже не выходил из кабинета. Перекусываю и оставляю в накрытой тарелке два бутерброда. 
После душа долго ворочаюсь, никак не могу занять удобное положение. Я привыкла спать на боку, на животе мне неудобно, но именно сегодня удаётся уснуть только так.
А вот утром меня ждёт сюрприз. Через пару секунд, как я открываю глаза, меня настигает жуткая боль. Даже не совсем понятно, где она локализуется: то ли в плече, то ли в спине под лопаткой. Простреливает, заставляя выгнуться назад и застонать.
— Ты чего? — рядом на кровати приподнимается сонный Грачёв. 
— Больно, — всхлипываю и, едва извернувшись, сползаю на пол.
— Я заметил, что не эротический сон тебя настиг. Хотя поначалу, когда ты застонала…
— Стас!
Хочется влепить ему побольнее за стёб, когда мне так больно. Но он уже тоже выбирается из постели, натягивает штаны и подходит ко мне. Боль тем временем немного отпускает, и у меня получается хотя бы разогнуться.
— Спина?
— Ага.
— Ну вот, думал, женился на малолетке, а оказалась старушка с радикулитом.
Я всё же вспыхиваю злостью и бью его кулаком в плечо, отчего под лопатку вновь будто кто-то нож втыкает, заставляя поморщиться и задушенно выдохнуть.
— Ладно, угомонись. Спина прихватила. Бывает. Ты же треснулась в бассейне, может где и защемило, а проявиться могло не сразу. Одевайся, сейчас отвезу в больницу.
— Не надо в больницу.
— Надо, Ася, здоровье спины очень важно, тебе ведь ещё наших детей носить.
Больше ему ничего не надо? Достал своими шутками. Не надо реагировать. Он видит, что меня это смущает, вот и поддевает. Взрослый мужик, а ведёт себя как подросток. Это кто ещё тут малолетка. Придурок!
 
Я злюсь на него, но монолог этот остаётся только в моей голове, потому что Грачёв скрывается за дверью ванной. Я, скуля и тихо причитая, натягиваю свитер и джинсы, а потом ухожу в кухню. Там умоюсь, пока муженёк не вышел из душа и не стал разгуливать голышом. С него станется.
Решаю перекусить хоть немного. Я не люблю больницы, меня в них всегда тошнит от запаха и от страха. Так что лучше там не появляться на голодный желудок.
Вчерашних бутербродов ни на столе, ни в холодильнике я не обнаруживаю. Значит, не побоялся, что отправлю. 
Делаю себе сладкий горячий кофе и тост с сыром. Под лопаткой простреливает при каждом движении, тянет всю спину, иногда аж дыхание спирает.
Стас спускается за мной минут через десять. Он говорит по телефону и взъерошивает пальцами ещё влажные после душа волосы. Надел джинсы и серую футболку, которая ему очень идёт к глазам. Ему вообще идёт этот образ, не меньше, чем деловой.
В мыслях даю себе пощёчину, запрещая пялиться и оценивать внешний вид Стаса. Заметит если, потом достанет подколами.
Больница, в которую привозит меня Грачёв, совсем не похожа на те, с которыми у меня был опыт взаимодействия. В приёмном и у регистратуры приятно пахнет кофе, девушки за регистраторской стойкой молоденькие и улыбчивые, даже оформлено всё как в обычном офисе, ничем и не напоминает больницу.
Но врачи здесь самые настоящие. Меня осмотрели травматолог и невролог, сделали рентген и УЗИ, взяли анализы. Слава Богу, Стасу хватило такта не переться со мной в кабинет. 
В итоге мне объявили, что ушиб спровоцировал воспалительный процесс, который я ещё хорошо сдобрила холодным душем и сквозняком. Ничего критичного, за пару дней полегчает, а там и совсем пройдёт. Выписали мазь и обезболивающие таблетки. Слава Богу, не уколы, а то я не дышала, пока врач рецепт выписывал.
Обратно домой меня отвёз уже водитель, потому что Стасу срочно понадобилось уехать. Мы заехали в аптеку и в супермаркет за продуктами. Дома я выпила обезболивающие и даже почти расслабилась, а потом и уснула. Вечером долго болтала с бабушкой, потом опять сидела над фотографиями. Решила, что спрошу у Грачёва напрямую.
Стас приезжает поздно, шумит чайником внизу на кухне. Я ловлю себя на мысли, что у нас уже появился какой-то жизненный уклад. Пусть странный и вынужденный, но всё же уклад. Я даже замечаю за собой, что внутренне жду его возвращения. 
Мотаю головой, стараясь выбросить глупые мысли. Надо успеть принять душ, выпить таблетки и уснуть до того, как Стас придёт в спальню. Это самые странные моменты — засыпать в одной постели. Особенно, если вспомнить, что случилось у бассейна.
Ополоснувшись в душе, я выпиваю выписанные таблетки и возвращаюсь за мазью, которую оставила на тумбочке.
— Я думал, ты уже спишь. Как самочувствие? — слышно из-за распахнутой дверцы шкафа.
Сердце подпрыгивает от испуга, потому что я не ожидала, что он уже здесь.
— Нормально. Доктор сказал, скоро пройдёт, выписал таблетки и мазь.
Откручиваю тубу, выдавливаю немного остро пахнущей мази на палец и пытаюсь, стоя перед зеркалом, нанести лекарство на больную мышцу. Но выходит так себе. Из-за боли привычная гибкость ограничена.
— Чёрт! — срывается ругательство.
— Тише, не надо ругаться, — Стас подходит сзади и аккуратно вытаскивает из пальцев тюбик. — Давай помогу.
— Не надо, — отвечаю негромко. Он вдруг оказывается так близко, что уже знакомая щекотка появляется из неоткуда и расползается под кожей. — Я сама справлюсь.
 
— Я не съем тебя, Ася. Просто хочу помочь. Ложись на кровать, — мягко подталкивает.
Я сомневаюсь, но поддаюсь. В конце концов, я и правда сама не достану куда мне надо. Ложусь на постель, а у самой внутри всё замирает. Нельзя же так реагировать, нельзя, иначе это плохо кончится.