Моя любой ценой (СИ)

Туплю так долго, что даже холодильник оповещает об этом сигналом. Только тогда закрываю тот.
Злата сидит напряженная. Неудивительно — после всего она, наверное, и не особенно понимает, что я тут пытаюсь сказать ей.
— Слушай, насчет нашего договора…
— А давай выпьем? — вдруг предлагает она. Я удивленно молчу. — Ну, сегодня у меня вроде как праздник.
— Какой праздник?
— Два года как я пришла в студию к Верховцеву. Можно сказать небольшой юбилей.
Ее инициатива сбивает с толку, но я рад и этому. Так что соглашаюсь, подхожу, и мы даже чокаемся стаканами с этим долбаным соком. Когда я последний раз такое пил?
Злата нервно ведет плечами, когда отставляю стакан.
— Почему ты не сказала?
— О чем?
— Что у тебя праздник.
— И что бы это изменило? Ты ведь позвонил и сказал, что хочешь видеть меня.
Блядь. Еще один проеб. Но я же решил сначала привезти к себе, а потом все объяснить, чтобы точно не сбежала.
— Да, я… Просто я много думал о нас, о том, что…
В висках вдруг простреливает оглушающей болью, и тут же проходит.
— Феликс? — голос размывается.
— Да, я хотел… сказать… Про наш договор… Я понял, что…
Обвожу взглядом кухню и замечаю, что очертания начинают размываться.
Твою ж мать! Крайне медленно до меня доходит одна странная мысль. Перевожу взгляд на Злату — та бледная и совсем чуть испуганная. Слишком мало для человека, который не понимает, что происходит.
Мысль цепляется за что-то, оборачиваюсь на стакан, потом снова на Злату и теряю опору, одновременно понимая, что все, это финал…
46. Злата 
Спустя месяц 
Новое место работы не особенно помогает. Не выходит как-то у меня влиться в новый ритм жизни. Хотя, конечно, рано еще делать выводы — всего неделю работаю продавцом в магазине женской одежды.
После работы я как обычно ухожу немного раньше — пока мне не доверяют закрывать смену и отчитываться за день. Наверное, потому что хозяйка видит, что нет во мне энтузиазма. По идее я и работать могла не идти — с деньгами проблем нет. Спасибо брату…
Как и всегда стоит вспомнить про него, как к горлу подкатывает ком.
Месяц прошел, а я все никак не приму мысль, что его больше нет. Мне до сих пор иногда снится тот вечер, когда Басманов потащил меня на опознание. В том теле, что мне показали, с трудом вообще можно было кого-то узнать. Только по родинкам на шее, почти как родимое пятно, и опознала.
Я до сих пор виню себя за то, что так долго ждала, что поверила Багрову. А ведь могла бы позвонить Георгию раньше, и тогда возможно Леша был бы жив.
Я выполнила все, о чем мы договаривались — в тот вечер, когда Феликс снова вспомнил обо мне и заявил, что хочет увидеться, волновалась так, что думала, сразу все поймет. Но он вообще был странным в этот день. Я я побоявшись, что он со своей проницательностью раскусит мой план, начала нести какую-то чушь про праздник, про желание отметить. Мне очень повезло, что сначала Багров предложил поужинать. Потому что если бы потащил в постель, я бы… Не знаю, смогла бы притвориться достаточно хорошо.
Снотворное подействовало очень быстро. Хотя Георгий предупреждал, что эффект будет хороший. Мне оставалось только позвонить ему и открыть дверь охранникам.
— Поезжай домой, — тогда сказал Басманов. — Не надо тебе здесь светиться.
— А Леша?
— Я позвоню, как что-то узнаю.
Спустя три дня он сообщил, что брат мертв.
Что я испытала в тот момент? Сначала полное опустошение. А потом… Потом пришла ненависть. К себе, к Багрову. Я хотела встретиться с ним и высказать то, что думаю, но Басманов не дал. Сказал, что с ним решают вопросы другие люди, а потом посоветовал сменить место жительства.
— Уезжай, Злата. И лучше в город побольше. Чтобы тебя никто не нашел.
— Кто именно?
— У Багрова много врагов, а ты мелькала с ним не раз и не два.
Он четко дал понять, что заниматься моей безопасностью не станет, и я в итоге послушалась совета. После похорон ушла из студии, переехала и вот пытаюсь построить жизнь заново. Пока, правда, совершенно безуспешно.
 
Каждый вечер я вместо того, чтобы готовить ужин, заворачиваю по пути в небольшой торговый центр и покупаю готовые блюда. Надо бы заставить себя начать хотя с малого — с того чтобы, например, отварить курицу или сделать салат. Но я малодушно откладываю это на завтра. Или послезавтра.
— Извините, — на автомате говорю, когда, резко развернувшись, налетаю на какого-то мужчину. Пакет выпадает из рук, и я присаживаюсь, чтобы поднять тот. А когда поднимаю голову, встречаюсь с до боли знакомым взглядом.
Багров.
Замираю ошарашенно. Вот он. Мой персональный демон и кошмар.
— Да это вы извините, — неожиданно смущенно улыбается тот. — Не посмотрел, куда шел.
Что?! Как он здесь? Как нашел? Пришел мстить?
— С вами все впорядке?
Его слова выводят из ступора, снова киваю и тут же обхожу стороной.
— Мне нужно пройти, — бормочу и едва ли не бегом покидаю магазин. Только на улице чуть торможу. Холодный ветер остужает совсем слегка. Мне даже не приходит в голову застегнуть пальто — настолько я шокирована встречей. Оборачиваюсь, ожидая, что Багров следуйте за мной. Но ничего подобного. А я… сбегаю.
До самого дома бегу. Запираю дверь не только на замок но и на щеколду. А затем сползаю на пол прямо так, в одежде.
Меня колотит, а перед глазами все стоит лицо Феликса. Лишь немного успокоившись до меня доходит кое-что — он общался со мной так, будто мы не знакомы. И смотрел так же. Словно мы чужие и видимся впервые. И он не тронул меня! В тот момент кроме мысли “бежать” в голове не было ничего. Я ничего не соображала. Но теперь пытаюсь восстановить встречу до мелочей.
Притворялся? Играл? Что это все значит?!
Не могу уснуть до самого утра. В голове так и засела мысль — он приехал, чтобы наказать. Другого варианта нет. Я понятия не имею, что делать. В панике набираю номер Басманова, но тот не обслуживается, оказывается. Психую, невринвичаю, а потом как-то вдруг отпускает.
Потому что я осознаю простую вещь — если Багров захочет, он достанет меня. Везде. Всегда. Так что смысла спасаться нет — его нет, этого спасения. И тогда я решаюсь на безумие — с трудом дожидаюсь вечера и снова иду в тот же торговый центр, брожу по магазину едва ли не час, надеясь снова его увидеть. Лучше уж встретить свой страх лицом к лицу.
Так я думаю.
Но Феликса нет. На меня уже странно косятся сотрудники магазина, когда я не выдерживаю и начинаю спрашивать их про мужчину, описываю все, что успела запомнить, но безрезультатно.
Оно и понятно — за весь здесь проходит толпа тех, кто спешит с работы домой.
Целую неделю я каждый вечер прихожу и брожу по магазину. Даже охранники уже перестают обращать на меня внимание, хотя по-прежнему на входе тщательно следят не запищит ли моя сумка.
Я начинаю думать, что мне показалось. Сплю я с каждой ночью все хуже, кошмары становятся все более навязчивыми. Теперь мне снится, что я не снотворное дала Багров, а настоящий яд. И джады раз просыпаюсь в ужасе от того, что натворила.
Я уже совершенно измотана и готова даже пойти к психологу или кто там вправляет мозги, когда вечером раздается звонок в дверь. Я уверена, что это приставучая соседка из квартиры напротив, поэтому уже готовлюсь объяснить, что нет у меня настроения заглядывать к ним на огонек, как натыкаюсь взглядом на Багрова.
И вот теперь он смотрит совсем как раньше.
— Ну, здравствуй, золотце…>
47. Феликс 
Еще сегодня утром я думал, что моя жизнь проста и понятна. До встречи с этой незнакомкой. Но теперь ее образ зудит под кожей и никак не хочет выходить из головы.
Я чувствую, что она важна, но не могу понять почему. Словно темная штора отделяет меня от моего прошлого.
Вообще последний месяц у меня, считай, жизнь с нуля, с чистого листа.