Трио неизвестности
– Что случилось, брат?
– Есть дело, брат, – деловито ответил суперкарго. Слушая разговор, Бабарский примерно понял манеру общения директора и превосходно её воспроизвёл.
– Какое?
– Коммерческое.
– Э-эээ… – Директор вздохнул с идеально сыгранным унынием. – Это школа, брат, понимаешь? Школа. Совершенно муниципальное предприятие. Мы не имеем права жаниматься коммерческой деятельностью.
– Мне об этом ижвестно, – не стал отнекиваться Бабарский.
– И ты всё равно пришёл?
– Вам нужны деньги? – ИХ давно понял, кто перед ним стоит, и взял быка за рога.
Или вжял.
– Деньги? – уточнил директор.
– Деньги, – подтвердил суперкарго. – Наличные.
– Кого-то нужно убить?
– Нет, с этим мы сами справляемся, – после паузы ответил ИХ и бросил короткий, но выразительный взгляд на Акселя. Директор последовал его примеру, оценил скромное обаяние Крачина, кашлянул и разговор продолжил несколько вежливее:
– Тогда о чём речь?
– Дело в том, что я и мой друг – специалисты в области благотворительного просвещения, – объяснил Бабарский, глядя директору в глаза открытым, безмятежно искренним взглядом. – Мы принципиально и последовательно несём свет жнаний в отсталые районы Урии и совсем недавно с трепетом ужнали, что наша родная деревня – она тут, недалеко, в горах – вот уже двести лет страдает от недостатка культуры: в ней нет библиотеки.
– Нет чего? – уточнил ошарашенный столь длинной, а главное – связной речью директор.
– Библиотеки.
– А была?
– Сгорела.
– Давно?
– Я ведь скажал: лет двести как.
– И с тех пор вы страдаете? – осторожно уточнил директор.
– Бежумно, – подтвердил Бабарский.
– А я тут при чём? – Директор спрашивал с такой осторожностью, словно боялся, что маленький суперкарго вот-вот обвинит в своих страданиях его. И всё благодаря одному-единственному взгляду на Акселя.
– Мы с другом решили прекратить страдания нашей любимой деревни и с первого честного жаработка вернуть, так скажать, культурный долг Родине. Малой Родине.
– В смысле, вернуться в тюрьму?
– Не всё сражу. – ИХ выставил перед собой ладошки. – Сначала оснастим деревню библиотекой.
– Неожиданно.
– Мы любим устраивать сюрприжы.
– А вас не побьют?
– Мы рассчитываем, что какое-то время односельчане побудут в ступоре и мы успеем сбежать. – ИХ обаятельно улыбнулся. – Домик мы уже прикупили, осталось наполнить его всяким.
– Всяким чем? – поинтересовался директор.
И тем ненадолго поверг Бабарского в ступор. Что, признаться, случалось не часто. Приблизительно в такой же ступор, в какой планировалось повергнуть выдуманных односельчан.
Секунд десять ИХ пережёвывал вопрос, после чего объяснил:
– Наполнить книгами.
– Ах да…
Аксель стоически молчал, но было видно, как трудно ему приходится.
– Вы ведь понимаете, что я не смогу продать всё? – с сожалением спросил директор. – В начале каждого года обяжан выдавать детям учебники – жа них платит муниципалитет.
– Учебники нас не интересуют, – перешёл на деловой тон ИХ. – Почём хотите жа том?
– Так вы серьёжно? – вытаращился директор. – Я думал, посмеяться решили.
– Я всегда серьёжен, когда говорю о деньгах, – жёстко произнёс Бабарский. – Книги у вас потрёпанные, поэтому предлагаю десять грошей жа штуку.
– Не меньше гранда.
– Жа гранд я тебе сам напишу книгу… или украду.
– Где ты её украдёшь, брат? Во второй школе библиотеки отродясь не было.
– У тебя украду, – хмыкнул ИХ и вновь посмотрел на Акселя.
Директор почесал затылок и вернулся к оформлению сделки:
– Тридцать грошей.
Сошлись на шестнадцати.
Затем Аксель подогнал грузовик к чёрному входу, директор призвал трёх грузчиков, больше похожих на подручных головорезов, которые и перетаскали в кузов отобранные Бабарским книги, в основном исторические и научные труды – нетронутые, и немного художественной литературы – эти тома оказались слегка потрёпанными. Расплатившись с честными работниками урийского просвещения, разведчики проехали пару кварталов и остановились на короткое совещание.
– Что теперь? – поинтересовался Крачин, подведя мотоциклету к дверце со стороны водителя.
– Есть два варианта: или мы продолжаем гордо стоять посреди улицы, расскажывая друг другу, какие мы молодцы и как легко справились с жаданием, или молча вожвращаемся на цеппель, – язвительно ответил Бабарский.
– Я имел в виду, не дал ли тебе мессер дополнительных поручений?
– Нет, только сбор информации.
– В таком случае возвращаемся на цеппель, – кивнул Аксель и поехал перед грузовиком.
* * *
Разгромленная станция СН16 находилась достаточно далеко от Фабрики, поэтому Капитан распорядился идти самым полным, но при этом проложил курс на перехват, считая, что после нападения лингийцы устремятся на юго-запад, что было самым логичным для них маршрутом. Идти предстояло несколько часов, однако с мостика никто не уходил, и дело было не в том, что трио командующих ожидало внезапного появления противников, совсем нет. Дело было в другом: унизительное поражение, в котором каждый ощущал немного своей вины, и последовавшая выволочка привели к тому, что все они – и Капитан, и Третий, и особенно Магистр – хотели продемонстрировать рвение и перед подчинёнными, среди которых наверняка скрывались осведомители службы безопасности, и друг перед другом. В принципе, в этом не было ничего плохого – учитывая их состояние, уснуть они всё равно не смогли бы, но проложенный Капитаном курс привёл «Бардукраль» к месту падения катамарана, и вид поверженного гиганта существенно омрачил троице настроение.
Он казался несокрушимым: размеры, просчитанная инженерами живучесть, мощное вооружение – всё говорило о том, что ему нет равных. К тому же его защищали крейсеры сопровождения… чьи останки сейчас валялись на Мартине. Он был способен на невероятное: удивительная машина могла с лёгкостью смешать и выкинуть в Пустоту до тридцати вражеских кораблей – и они это проделали, одним ударом уничтожив Девятнадцатую Астрологическую экспедицию. Он должен был стать символом всепобеждающего флота Канцлера и обеспечить урийцам господство над Герметиконом, а его походя положил на землю исследовательский рейдер. Причём не просто положил, а едва не захватил, что стало бы кошмарным провалом и привело к действительно непоправимым последствиям.
Впрочем, последствия и так были печальными: за время отсутствия троицы к катамарану прибыли два грузовика с запасными частями и ремонтной бригадой, закипела работа, однако было очевидно, что вернуть гигантский цеппель в небо получится не скоро. Если вообще получится.