3:0 в пользу Шапочки

– Ты не должен, – заверила я. – Только…
– Да? – Он засунул руки в карманы брюк и качнулся с пятки на носок.
– Давай обойдёмся без меток. Ладно?
Вольф ничего не ответил. Я же посчитала это молчаливым согласием и вернулась к пробежке.
***
Он догнал меня через минуту и, без труда подстроившись под мой темп, побежал рядом. Я ускорилась – он тоже, я замедлила ход почти до шага – и Серый решил отдохнуть, рванула напрямик через бурелом, а он только ветки успевал от моего лица отводить. Наконец, я остановилась и прямо спросила:
– Что тебе надо?
– Просто бегу. Поддерживаю форму, – ухмыльнулся он.
– Именно здесь?
– Может, я заблудиться боюсь. – Я наградила его самым мрачным из своих взглядов, но Вольфу хоть бы хны. Скалит зубы в насмешливой улыбке, и чёрт его знает, что за этой улыбкой на самом деле скрывается. – Ты серьёзно насчёт метки?
Я уже рассказывала о том, что люди об оборотнях придумали кучу небылиц? Больше всего меня умиляли истории об истинных парах. Якобы у каждого из нас где-то в мире бродит вторая половинка, и как только мы встретимся, мы сразу узнаем друг друга. Вы будете смеяться, но – по запаху. Потом сразу же наступает безудержная страсть, неминуемый секс, множественный оргазм, обоюдная верность, глубокое доверие, куча детишек и любовь до гроба… И метка что-то среднее между обручальным кольцом и магической привязкой.
В реальности всё гораздо прозаичнее.
Друг друга по запаху мы, конечно, можем различать, если захотим, но уж точно не используем этот навык для поиска второй половинки. Да и нету их, идеальных пар. Отношения мы, как и люди, строим с нуля. Узнаём друг друга, влюбляемся, разочаровываемся. Что же касается верности и доверия… Этот риф мы обходим при помощи магии, если можно так сказать.
После свадьбы пара обменивается метками. Фактически, это укус в районе ключицы. Говорят, довольно болезненный и заживает долго и тяжело, с повышением температуры и лихорадкой. Это организм перестраивается… Нет, подстраивается под укусившего тебя оборотня. В первые несколько дней после этого меняется запах, он как бы общим становится – одним на двоих. Это магия Луны.
Говорят, тысячу лет назад женщины-оборотни настолько редко призывали зверя, что мужчины готовы были за них буквально драться. И даже наличие мужа и детей не могли защитить её от возможного похищения и насилия. И тогда Луна услышала плачь своих дочерей и сделала так, что при обмене метками пара меняет запах друг друга и становится ближе на… как бы это сказать?.. На ментальном уровне, что ли. Они умеют чувствовать друг друга. Чужой страх воспринимается, как свой. Чужая боль. Радость, отчаяние, любовь, страсть – всё делится на двоих.
И конечно же, при таком раскладе нельзя обмануть, нельзя утаить измену, да и изменить, в принципе, довольно сложно. Помните про запах? Он должен отталкивать противоположный пол.
И если запах современные оборотни научились прятать, то чувства… Мне не хотелось бы тем, кто проживает измену мужа, его любовь к другой женщине и обращённую не на меня страсть.
Ну и родить женщина может только от того, кто поставил ей метку. Мужчина же цветы жизни может сеять направо и налево до тех пор, пока ему здоровье позволяет...
Я не знаю прямо, на эту тему Вожак наложил табу, но по посёлку всё равно ходили слухи о том, как подарившая мне жизнь женщина не смогла пережить измену мужа. И то ли руки на себя наложила, то ли ноги из этих краёв унесла…
Бросила меня, чтобы разорвать привязку и уйти от Вожака.
– Насчёт метки, как мне кажется, вообще редко кто шутит, – наконец ответила я.
– Это правда, – кивнул Серый. – Но я впервые слышу, чтобы женщина выступала инициатором в этом… вопросе.
– Просто я всё ещё надеюсь устроить свою личную жизнь, – призналась я. – Если уж мне не суждено выйти замуж за любимого мужчину, то я хочу хотя бы иметь возможность родить ему ребёнка.
– Я… – Вольф нахмурился, потёр двумя пальцами правый висок. – Я думаю, что это справедливо. Да, справедливо. Только…
Он осёкся.
– Да?
– Только Владыке это вряд ли придётся по вкусу. Поэтому надо хорошенько продумать, как сделать так, чтобы об этом никто не узнал.
***
И пока я моргала, пытаясь сообразить, почему мы что-то от кого-то должны скрывать и какое вообще кому дело до того, что между нами происходит, Серый подхватил меня под локоть, безмолвно предлагая оставшуюся часть пути преодолеть шагом, и продолжил рассуждать:
– Хотя что тут думать? Жить мы будем в Новоозёрске, у меня свой дом в городе, так что с оборотнями слишком часто тебе сталкиваться не придётся. Только на играх, но вряд ли кто-то из сидящих в VIP ложе станет к тебе особенно сильно принюхиваться.
И добавил, поймав мой мрачный взгляд:
– Я надеюсь. Что ты так смотришь? Хочешь что-то добавить?
– Хочу. – Я вырвала руку из захвата сильных пальцев. – Спросить. Не кажется ли тебе, что ты забыл кое о чём важном?
Он вскинул брови в молчаливом вопросе.
– Например, о том, что у меня тоже есть жизнь. Учёба в другом городе, друзья, обязательства…
И это если не упоминать о том, что я ни за что в жизни не буду сидеть в VIP ложе его команды. Одно дело выйти замуж за Вольфа – в конце концов, нас заставили пожениться! – и совсем другое – болеть за его команду. Да от меня вся стая отвернётся!
– Это какие обязательства? – Серый вновь поймал мою ладонь и решительно припечатал её к своему локтю. – Те, которые Виталька? Напомни-ка мне, не из-за этих ли обстоятельств мы очутились там, где очутились.
Я возмущённо ахнула:
– Только не говори, что это только мой гнусный Вожак лил в уши Владыке небылицы, а белый и пушистый твой, с невинным видом стоял в сторонке!
– Ему вообще не пришлось нигде стоять, если бы ты сюда с любвеобильным Виталькой не припёрлась!
– Не надо было давать ему ключи! – прорычала я, и только после того, как вокруг воцарилась звенящая тишина, сообразила, что мы не просто ведём разговор на повышенных тонах, а банально орём друг на друга.
– Извини, – буркнул Серый.
– И ты, – кивнула я.
Некоторое время мы шли молча. Не знаю, о чём думал Вольф, а я пыталась смириться с тем, что переезжать в Новоозёрск мне, по всей видимости, придётся. Но как же не хотелось! Я ведь специально выбрала институт, чтобы подальше от дома! Чтобы поменьше «досужих сплетников и лукавых простаков».
В большом городе, где тебя никто не знает, жить проще. Не нужно постоянно оглядываться, думать над каждым шагом и бояться оступиться. Там я была просто девушкой, а не дочерью и единственной призвавшей зверя наследницей Вожака.
В родном посёлке я к такому вниманию привыкла, к тому же оно больше на ненавязчивую опеку было похоже, чем на неприязненное любопытство. Но Новоозёрск считался чуть ли не столицей оборотней здешних широт. Там их, по-моему, даже больше, чем людей жило. Представляю, как на нас с Серым станут пялиться, когда мы там появимся. Блин, да я заранее знаю, как! Как на Ромео и Джульетту, которых силком поженили до того, как они успели влюбиться друг в друга. А вся Верона при этом гадает и ставки делает: как молодожёны поступят, трахнуться или поубивают друг друга.