Василиса Опасная. Воздушный наряд пери

Но я уже вспомнила, где слышала этот голос – низкий, рокочущий, с чуть заметным кавказским акцентом. А когда говоривший вышел на свет, то сразу узнала – тот самый чел, который клеился ко мне в «Небесах». Похожий на охранника из «Ашана». Как и летом, сейчас он был одет в джинсы и белую футболку. И очень неприятно ухмылялся.
– Свали, котяра, – сказал он, надвигаясь на нас.
– Сам свали, деревня, – презрительно ответил Баюнов. – Ты как здесь оказался? Что-то на студента не похож.
Но мужчина просто отодвинул его с дороги и направился ко мне.
Как и тогда, в «Небесах», меня охватил панический ужас, и я начала потихоньку пятиться вдоль стены. Только сейчас я правильно поняла причину страха – поняла до донышка. Я боялась совсем не приставаний какого-то дядьки, я боялась вот этого самого человека – хотя в нём не было ничего ужасного или отталкивающего.
Баюнов, кажется, тоже это почувствовал, потому что разглядывал мужчину слишком уж пристально, даже рот приоткрыл, а потом спросил озадаченно:
– Да ты кто такой?.. – и прямо с места прыгнул на спину «охраннику», чуть не повалив его на пол.
Мужчина дотянулся, схватил Баюнова за шкирку, стащил с себя и отшвырнул к стене, как… как теннисный мячик…
– Идём, красавица, – сказал «охранник», проводя по подбородку тыльной стороной ладони. Глаза у него были черные и шальные. И он улыбался. И это было жутко и страшно, хотя улыбка тоже казалась обыкновенной – человеческой. – Только без глупостей, – предупредил меня мужчина. – Тогда все останутся живы. И даже целы.
Я не успела ничего ответить и предпринять, потому что Баюнов бросился на мужчину, даже не потрудившись встать на ноги. Взлетел с места, как самый настоящий кот!
Они сцепились намертво, ударяясь о стену плечами, а я, не отрывая от них взгляда, бочком пошла в сторону. И где, позвольте спросить, Ягушевская с Будимировичем? То таскались за мной по пятам, а когда понадобились – их и рядом нет…
А потом случилось невероятное – белая футболка на плечах «охранника» разорвалась в клочья, и из-за его спины выметнулись две толстые змеи с оскаленными пастями. Острые зубы в два ряда и между ними – раздвоенные языки. Я видела такое в «Небесах», но думала, что тогда мне почудилось спьяну…
Но ведь не почудилось же!..
Баюнов то ли вскрикнул, то ли жалобно мяукнул, а змеи в одно мгновение обвили его поперек туловища, сжимая кольца чешуйчатых тел. Как во сне я увидела побагровевшее от натуги лицо Баюнова, и он прохрипел:
– Беги!..
Да, убежать – было самым разумным. Но у меня словно ноги отнялись. В каком-то ступоре я смотрела, как две змеи, выросшие из человеческого тела, душат Баюнова, а их хозяин мрачно ухмыляется, глядя, как капля за каплей выдавливается человеческая жизнь… Баюнов уже не мог сопротивляться и лишь хрипел, обвисая в объятиях змеиных колец...
– Подожди! – крикнула я, и душитель резко повернул голову в мою строну. – Отпусти его, – сказала я уже тише и… перекинула с руки на руку серебряное колечко, подаренное ректором. – Отпусти котяру, и я пойду с тобой.
Кош Невмертич сказал перебросить колечко в случае опасности. Я ждала, что сейчас грянет гром или появится какой-нибудь джинн, чтобы меня спасти, но ничего не произошло. Зато «охранник» отшвырнул полупридушенного Баюнова и протянул руку ко мне – широкую, короткопалую… Змеи зашипели, раскрывая клыкастые пасти, но мужчина дёрнул плечами, и змеиные тела словно втянулись в человеческое тело.
– Не бойся, – решил успокоить меня он, – я тебе ничего не сделаю.
– А я и не боюсь, – соврала я и ударила его в мозжечок. Приёмом Бразема.
Но мужчина увернулся так ловко, словно был без костей, а в следующее мгновение сцапал меня за шею, схватил за талию и забросил к себе на плечо.
– Сказал же – без глупостей, – он понес меня так легко, будто я ничего не весила, и мне оставалось только болтать ногами и цепляться за брючный мужской ремень, чтобы сохранить равновесие. Дурацкий приём Бразема, если он второй раз подвёл!
Лежать животом на почти каменном плече было больно, и я с трудом пропыхтела:
– Отпусти!
– Ага, так и отпустил! – хохотнул похититель и для верности подшлепнул меня пониже спины. – Всё, попалась птичка!
Я попробовала трепыхнуться, но меня сразу же придавили тяжелой рукой. Хорошо хоть – змей не напустили! Но сдаваться я не собиралась. Висеть головой вниз сообразиловке не способствовало, но тут и не надо было слишком долго думать. Мысленно я представила невидимую верёвку, опутавшую ноги моего похитителя – совсем как во время урока у Щукиной, когда я пыталась придушить Коша Невмертича.
Это подействовало!..
Мужчина рухнул, как подкошенный, ругаясь на каком-то непонятном языке. Он чуть не раздавил меня, потому что я, естественно, рухнула вместе с ним. Но я вывернулась из-под его руки ужом, оперлась на спину – и бросилась бежать.
Давно надо было это сделать, Вася-простоквася!..
Я улепётывала во все лопатки, но далеко не убежала. Сильнейший удар чуть пониже затылка кувыркнул меня лицом в пол. В голове зазвенело, пошевелиться невозможно – это было в сто раз хуже, чем когда ректор лупил меня магической силой в мозжечок. Тот же самый проклятый приём Бразема!.. Но какая разница…
Застонав, я попыталась встать хотя бы на четвереньки, но смогла только перевернуться на бок.
«Охранник» уже освободился от невидимых пут и шёл по направлению ко мне, с хрустом разминая пальцы. Разорванная футболка свалилась с него, обнажив широкую грудь с рельефными пластами мышц. Я вспомнила, как оперлась о его спину, когда пыталась сбежать, и заскребла каблуками сапог, пытаясь отползти. Где-то у стены поскуливал и только-только начал шевелиться Баюнов, но мужчина даже не оглянулся на него. Он смотрел на меня. Я была его целью…
– Что же ты такая неугомонная? – ухмыльнулся он, и над его головой снова показались две змеиные пасти. – Что же ты не хочешь по-хорошему?..
Он был уже рядом, и загородил собой свет. Теперь его фигура казалась черным пятном – меняющим очертания, надвигающимся, как туча… Я зажмурилась, собираясь закричать, но в горле пересохло, и получился только какой-то невнятный писк.
Сильные руки схватили меня, подняли, и я бешено замолотила кулаками, стараясь не думать о змеиных пастях. Два или три удара достигли цели, и раздалось досадливое шипение, а потом меня скрутили в трубочку, прижав руки к бокам.
– Краснова! – прогремел надо мной голос ректора Коша Невмертича. – Какого черта вы опять мне в глаз заехали?!.
 
23
Это было невероятно, но появился он – принц из моих грёз, объект моих мечтаний и что там ещё надо сказать, чтобы было пафоснее?
– Вы что опять творите, Краснова? – цедил сквозь зубы Кош Невмертич. – Что случилось? Отвечайте немедленно!