Твое сердце будет разбито. Книга 1

— Пусть она поужинает с нами, — сказала мама, но он покачал головой.
— Не думаю, что это хорошая идея. Ей нужно домой. Я ее отвезу.
— Но, милый, это же твоя дочь…
— Именно поэтому я лучше знаю, как поступить.
Андрей ушел вместе со своей дочерью, которую я так и не успела увидеть. Я слышала лишь их голоса и то, как громко хлопнула дверь. Мама вернулась притихшая.
— Почему он не позвал ее в дом? — спросила я.
— Не знаю, Полинкин. Ты лучше ешь. Не будем в их дела влезать.
Мне хотелось крикнуть: «Мам, посмотри, он же ненормальный! Родную дочь в дом не пустил!» Но я молчала, понимая, что мама в том состоянии, когда любые доводы бесполезны. То ли она так сильно любит Андрея, то ли с ней что-то не так… С ними обоими что-то не так. Может быть, это и не любовь вовсе, а болезнь какая-то?
Я выглянула в окно и увидела, как Андрей и какая-то светловолосая девушка садятся в машину. Он действительно повез дочь домой. Идиот.
Я пыталась сосредоточиться на параграфе по истории, однако все время вспоминала Барса. Диму. Кажется, его не было дома — окна его квартиры не горели. И я пыталась понять, куда он мог пойти. А если на свидании с девушкой? Нет, мы не встречаемся по-настоящему, но почему же из-за этих мыслей становится так горько?
«Не ходи на свидания. Это будет подозрительно», — написала я ему, но он не отвечал.
Выложив в инстаграме наше с ним общее фото и незамысловато подписав его «Счастье рядом ❤️», я рассмеялась — так рядом, что прям за окном. Только вот свет в его квартире так и не зажигался. Дома никого не было.
Я с нетерпением ждала от Димы ответа, а его все не было, и не было, и не было… Время почти полночь, а он шляется непонятно где.
Не выдержав, я пожаловалась Диларе.
«А тебе какая разница, где его носит?» — резонно спросила она. Я отправила харкающийся стикер. Очень смешной, между прочим.
«Не то, чтобы есть разница, просто не понимаю, почему он не дома так поздно».
«Ты просто ревнуешь, подруга!»
«Я? Ты с ума сошла?!»
«Это ты сошла, раз ревнуешь Барсова». — Дилара отправила мне несколько смеющихся смайлов.
«Я просто переживаю!»
«Переживальщица… Ладно, давай поищем, где может быть твой ненаглядный»
«Как поищем?» — удивилась я и тут же опомнилась. Набрала новое сообщение:
«Он не мой ненаглядный!»
«Твой-твой, не отпирайся. А поищем через соцсети, как все культурные люди», — ответила Дилара.
Как говорится, у каждого должна быть такая подруга, которая может найти в интернете все, что угодно. Она отыскала в инстаграме закрытую страничку Лехи, подписалась на него, дождалась, пока он примет ее заявку, отыскала в списке его подписчиков Вала и зашла к нему. Его страничка была открыта, поэтому сторис были доступны. Дилара сделала скрин одной из них и прислала мне.
На переднем плане сиял Вал с бокалом в руке и в шапке-ушанке, которую добыл непонятно где. А на заднем плане мерзкий Барс целовал какую-то деваху в топике. Видно его было плохо, но никаких сомнений, что это он, ни у меня, ни у Дилары не было. Барс запустил руку в ее светлые волосы, а она плотно прижалась к нему оголенным плоским животом.
Я смотрела на них и сжимала зубы до скрипа. Вот же, а!
«Это же Вика, его бывшая, — поделилась подруга. — Она по нему с ума сходила. А он, видимо, решил с ней расслабиться».
Как же я обозлилась!
Нет, понятное дело, мы с Барсом друг другу никто. Никаких обещаний друг другу не давали, и один недопоцелуй точно ничего не значит, но как же мерзко на душе! Такое ощущение, будто меня предали.
И зачем только он разрешил называть себя Димой? И зачем так меня обнимал, будто никогда не хотел отпускать?
Будто дал надежду на что-то большее… Или я сама себе все придумала? Конечно, сама. Только Барсиков все равно козел. Мог хотя бы не так публично обжиматься другой, когда объявил меня своей подружкой.
«КОЗЕЛ», — написала я на листе и приклеила на окно. Пусть видит, какого я о нем мнения. Правда, Барс ничего не увидел — потому что в комнату вошла мама, которая решила принести мне перед сном чай с какими-то успокаивающими травками, и увидела это послание.
— Что это, Полина? — удивилась она.
— Да так, — стушевалась я.
— Это тому мальчику, что ли? — догадалась мама. — Он тебя обидел?
— Нет, это просто так. Шутка.
— Он тебе вчера помог, а ты его козлом обзываешь. У вас точно все хорошо? Или… — Мама прищурилась. — Вы встречаетесь?
Чай с травками, который я глотнула, едва не пошел у меня носом.
— Нет, конечно! Мам, ты что?!
Вместо ответа она лишь улыбнулась мне, а я на всякий случай сняла лист с окна. Пусть Димочка не знает, что я за ним слежу. Окончательно решит, что я ненормальная.
Когда я уже ложилась спать, телефон завибрировал, и я, уверенная, что это Барс, схватила его. Однако меня ждало разочарование. Это было сообщение от Игоря.
«Как дела, Полина? Я все еще хочу погулять с тобой. Скажи, когда будешь свободна?»
Блин, я совсем забыла написать другу детства! Мне стало неловко.
«Завтра буду свободна, — сообщила я. — После занятия с репетитором по обществу».
«Во сколько оно заканчивается?»
«В два начинаем, в четыре я точно буду свободна»
«Тогда я заеду за тобой в четыре?» — спросил Игорь.
«Давай!» — согласилась я, написала ему адрес и подумала — раз Барс тусуется с непонятными девицами, то и я могу пообщаться с другом детства.
«К твоему дому?»
«Да!»
После короткой переписки я заснула, и мне снилось, что я смотрю в окно, и вижу, как на балконе Барс целуется с какой-то девушкой. Смотрю, и по щекам катятся слезы. Мне так обидно, что он с ней, а не со мной…
    
Глава 34. Ее ревность
В школу сегодня я пришла сама — почти на полчаса раньше, чем начинались занятия. Во-первых, не хотелось ехать с отчимом, во-вторых, не хотелось встречать Барсова. Внутренний голос разума разумно спрашивал: «Какая тебе разница, с кем он целуется? Главное, делать вид, что вы парочка, и никто больше не посмеет тебя тронуть». Однако голос сердца твердил иное: «Не хочу его видеть, и точка».
Так рано в школе почти никого не было, и я, оставив вещи в шкафчике, села на подоконник на втором этаже — неподалеку от кабинета, в котором должен был начаться первый урок. Я отчаянно зевала — подозреваю, как бегемот. И, чтобы не заснуть, читала мангу в телефоне. Я так увлекалась происходящим, что не заметила, как около меня выросла чья-то тень.