Между «привет» и «прощай»

«Все эти «привет» и «до свидания»…– Моми покачала головой.– В английском языке нет эквивалента, передающего столь глубокие эмоции».
–Точно, вот оно,– пробормотала я и вытерла слезы.
Подняв голову, я заметила, что Сайлас не сводит с меня тяжелого взгляда.
–Я буду по тебе скучать,– сообщил он.
–Черт, все это на самом деле?
–Похоже, да.
Я обвила руками его шею и крепко прижала парня к себе. Я цеплялась за него, ожидая, что этот нереальный миг вдруг закончится, любовь схлынет, и я вернусь к обычной жизни.
Конечно же, этого не случилось. И никогда не произойдет. Но хуже всего – я не хотела, чтобы все закончилось.
Сайлас крепко прижал меня к себе, и я уткнулась носом ему в грудь.
–Кстати, ты ошибаешься,– проговорила я.
–Я? Никогда. Ты о чем?
–Ты сказал, что тоже сгодишься. Да ты – самое лучшее, что есть у меня, Сайлас. Я очень сильно тебя люблю.
–Я тоже тебя люблю.– Он отстранился и заглянул мне в глаза.– Как бы то ни было, Эшер попросил моего благословения, я его дал. Поверь, я не даровал бы разрешение первому попавшемуся придурку, который позарился на мою лучшую подругу. Он хороший парень, Фейт, один из лучших.– Он нежно улыбнулся и покрутил обручальное кольцо на пальце.– Мне ли не знать.
Стоило подумать, что в жизни может появиться нечто прекрасное и настоящее, как тут же перехватило дыхание.
–Думаешь, я его не потеряла?– дрогнувшим голосом спросила я.– Честно?
Сайлас вложил коробочку с кольцом мне в руку.
–Иди и докажи, что я прав. В очередной раз.
–Не знаю. Ему слишком больно, Сай.
–Знаю.– Сайлас снова стал серьезным.– Но когда он увидит тебя, то, возможно, перестанет изображать героя и притворяться, что ему никто не нужен.– Он мягко улыбнулся.– Тогда он начнет исцеляться.
* * *
На следующий день, приехав в офис «Коулман, Кросс и Бенсон», я постучала в дверь Синтии Кросс, а после распахнула ее, не дожидаясь ответа. В кабинете находился Терри. Он стоял за ее креслом, они рассматривали наброски для рекламы «Банановой республики». Когда я подошла к столу Синтии, оба подняли глаза.
–Я еду на Кауаи,– сообщила я, удивляясь, насколько твердо прозвучал мой голос.
–Надолго?– хмуро спросила Синтия.– Реклама «Ред Булл»…
–Уже готова к производству. Не знаю, сколько меня не будет. Возможно, я вернусь через несколько дней или… не вернусь вовсе.
«Сперва нужно понять, по-прежнему ли Эшер меня любит… Может быть, для нас еще не слишком поздно».
Терренс улыбнулся, Синтия нахмурилась еще сильнее.
–Ради этого мужчины ты готова поселиться на крошечном острове?
–Из любви к нему я готова поселиться где угодно. Я никогда в жизни не чувствовала ничего подобного и не собираюсь от этого отказываться. Просто не могу. Возможно, я совершу огромную ошибку или обрету все, что мне нужно. Но я не узнаю об этом, пока не перестану бояться собственных чувств.– Я посмотрела на Синтию.– У тебя ведь есть путеводная звезда?
–Мои дети.– Она скрестила руки на груди.– А он – твоя?
–Нет,– возразила я.– Я следую за своей любовью к нему и верю, что поступаю правильно, что достаточно сильна. Вот моя путеводная звезда.– Я вздернула подбородок.– Если захотите меня уволить, я буду бороться. Я не хочу бросать работу в агентстве. Мне нравится, чем я занимаюсь, так что можно найти какой-то выход. Если вы меня на самом деле цените, то поможете решить эту проблему.– Я прерывисто вздохнула.– Вот такие дела. Я просто… держу вас в курсе дела.
Синтия и Терри не сводили с меня глаз, но я не стала терять времени. Развернувшись, я вышла из кабинета. Я почти добралась до своего офиса, когда меня догнал Терренс.
–Фейт, подожди.
Я обернулась.
–Прости, Терри. Наверное, столь личные беседы не уместны для офиса, но я должна была решить этот вопрос.
–За этим я и пришел.– Он усмехнулся, глядя на мое озадаченное лицо, и покачал головой.– Я ведь сказал – обращаться ко мне с любыми просьбами.
–Ты не против, что я уезжаю?
–Ты сама сказала – мы что-нибудь придумаем.– Он склонил голову набок.– Ты произнесла блистательную речь. Она так и просится в книгу.
Я облегченно вздохнула. Несмотря на всю браваду, я до сих пор ужасно боялась, что коллеги просто поднимут меня на смех.
–Может, ничего не случится.– Я с трудом сглотнула.– И я быстро вернусь.
–А может, и нет,– улыбнулся он.– Но ты не узнаешь, пока не попробуешь, верно?– Он крепко пожал мою ладонь.– Удачи. Тебя будет не хватать здесь, в офисе.
–Спасибо, Терри,– проговорила я и вновь облегченно вздохнула.
Весь полет до Лихуэ я ощущала, как рушится моя уверенность, в голове теснились тысячи дурацких, тревожных мыслей, лишая меня покоя.
«Это чертовски большой шаг. Просто огромный. Что я делаю? А как же моя шикарная квартира? Захочет ли Эшер меня видеть? Я смогу перевезти на Гавайи велотренажер?»
–Извините.– Я схватила за руку проходящую мимо стюардессу.– Можно мне двойной мартини с водкой?
Но когда она протянула напиток, я не выпила его залпом, как намеревалась. Несмотря на накрывавшую меня панику, глубоко в сердце, твердая, словно камень, поселилась истина. Путеводная звезда.
Говорят, личностный рост приходит через невзгоды, а сила рождается в сопротивлении. В Сиэтле для меня не было роста, я застряла в собственном самодовольстве, мариновалась в блестящей, оживленной, свободной от невзгод, но изматывающей жизни. Мне требовалось выйти из зоны комфорта и начать расти; именно поэтому я в первый раз полетела на Кауаи.
«И нашла там Эшера».
Я всем своим существом любила этого мужчину, обожала маленький остров – поскольку пожарный называл его домом. Он готов был отказаться от всего ради меня, пожертвовать семьей, друзьями, приятелями с работы, довольством и покоем, которые искал всю свою жизнь и обрел на Кауаи… Он хотел все бросить. Оставалось только надеяться, что на это существовала лишь одна причина – он ощущал отголоски того же самого покоя, когда был со мной.
К чему мне дорогие коктейли, городские улицы, походы по магазинам, когда больше всего на свете я хотела любить его и быть любимой. Не потеряться в Эшере и полностью отдаться ему, а стать рядом с ним кем-то бо́льшим. Ведь я тоже могла кое-что отдать.
Я коснулась кварцевого кулона на шее и улыбнулась простиравшемуся на мили океану – бесконечному, словно возможности. Жизнь – не простая штука, не какое-то конкретное место. Она заключает в себе безграничный потенциал и опыт, который нужно пережить. Сиэтл никуда не денется, но мои чувства к Эшеру больше не повторятся.