Я не желаю нагибать! (СИ)
БАХ!
Со стены вагона отвалилась реклама какого-то сериала про ментов и тоже рухнула вниз, разлетевшись вдребезги возле моих ног.
— Да прекратите там! — заорал я, — Вы меня сейчас тут похороните под всем этим дерьмом!
БАХ!
А вот теперь вниз уже полетела сама межвагонная дверь. Я понял это, даже не задирая головы, по оглушительному треску. И сразу же вжался в сиденья на ближайшей стене.
Мне спас жизнь буквально один благословленный сантиметр — именно настолько я разминулся с ухнувшей рядом дверью.
Прилетевшая сверху межвагонная дверь столкнулась с другой — той, которая теперь была внизу. От радостной встречи двух межвагонных дверей пошёл такой звук, что мне едва не высадило барабанные перепонки вместе с мозгом.
С другой стороны — упади дверь на меня, мне бы высадило мозг уже буквально…
— КОКОН ГЕРОЯ ВСКРЫТ! — радостно прорычали сверху, — НАЧИНАЮ ЭКСТРАКЦИЮ ВЕЛИЧАЙШЕГО ИЗ ЕГО БОЖЕСТВЕННОГО КОКОНА. ДА ВЫЙДЕТ СИЛЬНЕЙШИЙ К НАМ, КАК НОВОРОЖДЕННЫЙ ДРАКОН ИЗ ЯЙЦА.
Чего? Кокон? Героя? Да еще и величайшего? Дракон из яйца?
Судя по всему, люди наверху полагали, что мой вагон нечто типа киндер-сюрприза, а я — игрушка внутри него…
Но поразмыслить об этом мне не дали: сверху метнулась какая-то громадная змея. Я сначала отпрянул, но потом сообразил, что боятся тут нечего. Это не змея, это просто верёвка. И швырнули ее, чтобы достать меня отсюда.
Я вцепился в верёвку:
— Давай, тяни!
Меня потянули наверх с удивительной легкостью, будто эту веревку тащил какой-то механизм, или десяток ветеранов качалки. Я ставил на последнее: никаких механических звуков сверху не доносилось, там только лишь порыкивал и тяжко дышал.
Я отталкивался ногами от поручней и стен, помогая вытаскивать себя. Вскоре я уже успешно достиг двери наверху. Там меня схватила за шкирку чья-то рука, причем явно нечеловеческая. Во-первых, я ни разу не видел таких мускулистых рук, даже у стероидных культуристов. Во-вторых, пальцев на этой руке было шесть, а вместо ногтей руку украшали черные длинные когти. Но это всё ладно, возможно, рука принадлежит шестипалому качку, у которого ногти давно не стриглись, оттого сгнили и окаменели. Но вот объяснить, почему эта рука зелёная, можно было только одним фактом — тащит меня явно какая-то нелюдь, в хорошем смысле этого слова.
Громадный орк, вонявший чем-то вроде смеси конюшни, перегара и гнилой крови, легко вытащил меня из вагона и водрузил рядом с собой.
Догадаться, что это орк, было немудрено: существо было большим, зеленым, злым, да еще вместо носа торчал настоящий свиной пятак. Для гоблина великоват, для тролля мелок. Значит, орк.
Одной рукой орк держал меня, чтобы я не навернулся с вагона, другой — громадную кувалду, видимо, ту самую, которой он и высадил межвагонную дверь.
Мы находились в каком-то гигантском шатре. Хотя нет — даже не в шатре, а в натуральном городе-шатре. Ибо в этот шатер свободно влез целый вагон, да еще с куском стены тоннеля, который и привалил мой вагон с правой стороны.
Впрочем, сюда бы влезло и еще вагонов двадцать, даже если их поставить друг на дружку. Алое «небо» шатра было расшито громадными звездами и светилами, на стенах шатра повсюду висели какие-то мечи, топоры, пилы, сушеные звериные головы, скелеты, непонятные бадьи, а то и просто целые домики, приделанные прямо к пологу и соединенные лесенками. Этого добра тут были многие и многие тысячи.
Ну понятно. Типичное орочье обиталище, только циклопическое. Натуральный орочий мегаполис.
Пол шатра покрывала каменистая земля, и на этой земле явно только что проводили некий сложный ритуал. Повсюду тянулись ряды факелов на железных подставках, горящие жаровни и чадящие костры. Все эти тысячи огней складывались в определенные узоры, явно имевшие какое-то магическое значение. В центре шатра, рядом с моим вагоном, из жаровен была даже выложена настоящая голова орка со свиным пятаком вместо носа.
Обитатели шатра тоже все были на месте: толпа тысяч в двадцать голов стояла, задрав головы, и пырилась на меня.
Я видел рослых самцов, самок помельче и даже совсем маленьких орчат, вот эти уже на самом деле напоминали молочных поросят, только зелёных.
Когда довольный орк с кувалдой извлёк меня изнутри вагона и поставил на боковую стенку, на миг повисла тишина, такая, что я услышал, как трещат жаровни с ароматными травами, и как ветер сотрясает громадный полог шатра. Вот парусность у этого полога была, наверное, невероятная.
Орки застыли, протягивая ко мне руки в жесте религиозного экстаза, будто я сейчас должен одарить их манной небесной. В их темных глазах стояло благоговение, которое вдруг начало стремительно сменяться страхом…
— Человек! — вдруг рявкнул маленький орочий детеныш. Орк с кувалдой, до этого созерцавший толпу и наслаждавшийся своим триумфом, наконец соизволил поглядеть на меня. А потом произошло нечто странное — этот амбал, превосходивший меня ростом вдвое, а силищей — раз в десять, вдруг задрожал от ужаса.
— ДУБОВАЯ ПРАМАТЕРЬ ТРЁХ НОЗДРЕЙ! ЧЕЛОВЕК! И ПРАВДА ЧЕЛОВЕК! СПАСАЙТЕСЬ!
Перепуганный орк от ужаса выпустил из рук свою кувалду, и та полетела с вершины вагона вниз в толпу, вроде даже зашибив какого-то мелкого парня-орка. Впрочем, зашибли его не насмерть, у этого парня еще были шансы выжить… если бы его громадный сородич не спрыгнул с вагона прямо на него, следом за своей кувалдой. Вот теперь несчастного орка просто раздавило в лепешку. Амбал, доставший меня из вагона, смягчив себе падение телом сородича, бросился в бегство. Остальные тысячи орков последовали его примеру. За миг по городу-шатру разнеслась паника.
— ЧЕЛОВЕК! БЕГИТЕ! О, ПРАМАТЕРЬ, ПОЩАДЫ!
Я оглох от криков.
— Да подождите вы! Я просто ехал в метро, я…
Но куда уж мне перекричать орков. Я бы даже одного не перекричал, не то, что двадцать тысяч.
Вокруг тем временем царил настоящий хаос. Большая часть орков бежала к воротам из шатра, к счастью для орков, проходов отсюда выходит целых четыре — судя по всему, они расположены по сторонам света.
Орки топтали и переворачивали жаровни, а то и друг дружку, некоторые даже наступали в эти жаровни и начинали натурально тлеть, но зеленокожим было на это плевать. Видимо, страх перед человеком перевешивал у них все остальные чувства.
Это было… странно. Я был уверен, что если бы в моем городе появился орк, то люди бы от него так не разбегались. Вероятно, его бы просто сдали ментам, приняв за уродливого бомжа, только крупного и позеленевшего от стекломоя.
А еще более странным было то, как резко изменилось настроение орков. Они же явно сами и призвали меня сюда своим ритуалом, своими настойчивыми порталами. Вот только выходит, что ждали тут кого-то другого, а не меня.