Бездомыш. Предземье (СИ)
— К нему!
Дёрнув за руку Рабаню, бросаюсь вниз по склону. Тумен меня прикончит! Если эта тварь растерзает сейчас половину стада, вождь меня не простит.
— Всё за мной!
Гигантский орёл рвёт на части коров всего в десятке шагов от границы. Один прыжок вверх по склону — и он окажется в зоне действия дара. Давай, птичка! Накажи этих наглых людишек, что посмели бежать на тебя с выставленными вперёд пиками!
Но линия, за которой перестанет действовать дар, всё ближе, а орёл, не обращая на нас внимания, продолжает заниматься отловом коров, скача влево-вправо вдоль склона. На одном из прыжков голова чудовища поворачивается, и я ловлю на себе птичий взгляд. Он прекрасно нас видит, он знает, чего я хочу. Он не бросится нам навстречу! Тогда…
Пришло время по-настоящему рискованных действий. Я думал об этом. Затея отчаянная, но может сработать. Всё равно у меня нет выбора. Плевать на Тумена! Мне нужны семена! Я убью эту тварь.
— Готовься призвать туман!
— Давно пора! Вождь спустит с нас шкуры!
Рабаня не понимает. Думает, что хочу спасти остатки стада. Не важно.
Подбегая к границе, ору:
— Давай!
И мир моментально белеет. Рабанин туман — даже не молоко, сливки. Видимость падает до трёх-четырёх шагов. Орёл, буйствующий в паре десятков метров ниже по склону, мгновенно исчезает. Но я знаю, где он и я бегу к нему со всех ног.
Корова! Несётся прямо на меня. Огибаю. Стадо распалось на отдельных животных, но летящее отовсюду мычание заглушает мои шаги. Самое хриплое и надрывное подсказывает мне направление. Орёл долго не станет метаться в тумане. У меня очень мало времени.
Вижу! Пронёсшееся рядом пятно — это его крыло. Порыв ветра шатнул. Надо подойти сзади. Сидящая высоко голова орла за границей доступной видимости, но птица может в любой миг нагнуть шею, и я буду замечен. Этого нельзя допустить.
В попытке поймать очередную корову, чудовище делает короткий скачок вдоль склона. Я уловил направление и бросаюсь следом. Вижу хвост! Подныриваю под него.
Очень вовремя. Огромная лапа обняла когтями пойманную корову. Животное мертво. Кровь хлещет из разорванного горла, но нанёсший смертельную рану клюв уже вместе с головой орла поднялся обратно наверх, за границу видимости. Туда же взметнулись крылья. А вот тело, наоборот, опускается ниже. Лапы сгибаются, готовясь к прыжку. Сейчас птица взлетит.
Бросаюсь вперёд и вцепляюсь в откинутые в сторону задние ноги коровы. Узлы — к пальцам! Сейчас мне понадобится железная хватка.
Рывок! Меня дёргает так, что руки едва не выскакивают из суставов. Лечу!
Туман ветром свистит в ушах. Изловчившись, перехватываюсь одной рукой за коровий хвост. Огромные когти и идущая от них вверх покрытая перьями лапа теперь совсем рядом. При желании могу ещё подтянуться и перескочить на неё. Но пока рано.
— Китар! Слышишь меня! — хриплю себе под нос.
Короткое «да» — и давно научившийся работать со мной в паре мальчишка опять уступает штурвал.
— Сейчас мы поднимемся. Там, выше, дар должен вернуться. Если нет, ждём, когда орёл поравняется с краем долины. Там точно появится. Дай знать, как почувствуешь.
Выныриваем из тумана. Хозяин неба продолжает набирать высоту.
— Как вернётся дар, я заберусь выше, и ты его срубишь. Только сразу верни меня! Падать вниз надо правильно. Шанс выжить будет.
— Сдурел! С такой высоты!
— Упадём вместе с птицей. При ударе окажемся сверху…
— Разобьёмся! Летим до конца! Как сядет — прикончу!
— Он нас раньше заметит! Не спорь! Айк подлечит!
Склон, вдоль которого парил орёл, кончился. Под нами лес. Птица возвращается туда, откуда сегодня явилась, пересекая долину. До земли метров триста. Я ошибся. Дело не в расстоянии от поверхности. Набор высоты не помог.
— Как долетит до противоположного склона, готовься. Я скоро полезу. Нужно поймать момент, чтобы рухнуть до скал.
— Не пойдёт!
Выкрикнув это, мальчишка не возвращает меня. Что он делает⁈ Рано!
Подтянувшись, Китар хватается за впившийся в коровий круп коготь орла. Рывок — и его рука уже обнимает кожистую лапу гигантской птицы. Ещё один — и другая вцепляется в перья выше.
Орёл вздрагивает. Лапа дёргается, сгибаясь. Огромная башка с крючком-клювом наклонятся вниз. Громкий клёкот полон возмущения.
— Дар давно появился! — орёт мальчишка и, отпустив перья, машет правой рукой сверху вниз, вспарывая тело хозяина неба.
Клюв, летящий на нас, вместе с частью орлиной башки, отсекается обратным движением, и мы падаем вниз.
Но не с тушей убитого зверя. В последний миг Китар успел оттолкнуться от лапы орла, и мальчишка летит вниз по более крутой дуге, чем трепыхающаяся в конвульсиях птица. Разное сопротивление воздуха разводит траектории падения, но уже ясно, что и мы, и орёл рухнем не так далеко друг от друга.
И понятно, зачем он вмешался. Не поверил, что сможем пережить падение на склон. Снова не поверил мне! Посчитал себя умнее! Увидел в озере шанс на спасение. Да, в воду я упаду без серьёзных травм. Но добыча…
Ну, хотя бы хватило мозгов вернуть мне управление. Выравниваю полёт. Вытянувшись струной, принимаю оптимальную для входа в воду под необходимым углом позу. Стопы выгнуты вниз, локти прижаты к груди, ладони закрывают лицо с подбородком.
Удар! Вода встречает нас болью — всё же скорость приличная. Устремляюсь торпедой на глубину. Встречи с дном можно не бояться. До него здесь не донырнуть при всём желании даже мне.
И это — беда… Даже, не смотря на стоящий в ушах гул, слышу, как в стороне туша убитого зверя с громким всплеском врезается в воду. Плыть на звук бесполезно. Даже если успею перехватить тонущий труп орла — что едва ли получится — вскрыть и выпотрошить его у меня точно нет ни единого шанса.
Китар снова подвёл меня. Неужели он думал, что зверь с такой запредельной крепью легче воды? Это ведь не обычная птица. У него даже перья — броня. Только магия позволяла летать этой туше.
Плыву вверх. Выныриваю. Так и есть… На воде лишь круги. Столь необходимые мне семена вместе с трупом орла опускаются на дно, которого в этом озере, если верить Тумену, нет вовсе.
— Ну спасибо, Китар.
— Не за что, — весело откликается не понявший своей ошибки мальчишка. — Не всегда же тебе меня спасать. Всё. Плыву к берегу.
Глава шестнадцатая — Жертва
Победа над хозяином неба обошлась нам недёшево. Два десятка убитых коров обернутся мясным пиром на ужине, но про молоко теперь можно точно забыть. Даже козье с овечьем уже стало редкостью. Радуясь смерти орла, Тумен едва ли не плакал, одновременно подсчитывая поголовье оставшегося у клана скота, и я был готов рыдать вместе с ним, ибо лето в разгаре, а проклятые хорты и не думают никуда уходить. Прав был Ло — бес-гахар, что их гонит, оказался сильнее звериной природы. Пора это признать.
Но, что тогда делать? И стоит ли пугать такой правдой Тумена? Возвращаясь от вождя, свернул в лес. Поздравления от своих подождут. Сначала нужно с Ло поболтать. Избегал с ним общения в последнее время — и зря. Вон, как быстро с хозяином неба бес справился. Я бы ни жизнь не догадался, что вверху, над долиной, дар снова вернётся.
Хотя, в озеро, убив орла, сигануть — моя выдумка. Тут я Ло уел, так уел. Чай, тоже не дурачок, что способен только незримыми клинками махать по приказу. Кабы не я, могли бы костей не собрать с такой высоты на склон шлёпнувшись. Жаль, конечно, добычу потерянную, что ушла на дно вместе с сердцем орлиным, но жизнь всяко дороже. Когда выбор такой встаёт, не до жадности уже. Жив буду — добуду ещё семян, а трупу все богатства мира без надобности.
— Давай-ка пошепчемся, — обратился я к Ло, убедившись, что поблизости никого нет. — Орлище поганый отвлёк. Последние дни все мысли только о нём были, а хорты-то не хотят уходить. Похоже, ты прав был. Что делать теперь? Я тут помыслил… Имперцы-то форты свои отобьют, очистят от зверья тракт, да нам, что с того? В горы солдаты, поди, не полезут. Здесь уж, скорее, дружину фатоев ждать надо, и то я не верю, что в этом сезоне решатся пойти. Что, если хорты тут до самой зимы торчать будут?