Пыль и сталь (СИ)
— Верно. Исключительно деньги.
— Значит ли это, что ты согласен? Скажу сразу, повторной аудиенции я тебя не удостою, так что ответ ты должен дать здесь и сейчас.
Таринор призадумался. Лорду Алистеру, очевидно, не даёт покоя слава избавителя рода людского от драконов. Недаром здесь все эти картины и чучело ящера над камином. Конечно, есть совершенно реальный шанс погибнуть, но пять сотен золотом… Таринор никогда не помышлял получить за работу даже сотни золотых, хотя бы и в серебре. Теперь же он почти слышал звон этого моря монет, которые позволили бы ему жить в тепле и сытости до конца своих дней. И звон этот разжигал в его душе пламя азарта.
— Наши с вами интересы совпадают в одном, — сказал, наконец, наёмник. — Мы оба хотим, чтобы деньги оказались в моём кармане. А уж моя задача — позаботиться об остальном. Я согласен, милорд.
— Прекрасно! — воскликнул Алистер Рейнар и обернулся.
Со стороны окна донеслось громкое карканье. Губы лорда Алистера вытянулись в широкую улыбку. Он подошёл к столу, извлёк из ящика маленький мешочек и направился с ним к окну.
— Ре́йван! Здравствуй, мой маленький друг, — голос лорда смягчился и потеплел.
Когда Алистер Рейнар повернулся к наёмнику, на его руке сидел ворон с белыми как снег перьями, клевавший горсть зерна с длинной лордской ладони.
— Ваша ручная зверушка? — спросил Таринор.
— Я бы не назвал его ручным. Впервые Рейван прилетел ко мне лет пять назад, ещё маленьким, едва оперившимся, воронёнком. Конечно, тогда он ещё не был Рейваном. Это имя дал ему я в честь моего предка — Рейвана Рейнара, которого прозвали Белым Вороном. Поговаривали, что он был колдуном, мог обращаться птицей и знал всё на свете.
— Довольно величавое имя для птицы.
— Я сделал это шутки ради, — лорд Алистер пощекотал ворону под клювом, — а моему брату это пришлось не по нраву. Дериан считает, что таким образом я оскорбляю память наших предков. Впрочем, он всегда принимал всё слишком серьёзно. Но уверяю, наёмник, эта птица заслуживает своё имя. Она уникальна.
Лорд сделал шаг к наёмнику и оказался ближе к нему, чем за всё время разговора.
— В книгах белых воронов называют альбиносами. Там же написано, что у альбиносов глаза всегда красные или розовые. Даже у людей. А у Рейвана, вот, посмотри… — лорд Алистер не успел договорить.
Ворон встрепенулся, вспорхнул, рассыпав оставшийся корм, и исчез в окне.
— Не любит чужих, — усмехнулся Рейнар.
Теперь он куда больше походил на человека, чем в начале разговора. Однако, стоило лорду вновь заговорить о работе, его голос вновь приобрёл холодный официальный тон.
— Впрочем, вернёмся к делам. Соглашение полагается скрепить договором. Надеюсь, ты человек серьёзный и не откажешься, — с этими словами лорд извлёк из стола два листа бумаги, уже заранее исписанные нужными условиями.
Усевшись, он взял изящными пальцами перо и спросил.
— Осталось только вписать название твоего отряда. Или имена его членов, если их немного.
Таринор вновь ощутил неприятный холодок.
— Простите, милорд? Отряда?
— Разумеется. Ты ведь не рассчитывал справиться с этим делом один? Не дай жадности затуманить рассудок, это не гоблины и не банда разбойников. Это дракон, а ты не Рейнар Могучий, чтобы в одиночку сразить дракона, — улыбка медленно сползала с лица лорда. — Или ты хочешь сказать, что у тебя нет отряда?
— А если я скажу, что я работаю один? — Таринор сам понимал, чем чреват такой вопрос с его стороны.
— В таком случае я буду вынужден отменить сделку и выпроводить тебя вон, — ответил лорд Алистер, отложив перо. — Я не собираюсь отправлять людей на убой одного за другим. Об этом могут прознать другие, туда отправятся горячие головы попытать счастья, а когда их головы станут обугленными, я точно не избавлюсь от этой твари. Люди будут обходить пещеру десятой дорогой. Долина опустеет. А если дракон отложит яйца… Не хочу даже думать об этом. Поэтому решай сейчас, есть ли у тебя кто-то, кто отправится с тобой?
Наёмник призадумался. Он уже согласился, да и такой жирный куш упускать было нельзя, но где он возьмёт отряд? Это должны быть совершенно отчаянные люди, у которых за душой ничего нет, как у него самого… Точно! И как ему сразу этого не пришло в голову? Вскоре в графе сторон рядом с именем наёмника Таринора значились имена Игната и некоего Драмдирена, как подумалось лорду Алистеру, выходца из дальних южных краёв.
— Теперь договоримся о сроках, — серьёзно сказал лорд Алистер. — Я должен буду отправить своих людей к пещере, чтобы убедиться, что вы справились, или чтобы предать ваши тела земле, если вас постигнет неудача. В любом случае мне нужно знать, когда вы пойдёте туда.
— Пусть будет… — Таринор на мгновение замолчал. — Три дня, включая сегодняшний. Пусть кто-то из ваших заглянет в дом командующего городской стражей, скажем, послезавтра утром.
— Командующего стражей? — лорд вскинул брови.
— Да, мы там остановились. Господин командующий стражей Бьорн Талот мой старинный друг.
— В таком случае нет нужды беспокоить моих людей понапрасну. Пусть сир командующий сам пришлёт человека в Пламенный замок. Посмотрим… Сегодня пятнадцатое число середины весны. Тогда послезавтра, семнадцатого числа, я жду посланника от сира Талота.
Наёмник кивнул в знак согласия. Когда с формальностями было покончено, а на бумаге красовались подписи, лорд Рейнар вручил наёмнику договор, а другой такой же оставил у себя. Также он сообщил, как добраться до пещеры. Она располагалась к северу от Дракенталя, чуть больше пятнадцати миль вдоль гор.
— Желаю удачи, Таринор. Орвальд проводит тебя к выходу. И помни, я жду от тебя хороших вестей.
Наёмник покидал кабинет полный надежды, что хорошие вести не заставят себя ждать.
Глава 17
— Короче говоря, Драм, никуда ты пока что не едешь.
Эльф, казалось, никак не отреагировал на эту фразу. С самого начала рассказа Таринора он не проронил ни слова, лишь глядел с удивлением и интересом. Даже Бьорна, собиравшегося на обход, задержало любопытство, но по мере того, как наёмник говорил, тот всё больше хмурился и вздыхал. Игнат же, напротив, восторженно воспринял новость и, со свойственной ему горячностью, перебивал, желая выудить новые подробности. Когда же Таринор закончил, парень спросил:
— И всё же, как мы собираемся справиться с этой зверюгой?
— По правде говоря, я об этом ещё не думал. Вообще говоря, я до сих пор не до конца уверен, стоит ли вам вообще идти со мной.
— Шутишь? Да это же настоящее приключение, прям как в этих историях о драконоборцах! Не для того я тух в трактире, развлекая пьяниц, чтобы задницу просиживать остаток жизни. Так и внукам рассказать будет нечего. Чёрт, да когда я рос мальчишкой на этих улицах, мы обожали играть в рыцарей и драконов!
— И кем из них был ты? — усмехнулся Таринор.
— Разумеется, драконом. Но иногда выигрывал, когда засранец Вигги не успевал окатить меня водой…
— Эх, снова тебе, северный пёс, на месте не сидится, — вздохнул Бьорн. — В прошлый раз тебя втянули в войну, а теперь… Это. Надеюсь, на сей раз ты понимаешь, во что ввязываешься.
— Мне, дружище, не платят регулярное жалования, — отозвался наёмник, — так что кручусь, как могу.
— Моё предложение всё ещё в силе, могу похлопотать и выбить тебе место в страже.
— Я ведь уже говорил тебе, Бьорн, — улыбнулся Таринор. — Посмотри на меня, ну, какой из меня стражник? Напялить накидку с драконом и маршировать по улицам Дракенталя? Нет, друг мой. Если бы я хотел подобной судьбы, то остался бы на службе у Эдвальда.
— Эх, если б ты с ним остался, глядишь, король бы не повредился умом. Во всяком случае, рядом с ним был бы тот, в чьём здравом рассудке я полностью уверен. Когда-нибудь паранойя Однорукого всех нас угробит.
— Назови короля, которым был бы доволен каждый, и я назову тебя лжецом.
— Назови меня лжецом, и я сломаю тебе нос, — парировал Бьорн, и они оба рассмеялись.